НЕО
МАТЕРИАЛИЗМ


ФИЛОСОФИЯ
И
МЕТАФИЗИКА


Сайт
Александра Асвира
www.aswir.ru

HomePage
Поиск:
 Детерминизм:
Дилемма
Слово
«Игра»
Версии:
Преодоление:
Библиотека
Поэзия:



Данный вебсайт возник в марте 2006 г. и содержит размышления автора о материальном Абсолюте, той вездесущей внеэмпирической протоматерии, которая является единым и единственным фундаментом всего эмпирически сущего, а также его бытия и небытия, т.е. и вещества и пустоты. Речь идет о мысленном моделировании, а затем и техническом конструировании этого принципиально ненаблюдаемого первоначала, которое «вживую» никто никогда заведомо не увидит и которое недоступно никакому физическому эксперименту. Полные названия размещенных здесь работ и их аннотации прилагаются ниже.




СОДЕРЖАНИЕ САЙТА


1. HomePage [100 КБ] R/E.

2. Поиск материалистического Абсолюта:

     • Америзм (античные истоки неоматериализма) [450 КБ].

     • Возврат к Демокриту (протоматерия и ее элементы) [410 КБ].

     • Материалистическая трактовка Бытия Парменида [290 КБ].

3. Концепция абсолютного детерминизма (КАД):

     •  Основные проблемы детерминизма [250 КБ].

     •  Тотальная атака на детерминизм [325 КБ].

     • Необходимые условия Вечного Возвращения [533 КБ].

     • Неоматериализм и ДВВ (популярное изложение) [160 КБ].

4. Возможности дискретного немеханического мира:

     • Альтернатива расширяющейся вселенной (дилемма) [400 КБ].

     • Слово в защиту эфира (сборник статей) [380 КБ].

     • Игра Конуэя «Жизнь» [125 КБ].

5. Нематериалистические версии Абсолюта:

     • Религиозный Абсолют (критические заметки) [410 КБ].

     • Математический Абсолют (критические заметки) [260 КБ].

     • Пустой Абсолют (философия Небытия и ее критика) [335 КБ].

     • Абсолют-Хаос (синергетика и постмодернизм) [270 КБ].

6. Преодоление диалектического материализма:

     • Границы диалектики (преодоление диамата) [455 КБ].

     • Новый взгляд на философию и метафизику [417 КБ].

7. Интернет-библиотеки и интернет-публикации [150 КБ].

8. Поэзия, живопись, музыка, политика и прочие искусства:

     • Антология русской поэзии [450 КБ].

     • Стихи Марины Цветаевой [190 КБ].

     • Русские песни, романсы, исполнители [360 КБ].

     • Живопись, музыка, клипы, видео [20 КБ].

     • Записки придурка [50 КБ].



АННОТАЦИИ


Во всех перечисленных выше работах я, неоматериалист, т.е. сторонник внеэмпирического материализма, пытаюсь выяснить природу и особенности материалистической версии единого внеэмпирического фундамента всего эмпирического мира, вездесущей, недоступной нашему воздействию немеханической протоматерии. Предполагается, что эта протоматерия состоит из множества одинаковых мельчайших элементов, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся амеров, дискретные изменения в которых абсолютно детерминированы. Спекулятивно-гипотетический характер размещенных здесь работ не вызывает никаких сомнений. Более того, все они не только нигде не рецензировались, но фактически никогда всерьез и не обсуждались, что само по себе является их существенным недостатком. Кроме того, все мои опусы страдают чрезмерным обилием цитат, что создает определенные неудобства для читателя. Это объясняется тем, что сам я, увы, не эрудит, умишком слаб, в речах косноязычен, даром точных формулировок не обладаю, – вот и приходится искать их у других авторов, собирать чужие мнения, т.е. быть доксографом, компилятором. В начале каждой web-страницы размещены названия файлов сайта и их аннотации, а в ее конце – единый для всего сайта словарь используемых мной в границах неоматериализма терминов. Все сноски [see] при наведении курсора (кликать не надо!) дают дополнительную информацию.



Америзм (античные истоки неоматериализма).
Излагаются гипотеза о наличии единой линии в развитии ранней античной философии и отличные от традиционных толкования апейрона Анаксимандра, бытия Парменида и амеров Демокрита. Предлагаются новые определения философии и метафизики: философия – учение об Абсолюте, едином внеэмпирическом фундаменте всего эмпирически сущего; метафизика – учение об одинаковых элементах Абсолюта. Примерами материалистических метафизик служат атомизм и америзм (на них основаны атомистический и америстический материализм); идеализм своей метафизики никогда не имел и предлагал взамен в лучшем случае некую иерархию, типа идей Платона или монад Лейбница.

Возврат к Демокриту (протоматерия и ее элементы).
Современный материалист непременно должен вернуться к объектному, досократическому ви́дению мира, понять человека из природы, а не природу из человека. Но для этого ему надо осознать, что наблюдаемость не является атрибутом всего бытия, что в фундаменте природы лежит вездесущая внеэмпирическая протоматерия. Позитивизм и марксизм отрицают наличие такой принципиально ненаблюдаемой сущности. Я же считаю, что предметом исследования любой настоящей философии, в том числе и материалистической, служит только Абсолют, единый внеэмпирический фундамент всего эмпирически сущего, поэтому не могу признать данные учения подлинно философскими системами. Все эмпирически доступные вещи изучают специальные науки, а не философия. Неоматериализм – предлагаемое мной на одноименном сайте философское учение о внеэмпирическом материальном Абсолюте (неперемещающейся, вездесущей, неустранимой протоматерии) – дополняет и конкретизирует его метафизика (америзм), учение о предельно простых элементах материального Абсолюта (амерах). На мой взгляд, подобный подход является продолжением материалистической линии Левкиппа и Демокрита, стремившихся понять сложное из простого, разнообразное из однообразного.

Материалистическая трактовка Бытия Парменида.
Появление неоматериализма (внеэмпирического материализма) позволяет предложить материалистическую интерпретацию Бытия Парменида в качестве вездесущей, неустранимой, внеэмпирической протоматерии. Согласно такому подходу себетождественность Бытия Парменида вовсе не предполагает его неизменность, а отсутствие у него движения означает отсутствие там только частных форм движения: перемещения и возникновения-уничтожения. Равномерно заполняющие всё пространство без промежутков неустранимые элементы Бытия Парменида (амеры Левкиппа и Демокрита) не существуют самостоятельно, автономно, по отдельности, не перемещаются, не возникают и не исчезают, но дискретно меняют свои внутренние состояния по однозначно детерминированным правилам. В этом внеэмпирическом предельно простом материальном фундаменте всего эмпирического мира понятие «неоднозначный детерминизм» является оксюмороном, или чем-то неадекватным, невозможным, нереальным, химерическим. Чем больше будет в нашем языке подобных «живых трупов» или «круглых квадратов» и чем активнее мы будем использовать их в нашем мировоззрении, тем менее оно будет соответствовать действительности, неизбежно становясь всё более раздробленным, противоречивым, логически несовместимым и, следовательно, неистинным, лживым. Оксюмороны, как и тесно связанные с ними диалектические противоречия, еще допустимы в литературе, однако в случае их незаконной догматизации в науке и философии, они представляют собой серьезные затруднения и реальную опасность, которые настоятельно требуют своего преодоления. Одним из последних изобретений философского новояза является оксюморон «ситуационная философия». Другими его более старыми и известными примерами служат «корпускулярно-волновой дуализм» и «волна-частица» в физике или «бесконечный прогресс», «бесконечная сложность мира» в философии. В густом тумане бесконечности мы можем попросту не заметить многих наших проблем, которые современная эмпирическая псевдофилософия непрерывного мира привыкла там прятать. Неоматериализм пытается радикально ограничить значимость понятия «бесконечность», как в бесконечно большом, так и в бесконечно малом, осознать, что любая бесконечность, хоть пространственная, хоть временна́я, состоит из своих конечных элементов. Иными словами, неоматериализм стремится полностью заменить концепцию непрерывности концепцией дискретности.

Основные проблемы детерминизма.
В подлинной философии на роль единого внеэмпирического фундамента всего эмпирического мира претендует либо Бог – высшее, предельно сложное, всемогущее и ничем не скованное начало, либо Протоматерия – низшее, предельно простое и абсолютно детерминированное начало. Вся остальная философия занимает промежуточное положение между этими двумя крайними версиями (идеализм и материализм). Абсолютный (строгий, однозначный, моновариантный, безвариантный) детерминизм утверждает: каждое состояние замкнутой системы имеет одно-единственное последующее состояние. Абсолютный детерминизм является несомненным атрибутом материализма и принадлежащего ему принципа простоты. Именно поэтому все затруднения абсолютного детерминизма неизбежно превращаются в затруднения и самого материализма. Как выясняется, в бесконечной механической вселенной строгий детерминизм не выполняется и потому необходимо найти иной объект его реализации. В неоматериализме, или внеэмпирическом материализме объектом реализации абсолютного детерминизма становится Космический Эон – ограниченная и замкнутая в себе немеханическая вселенная, состоящая из конечного множества одинаковых, равномерно заполняющих всё его пространство без промежутков принципиально ненаблюдаемых и неперемещающихся элементов – амеров. Происходящий в первичном внеэмпирическом множестве амеров дискретный немеханический процесс детерминирован полностью, однозначно. Иными словами, каждое состояние множества амеров Космического Эона имеет только одно-единственное последующее состояние. Вторичный наблюдаемый уровень реальности, который формируется на этом глубинном внеэмпирическом фундаменте и является его эмпирическим срезом, детерминирован уже частично, неоднозначно. Как раз здесь впервые и появляется случай, возможность выбора и основанная на ней свобода воли человека. Таким образом, в неоматериализме необходимость и случайность не сосуществуют в одном и том же мире, а разнесены по разным мирам. Хорошей двухмерной иллюстрацией абсолютно детерминированного и потому воспроизводимого дискретного процесса в Космическом Эоне служит игра Конуэя «Жизнь».

 Тотальная атака на детерминизм.
Нападки на детерминизм со стороны всех склонных к мистике и богоискательству идеалистически мыслящих философов и ученых являются только частью всеобщей и, надо признать, вполне заслуженной атаки на нынешний эмпирический материализм. Ведь отрицая наличие материального Абсолюта, единого внеэмпирического Фундамента всего эмпирического мира, невозможно удовлетворительно совместить концепцию абсолютного детерминизма и свободу воли человека. А это значит, что любой философ, ограничивающий бытие наблюдаемыми вещами, фактически просто постулирует дополняющее друг друга существование необходимости и случайности. Следует согласиться, что какие-то особые точки абсолютно детерминированного процесса – диалектические скачки в марксизме или бифуркации в синергетике – равносильны пресловутому религиозному чуду и являются лишь иллюзией объяснения. Поэтому те, кто пытается истолковать Мир с помощью мистики и чуда – пусть отойдут в одну сторону, а кто видит в его основе лишь слепую необходимость – в другую. В неоматериализме понятия необходимости и случайности (и неразрывно связанной с ней свободы воли) разнесены, имеют разные объекты своей реализации: материальный Абсолют – первичный внеэмпирический Фундамент эмпирического мира детерминирован абсолютно, однозначно; а его эмпирический срез, вторичный мир доступных наблюдениям качественно различных вещей и явлений детерминирован относительно, неоднозначно. Именно здесь, во вторичном эмпирическом мире впервые появляется случай, возможность выбора и основанная на ней свобода воли человека.

Необходимые условия Вечного Возвращения.
Фридрих Ницше справедливо полагал, что душа привязана к нашему телу и погибает вместе с ним – «души так же смертны, как и тела». Однако у Ницше Вечное Возвращение было лишено надежного онтологического основания, поскольку его «воля к власти» и борьба всего со всем, царящие в эмпирическом мире, не могут породить абсолютно детерминированный циклический процесс. Только неоматериализм (внеэмпирический материализм) способен предложить объект реализации доктрины Вечного Возвращения – единый внеэмпирический Фундамент (первоначало, первооснова, первопричина, перводвигатель) всего эмпирического мира, недоступный наблюдениям материальный Абсолют, ограниченный в пространстве, замкнутый в себе и имеющий конечное число возможных состояний Космический Эон, состоящий из колоссального, но счетного числа амеров. Периодическое повторение в Эоне Космического Цикла, огромного (но конечного) абсолютно детерминированного дискретного процесса ведёт, в частности, в надлежащее время к неизбежному повторению каждого человека и его уникальной судьбы как малой, но обязательной части этого процесса. Таким образом, принадлежащая неоматериализму доктрина Вечного Возвращения в качестве своего следствия обещает каждому из нас вечную жизнь в форме бесконечных повторений его нынешней жизни, причем (для материалиста это особенно важно) вне любых домыслов о самостоятельном существовании бессмертных душ. Все наши «воскресения» происходят автоматически, независимо от наших желаний, заслуг и поведения в этой жизни. При этом наша неизбежная смерть теряет свой фатально-окончательный облик и из предмета мировой скорби и мистического ужаса превращается всего лишь в эпизод нашей той же самой вечно повторяющейся жизни. Неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения освобождают человека от всех прежних заблуждений и предрассудков (любой религии, мистики, эзотерики, оккультизма) и рождают новый тип этики. Ведь какие поступки ни совершай, все они неизбежно повторятся вновь в твоей следующей жизни. Поэтому, взамен прежней этической максимы (совершай только те поступки, о которых ты не будешь сожалеть позднее в своей загробной жизни), возникает новая максима (совершай только те поступки, которые ты намерен повторять вечно). Помни: ты строишь свою вечную жизнь сам, а после (кайся – не кайся, молись – не молись) ничего уже не исправишь. Никакой другой жизни у тебя никогда не будет. У тебя всегда будет только эта жизнь. Именно она, та же самая вечно возвращающаяся жизнь и есть твой рай и ад, награда и наказание. Ибо истина Вечного Возвращения проста и сурова, неумолима и безжалостна: всё проходит, чтобы вернуться вновь.

Неоматериализм и ДВВ (популярное изложение).
Неоматериализм (внеэмпирический материализм) заверяет нас, что весь окружающий нас эмпирический мир есть явление, видимость, иллюзия, майя, т.е. нечто не существующее самостоятельно, послушно следующее в своем развитии за каждым шагом внеэмпирической материальной Сущности, вездесущей неперемещающейся протоматерии. Кроме того, неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения (ДВВ) дают онтологическое обоснование идеи вечного возвращения Фридриха Ницше, раздвигают перед человеком горизонты его нынешней краткой профанной жизни, распахивают перед ним Врата Вечности и объясняют, что происходит с человеком после его смерти. Неоматериализм и ДВВ утверждают: если весь эмпирический мир раз за разом абсолютно точно повторяется в своем циклическом развитии, то в нем возвращается всё сущее, в том числе и каждый из нас. Иными словами, в каждом его цикле, повторяющем нынешний, та же самая уникальная жизнь и смерть каждого человека, а также его судьба и все деяния, усилия, помыслы каждый раз повторяются. Если моя нынешняя жизнь вечно возвращается, то впереди меня ждет не только моя смерть в этом цикле, но и мое воскресение (рождение) в следующем. Это и есть моя вечная жизнь, ведь жить вечно и не знать смерти – вовсе не одно и то же. Ты тоже хочешь жить вечно? Живи! Это так просто: ты уже живешь вечно, даже не догадываясь об этом. В неоматериализме краткая профанная жизнь человека, как и его вечная сакральная жизнь даны в дар каждому из нас уже при рождении. Поэтому не бойся смерти, ведь она преходяща, ты уже «не раз с ней встречался в пути»; не сожалей об уходящей жизни, ведь она неизбежно вернётся.

Альтернатива расширяющейся вселенной.
Взамен нынешнего, механистического по своей сути объяснения красного смещения в спектрах удаленных галактик постоянным расширением вселенной, предлагается гипотеза о постоянном росте ее скалярного гравитационного потенциала и связанного с ним одинаковом возрастании скорости всех наблюдаемых нами процессов. Поскольку скорость света конечна, мы в этом случае в каждый момент настоящего будем видеть прошлое удаленных галактик, в котором их гравитационный потенциал и, значит, излучаемые ими частоты были меньше современных. Другое интересное следствие такой гипотезы: в видимой картине вселенной появляется постоянный градиент гравитационного потенциала и соответствующее ему безмассовое (темпоральное) гравитационное поле, всегда направленное от наблюдателя к периферии. Эта вездесущая темпоральная гравитация дополняет обычную гравитацию тяжелых тел и позволяет в какой-то мере обосновать введённую в свое время Эйнштейном космологическую постоянную Λ. Предположение о медленном вселенском росте гравитационного потенциала вакуума никак не связано с механической концепцией, расширением вселенной или вариацией плотности ее вещества и может стать впоследствии (если пройдет горнило критики) достойной альтернативой Большого взрыва. В основе такого подхода лежит америзм – метафизика дискретного немеханического мира, в котором любые изменения его пространственной метрики заведомо невозможны (множество амеров не деформирует). Таким образом, предлагаемая космологическая дилемма такова: красное смещение в спектрах галактик можно объяснять либо постоянным увеличением расстояний между ними, на основании эффекта Доплера, либо постоянным возрастанием гравитационного потенциала всей вселенной и соответствующем увеличении в ней скорости всех физических процессов на основании эффекта Эйнштейна, открытого им в 1907 г.

Слово в защиту эфира (сборник статей).
Кризис механических моделей эфира и дилетантские нападки их авторов на теорию относительности Эйнштейна породили со стороны научного сообщества резкое неприятие всей эфирной концепции. «Разработкой эфирных теорий занимаются люди, не имеющие отношения к современной науке и, как правило, даже не имеющие соответствующего образования. Упоминание эфира большинством физиков считается несомненным признаком безграмотности автора» [see]. Казалось бы, такая жесткая оценка ставит на эфире крест, хотя на самом деле она ставит крест всего лишь на механических моделях эфира. Отказ от самой эфирной концепции невозможен: «...пространство немыслимо без эфира...» [see]; «...мы не можем в теоретической физике обойтись без эфира...» [see]. Для неоматериалиста, эфир есть глубинный внеэмпирический уровень реальности, вездесущая протоматерия – дискретная, абсолютно твердая, немеханическая среда, множество одинаковых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся и принципиально ненаблюдаемых амеров, из которых состоят все перемещающиеся частицы и сама пустота. Необходимо понять, что эфир принадлежит не окружающему нас вторичному миру эмпирически доступных вещей, а первичному Миру их единой внеэмпирической Сущности. Эфир – это метафизический Фундамент физического мира, не физический, а метафизический конструкт. Поэтому пытаться представить его с помощью каких-либо физических моделей, использующих такие характеристики перемещающихся тел, как скорость, сила, ускорение, масса, импульс, заряд, энергия, плотность, давление, температура, деформация и т.д., – совершенно безнадежное занятие. Как в такой немеханической, недеформируемой, абсолютно твердой среде возможно инерциальное движение? Почему наличие такого эфира не противоречит принципу относительности? Ответы на эти вопросы я попытался дать на философском, метафизическом и физическом уровнях. Поэтому данная web-страница, быть может, заинтересует не только философа и метафизика, но и физика.

Игра Конуэя «Жизнь».
Материализм объясняет «мир не сверху вниз, исходя из высших начал, а снизу вверх... высшие ступени природы возникают из низших и никаких сверхприродных факторов, руководящих миром, не существует» [see]. И если эволюция мира идет от простого к сложному, то первичные, ранние формы его бытия должны быть немногочисленны и просты, как детские кубики. Простота, а не безумные сложности, лежит в основании нашего мира. В неоматериализме этот единый, предельно простой и однородный внеэмпирический фундамент эмпирического мира рассматривается как множество амеров, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков одинаковых неперемещающихся элементов вездесущей внеэмпирической протоматерии. Одной из конкретных двухмерных моделей такой дискретной, абсолютно твердой, немеханической среды служит игра Конуэя «Жизнь» (J.Conway, 1970). Я, неоматериалист, полагаю: наш мир в своей глубинной внеэмпирической основе как раз и напоминает мир игры Конуэя, где идет дискретный, абсолютно детерминированный, необратимый поцесс. Этот строго детерминированный дискретный немеханический процесс в игре Конуэя «Жизнь» удобнее всего созерцать с помощью компьютерной программы Golly. Скачать эту программу можно, например, по такой ссылке  Golly-2.1 . Программа позволяет наблюдать и исследовать возникающие в игре «Жизнь» динамические структуры и происходящие в них дискретные, абсолютно детерминированные немеханические изменения, а также помогает понять, как из первичного возникает вторичное, из неперемещающегося – перемещающееся, из ненаблюдаемого – наблюдаемое, из однообразного – разнообразное, из простого – сложное, из старого – новое, из необходимого – случайное.

Религиозный Абсолют (критические заметки).
Любой материалист, занятый исследованием природы, а не спасением собственной души, воспринимает всемогущего Бога религиозных философов как универсальную затычку, с помощью которой можно легко заделать любую брешь в нашем познании: «на всё Его Воля» – и больше никаких вопросов. Проблема только в том, что нас не удовлетворяет подобное универсальное объяснение всех явлений природы ссылками на Божью Волю. Что может предложить взамен неоматериалист? Для него непримиримая антиномия «бог есть – бога нет» преобразуется в конструктивную дилемму о природе и особенностях несомненно существующего в фундаменте эмпирического мира внеэмпирического Абсолюта (если бога нет, то что-то есть вместо него). Марксисты никогда не допускали наличие такого единого внеэмпирического фундамента всего эмпирического мира. Именно поэтому В.И.Ленин ошибочно пишет: «Философия, которая учит, что сама физическая природа есть производное, – есть чистейшая философия поповщины... Если природа есть производное, то понятно само собою, что она может быть производным только от чего-то такого, что больше, богаче, шире, могущественнее природы, от чего-то такого, что существует, ибо для того, чтобы «произвести» природу, надо существовать независимо от природы. Значит, существует нечто вне природы и, притом, производящее природу. По-русски это называется богом» [see]. Совсем необязательно! Для неоматериалиста это называется внеэмпирической протоматерией. Теперь неоматериалист на совершенно законном основании может исследовать различные версии Абсолюта, чтобы уяснить себе, с чем он сам имеет дело. Напомню: в разные эпохи на роль Абсолюта претендовали Хаос Гесиода, Вода Фалеса, Апейрон Анаксимандра, Брахман индуистов, Дао Лао-Цзы, Огонь Гераклита, Бытие Парменида, Числа Пифагора, Амеры Левкиппа и Демокрита, Благо Платона, Перводвигатель Аристотеля, Небытие Нагарджуна, Единое Плотина, Энсоф каббалистов, Бог Августина и Фомы, Субстанция Спинозы, Монады Лейбница, «Я» Фихте, Абсолютный Дух Гегеля, Воля Шопенгауэра, Интуиция Бергсона и т.п. Вот далеко не полный перечень тех версий внеэмпирического Фундамента эмпирического мира, из которых неоматериалист может почерпнуть кое-что для себя, чтобы лучше понять природу и особенности своего материального Абсолюта.

Математический Абсолют (критические заметки).
В данной работе исследуется версия Абсолюта, начало которой восходит к Пифагору, пытавшемуся понять это порождающее и организующее начало как некий единый Принцип, математический Закон, идеальное Число, которые якобы царят над миром, движут всё сущее и превращают Хаос в Космос. Но если сам Абсолют имеет математическую природу, то познать его, естественно, может только математик. Это ведёт к чрезмерному раздуванию формально-феноменологического подхода в ущерб подходу субстанциональному, к отказу от метафизики и образного мышления, к дискредитации материализма. Вспомним фразу Ленина: «Для махистов то обстоятельство, что эти физики ограничивают свою теорию системой уравнений, есть опровержение материализма: уравнения – и всё тут, никакой материи, никакой объективной реальности, одни символы» [see].

Пустой Абсолют (философия Небытия и ее критика).
Появление учения о фундаментальной роли Небытия не было случайным событием, но стало частью нынешних радикальных попыток избавиться от любой Субстанции, всё равно какой, материальной или духовной, превратить ее в Ничто. Во всей современной так называемой эмпирической философии (марксизм, позитивизм, операционализм, инструментализм, натурализм, реализм, структурализм, прагматизм, экзистенциализм, персонализм, постмодернизм и другие подобные измы) происходит трансформация и в конечном счете дискредитация, разрушение, уничтожение таких понятий, как «объект», «бытие», «реальность», «материя», «субстанция», «сущность». «Материя есть абстракция», – умудрился повторить вслед за идеалистом Гегелем материалист Энгельс. «Без субъекта нет объекта», – утверждал Авенариус [see]. Чего уж там, не будем мелочиться: вне субъекта вообще ничего нет, никакого бытия. А что там есть? Только Небытие, оно первично, изначально, именно оно и есть тот искомый Абсолют, который породил всё остальное – такова суть философии Небытия. Ныне она обслуживает гипотезу спонтанного рождения вселенной в момент Большого взрыва из ничего, что явно роднит ее с религиозной философией, где Бог так же сотворил вселенную из небытия. Неоматериализм по самой своей сути есть философия Бытия, которая (положение обязывает!) противостоит как философии Небытия, так и гипотезе о существовании мудрого Творца. Для неоматериалиста в основании всего эмпирического мира (его бытия) лежит отнюдь не Небытие, а Бытие материального Абсолюта – вездесущая внеэмпирическая протоматерия.

Абсолют-Хаос (синергетика и постмодернизм).
Этот сборник цитат различных авторов, позволяет судить о последних веяниях нынешней философской моды, пустой, крикливой и далекой от сферы интересов подлинной философии. «Постмодернизм не дал ответов на главные вопросы бытия, но запутал дело настолько, что любую чушь и дурь теперь можно называть постмодернистской философией» [see]. Всё это так! Однако мы должны понимать, что эти и им подобные уничижительные оценки относятся скорее к эмоциональной сфере, тогда как настоящий исследователь, независимо от своей собственной позиции, обязан искать интересное, поучительное, позитивное в любых философских явлениях. Даже в таких, как философия Небытия или философия Хаоса, рассматривающих Небытие и Хаос как фундаменты Бытия и Космоса. Наконец, даже в таких, когда в новейшую эпоху синергетики и постмодернизма философия окончательно утратила свой истинный предмет исследования (внеэмпирический Абсолют), перепутала все основные понятия, позабыла о разуме и совести, обрела полную, ничем не ограниченную свободу и превратилась в откровенный эпатаж, пустой, безответственный, скандальный. Пример – попытка оправдать предательство у Ж.Делёза. «Есть много людей, мечтающих быть предателями. Они изо всех сил верят, что смогли бы. И однако – все они лишь мелкие обманщики… Потому что быть предателем – трудно: надо творить» [see]. Официальная философия США, американский прагматизм («истинно то, что полезно»), для которого главное – успех, никаких запретов нет – всё дозволено, развратил современную философию. Стала допустима любая подлость: предатель теперь уже не изгой, отщепенец, не иуда, а творец, пассионарий, креативная личность.

Границы диалектики (преодоление диамата).
Диалектический материализм представляет собой преходящую версию материализма и постепенно сходит с исторической арены. Одной из основных причин этого является его явный эмпирический характер. Ограничив бытие наблюдаемыми вещами, диамат был вынужден признать неограниченную природу диалектических противоречий, не понимая, что границы вторичного и безусловно противоречивого эмпирического мира являются одновременно и границами диалектики. Более того, эмпиризм и диалектика неразрывно связаны между собой: нельзя преодолеть эмпиризм, не преодолев диалектику, нельзя преодолеть диалектику, не преодолев эмпиризм. Именно поэтому в современной материалистической философии одновременно происходит мучительное избавление и от эмпиризма, и от диалектики. В неоматериализме единая внеэмпирическая первооснова всего эмпирического бытия – вездесущая, неперемещающаяся, предельно простая и абсолютно детерминированная протоматерия непротиворечива и потому недиалектична. При таком подходе вся так называемая объективная диалектика из универсальной движущей силы любого бытия превращается в один из возможных способов описания окружающего нас вторичного, недостаточного и потому противоречивого эмпирического мира, который является всего лишь эмпирическим срезом своего внеэмпирического фундамента. Что же касается этой глубинной, недоступной наблюдению, предельно простой и строго детерминированной первоосновы, то в ней никаких противоречий нет и диалектика как метод теряет там свое значение.

Новый взгляд на философию и метафизику (преодоление диамата).
Неоматериализм предлагает радикально новые определения философии и метафизики: философия – учение о первичном внеэмпирическом Абсолюте, едином глубинном Фундаменте всего эмпирического мира; метафизика – учение об элементах Абсолюта. Согласно этим определениям, любые наши рассуждения о вторичном эмпирическом мире не являются философией, а метафизика вовсе не противостоит диалектике, как это полагали марксисты. Подобно всем остальным формам эмпиризма, диамат ныне уже утратил право называться философией, поскольку любая подлинная философия имеет дело не с вторичным эмпирическим миром, а с его первичным Фундаментом, внеэмпирическим Абсолютом. Это позволяет критически переосмыслить взгляды диалектических материалистов, признающих эмпирический характер любого бытия, взять у них всё самое ценное и предложить взамен новую форму материализма – неоматериализм, или внеэмпирический материализм. Пропагандируемая на этом сайте версия материального Абсолюта формирует новое философское понятие «абсолютный материализм», основанием которого как раз и служит этот внеэмпирический материальный Фундамент (первоначало, первооснова, первопричина, перводвигатель) всего эмпирического мира – вездесущая неперемещающаяся протоматерия. Метафизика неоматериализма (америзм) уточняет и конкретизирует понятие протоматерии, превращая тем самым абсолютный материализм в материализм америстический. Фактически неоматериализм представляет собой философско-метафизическое учение о материальном Абсолюте и его предельно простых элементах. А это в свою очередь существенно меняет наши современные взгляды на материалистическую философию и метафизику. И если диалектический материалист-эмпирик декларирует, к примеру, бесконечную сложность природы и потому вправе писать: «Это, конечно, сплошной вздор, будто материализм утверждал... обязательно «механическую», а не электромагнитную, не какую-нибудь еще неизмеримо более сложную картину мира...» [see], то для неоматериалиста в основании природы лежит крайне примитивное начало и потому он может надеяться на неизмеримо более простую, по сравнению со всеми нынешними, картину мира. Ибо если оригинал прост, то такой же должна быть и отображающая его модель.

* * *


Предложения, советы, вопросы, замечания, возражения, критику, претензии
посылайте на e-mail




Александр Асвир

 ТОТАЛЬНАЯ АТАКА
 НА ДЕТЕРМИНИЗМ

http://aswir.ru/determ1.htm
2010

СОДЕРЖАНИЕ
Детерминизм и свобода воли
Религиозный детерминизм
Диалектический детерминизм
Синергетический детерминизм
Детерминированный хаос
Детерминизм и стрела времени
Детерминизм и возникновение нового
Концепция абсолютного детерминизма (КАД)
СЛОВАРЬ НЕОМАТЕРИАЛИСТА





Эта публикация является второй в списке работ, касающихся проблемы абсолютного детерминизма и поиска объекта его реализации. Много позднее, когда для меня в 2006 г. стал доступен Интернет, я обнаружил там ряд интересных текстов, имеющих отношение к данной проблеме, выдержки из которых, вместе с моими редкими комментариями привожу ниже. Разумеется, впоследствии предполагается дальнейшая обработка этих компиляций. Моя позиция по этому вопросу осталась неизменной. Я по-прежнему считаю, что современные нападки на детерминизм являются неотъемлемой частью нападок на материализм, а истинного материалиста отличает стремление к единству, унификации, простоте и ее частному случаю, абсолютной (однозначной) детерминации. Бесконечная сложность мира, взаимодействие всего со всем и так называемый статистический (неоднозначный) детерминизм противоречат таким взглядам. Эпикуровские clinamen, религиозные чудеса, диалектические качественные скачки, пригожинские бифуркации и так называемый детерминированный хаос стремятся преодолеть концепцию однозначного детерминизма. Однако все эти попытки при ближайшем рассмотрении оказываются скрытыми тавтологиями и потому явно неудовлетворительны для объяснения несомненно существующих в эмпирическом мире случайных событий, возможности выбора и основанной на ней свободы воли человека. Ограничивая бытие наблюдаемыми вещами, мы никогда не сможем удовлетворительно совместить необходимость и случайность и, следовательно, обосновать наличие нашей свободы. Неоматериализм (внеэмпирический материализм) делит окружающее нас бытие на два различных уровня: вторичный наблюдаемый мир разнообразных вещей и явлений и первичный ненаблюдаемый мир их единой материальной Сущности, равномерно заполняющую всё пространство неперемещающуюся протоматерию. Предполагается абсолютная, однозначная детерминация первичного уровня реальности и относительная, неоднозначная детерминация ее вторичного уровня.







 ДЕТЕРМИНИЗМ И СВОБОДА ВОЛИ


Противоречие между свободой воли
и  детерминизмом  –  одно  из  тех,
которые проходят через философию
от  ранних  времен  до  наших  дней,
принимая разные обличия в разные времена

Бертран Рассел [see].



Свобода воли. Материал из Википедии – свободной энциклопедии.

Существуют две противоположные позиции: утверждение, что детерминизм неверен и, таким образом, свобода воли существует или по меньшей мере возможна, и жёсткий детерминизм – утверждение о том, что детерминизм верен и свободы воли не существует.

современная наука является комбинацией детерминистических и стохастических теорий. Квантовая механика предсказывает события только в вероятностных терминах, ставя под сомнение является ли вселенная детерминированной. Современные теории не могут разрешить вопрос истинен ли детерминизм… и имеют множество интерпретаций.

Ныне большинство исследователей полагает, что (a) вселенная недетерминистична и (b) моральная ответственность не совместима с детерминизмом.


Людвиг фон Мизес. ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ. Глава 5. Детерминизм и его критики. http://elib.org.ua/economics/ua_show_archives.php?
subaction=showfull&id=1103450873&archive=1130012900&start_from=&ucat=14&


Логическая структура разума предписывает человеку детерминизм и категорию причинности.

В этом смысле детерминизм является эпистемологической основой человеческого стремления к знанию «Наука детерминистична, она является таковой a priori, она постулирует детерминизм, так как без него она не могла бы существовать. Она является таковой и a posteriori; если она постулировала его с самого начала как необходимое условие своего существования, то она затем строго доказывает его своим существованием, и каждая из ее побед является победой детерминизма» [see]. Человек неспособен даже представить себе образ недетерминированной Вселенной. В таком мире не существует никакого знания о материальных вещах и их изменениях. Всё выглядит бессмысленным хаосом. Ничего нельзя идентифицировать или отличить от чего-то другого, ничего нельзя было бы ожидать и предсказывать. В такой среде человек беспомощен, говорит на неизвестном языке. Невозможно спланировать какое-либо действие, а тем более его осуществить.

«Открытие порядка в природе рождало чувство интеллектуальной уверенности. Вот что пишет об этом французский социолог Леви-Брюль: «У нас существует постоянное ощущение интеллектуальной уверенности, столь прочной, что, кажется, ничто не в состоянии ее поколебать. Ибо даже если предположить, что мы внезапно наткнулись на какое-нибудь совершенно таинственное явление, причины которого совершенно ускользают от нас, то мы всё же совершенно убеждены в том, что наше неведение является временным, что такие причины у данного явления существуют, что раньше или позже они будут вскрыты… Наша повседневная деятельность вплоть до самых незначительных своих деталей предполагает полную и спокойную веру в неизменность законов природы»» [see].

Хотя ни одна философия не доказала ложность детерминизма, были некоторые идеи, в отношении которых люди не смогли прийти к общему мнению. Они подвергали идеи страстным атакам, поскольку верили, что они в конце концов приведут к абсурду.

Фактором, часто присутствующим в дискуссиях о детерминизме, было неправильное понимание его практических последствий.

страстные попытки опровергнуть детерминизм и спасти понятие свободы воли… были вызваны практическими последствиями, к которым, как считали люди, неминуемо ведет детерминизм: фаталистической пассивности и освобождению от моральной ответственности.

Идеи обладают реальным существованием (разумеется, в пределах сознания индивидов – А.А.) и являются истинными силами, формирующими ход событий.

[Многие авторы ошибочно полагают, будто бы материалистический детерминизм] отрицает, что мыслительные акты играют какую-то роль в ходе событий.

[На самом деле материалистический детерминизм отнюдь] не отрицает очевидную истину, что идеи имеют самостоятельное (опять-таки в пределах сознания индивидов – А.А.) существование, вносят вклад в возникновение других идей, оказывают влияние друг на друга.

метафизические понятия вины, греха и воздаяния несовместимы с доктриной детерминизма. Если все действия людей являются неизбежным следствием их причин… то вообще не может быть и речи о какой-либо вине. Что за самонадеянная наглость наказывать человека, который просто делает то, что определено вечными законами Вселенной!

Философы и юристы, на этом основании критикующие детерминизм, не видят, что доктрина всемогущества и всеведения Бога ведет к тем же самым выводам, которые побудили их отвергнуть философский детерминизм. Если Бог всемогущ, то не может случиться ничего, чего он не желает, чтобы случилось. Если он всеведущ, то он заранее знает всё, что случится.

Фактически, любые попытки обосновать на метафизической и теологической основе право общества наказывать тех, чьи действия нарушают мирное общественное сотрудничество, открыты для критики аргументами, выдвинутыми против философского детерминизма.

Утилитаристская этика смотрит на проблему наказания под другим углом. Правонарушитель карается не потому, что он плох и заслуживает наказания, а для того, чтобы ни он, ни другие не повторяли этот проступок. Наказание налагается не в качестве воздаяния или возмездия, а как средство предотвращения будущих преступлений. Законодатель и судьи не являются уполномоченными метафизического карающего правосудия. Они выполняют задачу охраны спокойного функционирования общества от поползновений со стороны асоциальных индивидов. Тем самым появляется возможность исследовать проблему детерминизма, не вдаваясь в бессмысленные обсуждения практических последствий, касающихся уголовного кодекса.


Аноним. Соотношение неопределённостей квантовой физики как предполагаемое пространство свободы субъекта. http://bibliofond. ru/view. aspx?id=93292#1

Данная работа представляет собой попытку объяснения феномена свободы воли с позиций физического индетерминизма. Физический индетерминизм в нашем понимании – это концепция, предполагающая потенциально-вероятностный характер причинно-следственных отношений при взаимодействии физических объектов. Неоднозначность этих отношений трактуется нами как пространство свободы субъекта. Противоположная концепция – физический детерминизм – приводит, на наш взгляд, к фаталистической картине мира. «Физический детерминизм обрекает своего сторонника на полный квиетизм. Ведь если явления сознания – это эпифеномены, а «атомы нашего тела ведут себя согласно физическим законам столь же неуклонно, как и планеты, то к чему стараться?» [see]» [see].

свобода воли определяется нами как способность субъекта целенаправленно воздействовать на квантовую неопределенность микрообъектов. Соотношение неопределенностей, сформулированное в квантовой физике, мы используем в качестве теоретического обоснования физического индетерминизма.

человеку представляется самоочевидным, что он свободен в своих действиях, или, другими словами, в каждый момент времени человек выбирает одну из множества возможных альтернатив поведения в соответствии со своими желаниями, намерениями и целями.

При переносе в сферу философских размышлений представления о свободе оказываются далеко не столь простыми и очевидными, что нашло свое отражение в формулировании философских категорий «свобода и необходимость». Эти категории представляют собой традиционную философскую пару взаимоисключающих друг друга понятий, выражающих взаимоотношение между деятельностью людей и объективными законами природы и общества.

Любой философ, признающий объективное существование материального мира и всеобщий характер причинности явлений, происходящих в нем, с необходимостью встает перед вопросом: если признать, что деятельность человека, подобно прочим явлениям природы, является причинно обусловленной, то каким образом следует увязать с этой обусловленностью наши представления о свободе?

Согласно лапласовскому детерминизму, состояние любой системы в любой момент времени (будущий или прошедший) может быть предсказано на основе полных знаний о состоянии системы в настоящий момент времени.

Концепция лапласовского детерминизма приводит к фатализму: любое высказывание относительно будущего момента времени является либо истинным, либо ложным в момент высказывания, независимо от того, доступна оценка данного высказывания конечному человеческому разуму или нет. В рамках этой концепции свобода воли выступает лишь как иллюзия, порождаемая неполнотой наших знаний о мире: незнание причин наших намерений мы принимаем за их отсутствие. Тем более, сложно говорить о какой бы то ни было ответственности человека за свои поступки: независимо от прилагаемых человеком усилий, он будет выполнять только действия, жестко определяемые текущим состоянием всех частиц Вселенной. Строго говоря, даже сами эти усилия будут являться однозначной функцией этого состояния.

Таким образом, в мире Лапласа абсолютную победу торжествует необходимость, свобода воли в таком мире может существовать лишь как иллюзия.

Очевидно, что... необходимо либо отвергнуть лапласовский детерминизм, либо согласиться с его выводом о существовании свободы воли лишь как иллюзии. Вторая возможность является в некотором роде более логичной (по крайней мере, на этом пути не возникает новых противоречий). Первая – более правильной, если мы хотим объяснить феномен свободы, не впадая при этом в фаталистические настроения.

с целью преодоления фаталистических следствий лапласовского детерминизма, мы приходим к отрицанию однозначности причинно-следственных отношений, то есть, допускаем потенциальную неопределенность результата взаимодействия физических объектов или, другими словами, подлинную случайность. Подлинная случайность характеризуется тем, что она не сводится к действию множества каких-либо физических причин (пусть даже бесконечного). Следовательно, подлинно случайное явление не может быть объектом исследования физики, иначе как в форме выявления статистических законов распределения вероятности связанных с ним величин.

с развитием в физике раздела квантовой механики, ситуация коренным образом изменилась. Установленное в рамках этой теории соотношение неопределенностей позволяет обоснованно предположить, что поведение микрочастиц отчасти описывается вероятностными законами, что ставит под сомнение однозначную детерминацию причинно-следственных связей.

не имея возможности строго доказать или опровергнуть индетерминизм, мы становимся на эту позицию, постулируя ее. Для обоснования этой позиции мы призываем на помощь: а) соотношение неопределенностей квантовой механики; б) наше личное убеждение, что детерминизм, в том виде, в котором он был определен нами ранее, имеет своим следствием фатальную предопределенность всех происходящих во Вселенной процессов. Таким образом, индетерминизм необходим нам для того, чтобы опровергнуть фатализм, который абсолютно несовместим с нашими представлениями о свободе.

Из вышесказанного следует, что принципиальную возможность существования свободы мы поставили в зависимость от того, имеет место в физическом мире подлинная случайность или нет.

Духовные взаимодействия не могут быть объектом физического исследования.

Чтобы преодолеть противоречие между свободой и необходимостью в сфере духовных взаимодействий, мы вынуждены постулировать принципиальную несводимость суждений в отношении их характера к высказываниям двоичной логики.

мы пришли к выводу, что свобода воли неразрывно связана с неопределенностью будущего и возможна только в том случае, если в мире физических взаимодействий присутствует элемент подлинной случайности. В противном случае, субъект утрачивает способность воздействовать на мир физических объектов, и влиять тем самым на будущие события. С подлинной случайностью мы связали соотношение неопределенностей Гейзенберга.


Стуков Д.В. Проблема детерминизма в современной науке. 2003. http://works. tarefer. ru/91/100018/index. html

Вольтер в сочинении «Невежественный философ» утверждал: «Было бы очень странно, если бы вся природа, все планеты должны были бы подчиняться вечным законам, а одно небольшое существо, ростом в пять локтей, презирая эти законы, могло бы действовать, как ему заблагорассудится». Случай – не что иное, как слово, придуманное для обозначения известного действия неизвестной причины.

возврат к детерминизму, по мнению Дирака, возможен только ценой отказа от каких-то основных идей, которые мы сейчас принимаем без малейшего сомнения. Если мы вернемся к детерминизму, то нам придется каким-то образом заплатить за это, хотя сейчас трудно предугадать, чем именно. Ни Дирак, ни Эйнштейн не предложили альтернативной модели атомной теории.

Впрочем, ученым ли рассуждать о природе вероятности в описании квантовых явлений? Да и кто согласится быть детерминированным, когда даже пошлый электрон претендует на то, что его поведение таковым не является.

Детерминация в некотором смысле перечеркивает случайное вовсе, не оставляя случаю не единого шанса. Поэтому Лаплас и говорит, что случайность всегда является только следствием нашего незнания и, добавим, (неизбежным) следствием приблизительности измерений.


А.Рулин. Теория детерминизма Лапласа и её критика. 2003. http://xreferat. ru/104/3403-1-teoriya-determinizma-laplasa-i-eie-kritika. html

Следствия из теории полного детерминизма Лапласа.

Во-первых из этого вытекает полная предопределенность всего, что должно произойти, иначе говоря, теория детерминизма представляет собой попытку научного обоснования учения о фатализме.

Второй вывод можно сделать такой: раз всё так предопределенно, значит будущее можно предсказать, притом на научном основании. Более того, как только будет найдена некоторая универсальная формула, описывающая состояние вселенной, достаточно будет её подставить и вот уже простой человек, а не какой-нибудь там высший разум или демон сможет предсказывать не только движения планет, а землетрясения, наводнения, войны и революции, притом со 100%-й достоверностью.

Третий и самый важный вывод гласит, что так называемая свобода выбора у человека – это фикция.

Вообще говоря из второго приведённого нами следствия вытекает ещё одно следствие: если наша личность предопределена, мы не можем нести ответственность перед богом за наши грехи, так как они вызваны исключительно воздействиями, которые послал нам бог. Именно поэтому, первыми, кто выступил против этой теории, были религиозные деятели. Правда их положение осложнялось тем, что по их теориям бог всё знает и видит, что будет дальше, но всё же… Вот вариант ответа таких деятелей в изложении их наследников, которые современны нам:

«…Эксперимент, опровергающий теорию Лапласа, состоит в том, что мы знаем, что у нас есть свобода выбора».

Но как мы видим, в данном случае они обращаются к субъективизму, который утверждает, что всё ощущаемое нами и есть истинная реальность, а такое направление философии никак не может считаться единственно верным по сравнению с другими направлениями, и если мы не разделим взгляды субъективизма, то всё ихнее доказательство разрушится, как карточный домик.

Подобные же изъяны имели и другие попытки религиозных, а впрочем и не религиозных деятелей опровергнуть теорию Лапласа. А с точки зрения знаний того времени взгляды Лапласа вообще считались единственно соответствующими науке. Поэтому любая критика данной теории на тот момент была больше мистической, что конечно для просвещенного 18-го века было уже неудовлетворительно.

в квантовой физике Гейзенберг было показал, что оказывается частица принципиально не может занимать одновременно определённое положение и иметь определённый импульс, т.е. мы даже не можем получить полную картину состояния на данный момент… Гипотеза о полном детерминизме ввиду своего фатализма, антигуманизма и т.д. и так никому особо не нравилась, и после открытия Гейзенберга многие философы с нескрываемой радостью поспешили объявить, что теперь гипотеза Лапласа показала свою полную несостоятельность даже с точки зрения науки и от неё можно отказаться. А зря. Потому что была показана несостоятельность только классической механики, а никак не всей теории Лапласа.

Факт, что тело меняет направление движения без воздействия внешних сил не означает, что тело меняет направление своего движения без причин. Так же происходит и с распадом атома. Да, сейчас мы не можем указать конкретную причину, которая заставила атом сверхтяжелого элемента распасться именно в этом момент, и поэтому пользуемся теорией вероятности, но это ещё не говорит о том, что такой причины нет.

Наиболее убедительная критика теории Лапласа, как мне кажется, основана на общих философских и физических позициях: Вселенную принято считать бесконечной, а раз так, то существует бесконечное множество причин, способных породить одно следствие, а раз так, то даже теоретически невозможно объять всё это множество причин


М.Д.Ахундов, Л.Б.Баженов. Эволюция Вселенной, причинность и нелинейность. http://philosophy. ru/iphras/library/zizin. html#9

От вселенской формулировки Лапласа прямой путь ведет к концепции, которая может быть названа концепцией однозначной причинности, действующей в любом сколь угодно малом или сколь угодно большом фрагменте, доступном человеческому уму. Концепция (или, если угодно, парадигма, догма) однозначной причинности выражена в расхожем афоризме: «Одинаковые причины – одинаковые следствия». Встречающиеся сплошь и рядом в обычных житейских ситуациях случаи, когда, казалось бы, одинаковые причины приводят к разным следствиям всегда легко и изящно объяснялись ссылкой на неполноту учета всех предшествующих обстоятельств. Это объяснение неполнотой знания до сравнительно недавнего времени находило убедительное подтверждение во всей истории человеческого познания и действия.

Радикальный переворот был здесь связан с развитием квантовой физики… Квантовая механика дает возможность расчета тех или иных вероятностей наблюдаемых макроскопических событий, но не дает возможности их однозначного предсказания. Совершенно естественной реакцией на эту ситуацию был тезис о принципиальной неполноте квантовой механики, т.е. тезис о том, что на смену квантовой механике придет новая, более полная теория, оперирующая некими «скрытыми параметрами», учет которых и позволит добиться хотя бы теоретически однозначных предсказаний. Однако, вскоре после создания квантовой механики, Дж. фон Нейманом была сформулирована знаменитая теорема о несовместимости объективного содержания квантовой механики с допущением скрытых параметров. Многочисленные попытки как-то обойти теорему фон Неймана, на наш взгляд, не привели к сколь-нибудь заметным результатам.

Нам представляется, что этот результат навсегда сохранит квантовую механику как важнейшую веху в истории человеческого познания и поэтому нам кажется не вполне корректными встречающиеся иногда попытки, если угодно, смазать эпохальное значение квантово-механической революции.

На наш взгляд, адекватное философское осмысление квантовой механики связано с отказом от презумпции однозначной причинности, в принятии фундаментального характера вероятностных представлений, в признании однозначных связей приблизительным и огрубленным выражением более глубоких и более фундаментальных вероятностных связей.

Идея однозначной причинности разделяет общую судьбу всех человеческих принципов, которыми не только можно, но нужно поступаться, когда к этому побуждают объективные обстоятельства.

Покажите мне хоть одного философа-материалиста, который бы взошел на эшафот, вслед за «крушением» несомненно принадлежащей материализму концепции абсолютного детерминизма. Нет, все они предпочли отсидеться за густой завесой псевдодиалектического тумана и «отступить на заранее подготовленные позиции». Эта ситуация сильно напоминает мне известный евангельский эпизод, когда Петр за одну ночь трижды отрекся от Христа, – трудно встать рядом с тем, кого ведут на заклание. Всегда найдется масса разумных доводов не делать этого. Ведь мы же не самоубийцы!



РЕЛИГИОЗНЫЙ ДЕТЕРМИНИЗМ


«В Ветхом завете миром безраздельно правит божественная воля. Божественному провидению послушны не только небесные светила, движущиеся по предначертанным орбитам, но и воля всех и каждого из людей. Создатель всего сущего, бог, воплощает в себе первопричину всех явлений. Всё происходящее в этом мире заранее предустановлено» [see].

«Не счесть интерпретаторов, пытавшихся примирить детерминизм со свободой воли. Одно из предложенных ими хитроумных решений проблемы состояло в признании детерминированности всего происходящего в мире божественным предопределением с оговоркой относительно свободы воли индивида. Бог не входит в каждое действие индивида, предоставляя тому некую свободу выбора, в пределах которой тот волен принимать решения по своему усмотрению. Таким образом, свобода воли в нижнем этаже мироздания существует лишь в пределах того «меню», которое обитатель верхнего этажа выбирает на свой вкус» [see].


А.В.Бородулин. Логика свободы и воли.
http://www.atheism.ru/library/Borod_2.phtml


Воля – одно из центральных понятий любых наук о человеке, а более – любой философии.

Свободная воля нужна человечеству как воздух – без нее теряют свое философское основание все великие иллюзии, кропотливо создаваемые общественной мыслью на протяжении тысячелетий: и этика, и эстетика, и право, и религия. И последняя несет самые страшные потери.

Свобода воли – проблема, во многом обязанная своей остротой христианской теологии, на протяжении веков тщившейся примирить взаимоисключающие понятия, которые в равной степени всегда были необходимы традиционному христианскому догмату. Речь идет о проблеме совместимости концепции всемогущего, всевидящего и всеблагого бога и законной (данной богом) возможностью человека к самоопределению и свободным действиям, без которой понятие «грех» полностью теряет содержательность. Очевидно, что истинная свобода воли человека как творения бога исключает как всеведение последнего, так и его всемогущество. Однако ни от одного из этих базовых, ключевых пунктов ни современное христианство, ни христианство историческое отказаться не могло и не может, что делает его противоречивым по своей сути. Неразрешимость проблемы свободы воли проходит красной нитью через всю историю развития западной религии.

В итоге родились великие парадоксы христианства, касающиеся, в частности, свободы человеческой воли, парадоксы, неразрешимые в рамках христианского понятийного универсума. Ни один теолог не сможет просто и доступно, не прибегая к софизмам, объяснить, откуда появилось зло (коли бог всеблаг; он – источник лишь добра) и почему оно остается в мире (оно либо не слабее бога, либо необходимо ему), как мог согрешить первый человек, созданный по образу и подобию совершенного безгрешного бога. Да что человек – Люцифер! Ангел, существо, особо приближенное к богу, да не он один, а целое войско! Вот, где богословам понадобилась оправдывать своего бога в глазах прихожан. Для верующего именно свободная воля ангела и человека – источник зла… И получается, что христианский бог – источник всякого зла на земле (раз до Творения ничего не было, а после – появилось всё, в том числе, и зло). Но где же всеблагость? Бог создал человека свободным, дал ему возможность самостоятельно определяться в действиях, но, будучи всеведущим, заранее знает, как человек проживет свою жизнь, да не просто знает, а сам определяет все шаги человека, в противном случае, как было бы возможно божественное всеведение, какова причина такого, а не иного жизненного пути человека?

Основа религиозной (христианской) нравственности представляет собой громоздкую и неработающую систему, возникшую в результате потребности согласовать декларируемую свободу с необходимостью держать человека в постоянном напряженном страхе перед неизвестностью, перед какими-то таинственными и непонятными раями и адами, перед загробным миром. Для человека необходимы обе идеи: и свобода, и бог. Религиозная мораль есть связующее звено между Вседержителем и свободным человеком. Она делает возможной существование божественной системы наказания-поощрения, без нее бессмысленны христианские рай и ад. Сама идея греха вне контекста свободы, ограниченной моралью – пустое сотрясание воздуха.

Человек, действуя свободно, но греховно (в моральной системе христианства), обрекает себя на наказание; праведник же получит вознаграждение. При этом казуистика религиозной нравственности виртуозно обходит стороной важнейшее противоречие: за что бог наказывает человека (и за что поощряет?!), если любой шаг этого ничтожества заранее богу известен, если он, великий творец Вселенной, даже не подумал о человеческом неведении, и пальцем не пошевелил для того, чтобы развеять кромешный мрак незнания, в котором человек несет всю тяжесть своей повседневной жизни.

Теология говорит нам, что человек – свободное создание бога; но свобода человека исключает волю бога, а бог в его библейском понимании (если только иметь мужество принять это понимание вопреки изворотливым софизмам Отцов церкви) исключает всякую человеческую свободу. Поэтому человечество изначально, по факту рождения христианства стоит перед великим выбором: бог или свобода? Остаться под покровительством самой массовой в истории иллюзии, или идти по жизни с гордо поднятой головой? Гордость за себя и самолюбие – вот яблоко раздора христианской религии и секулярного гуманизма. В христианстве человеческая гордость – великий порок, в гуманизме – великая добродетель.

А.В.Бородулин совершенно справедливо замечает, что абсолютно свободный и ничем не ограниченный в своем всемогуществе Бог (ни один волос не упадет с нашей головы без его воли) может наделить человека свободой выбора только ограничив собственную свободу. А вот как «оригинально» пытается решить указанную дилемму детерминизма и свободы воли человека, например, представитель иудаизма.


Пинхас Полонский. Введение в философию иудаизма. Лекция 6. Свобода выбора. http://www.machanaim.org/philosof/phil/ph6.htm

Как согласуется в Торе свобода выбора человека и всезнание Бога?

Ответ такой. Тора никак не разрешает это противоречие, потому что его вообще в ней нет. Противоречие возникает, когда мы начинаем рефлексировать на это, философски обдумывать.

в Торе нет противоречия не потому, что она хитроумно его разрешает, а потому, что противоречие есть после того, как начинаешь задумываться рефлексивно. А на уровне Торы никакой рефлексии нет, поэтому нет и противоречия.

логические доказательства непротиворечивости свободы выбора и Божественного провидения меня мало интересуют. Потому что мы не верим в доказательства, мы не верим тому, что вообще есть доказательства.

мы живем в рамках не рационалистической философии, а другой, экзистенциальной

В экзистенциальной философии истина формируется путем не доказательства, как в прежней, классической, а путем выбора. Т.е. выбирая, я формирую истину.

согласно экзистенциальному подходу, решение вопроса о свободе выбора следующее: я ощущаю, что у меня есть свобода выбора, и кроме того, я считаю, что Бог – провидец и всё знает. Эти вещи друг другу противоречат, но ничего страшного в этом нет: логика не обязана работать всюду.

их разрешают не логически, а экзистенциально, т.е. углубляя в себе ощущение свободы выбора и сознание Божественного провидения и всезнания Бога, осознавая, что они логически противоречат, и переступая совершенно свободно через это противоречие.

существование, во всей его сложности, во всей его нелогичности, если хотите, во всех его противоречиях, является исходным фактом, а теория должна этот факт объяснить. Может объяснить – хорошо, не может – теория несостоятельна.

Идея детерминизма является, с моей точки зрения, отвратительной, прежде всего потому, что она убивает в человеке свободное начало. Эта идея пытается снять с человека ответственность: от него ничего не зависит, потому что всё равно так будет.

детерминизм Лапласа входит в прямое противоречие с тем, как мы ощущаем свободу выбора

эксперимент, опровергающий теорию Лапласа, состоит в том, что мы знаем, что у нас есть свобода выбора

Ничего страшного, говорит иудей (христианин, мусульманин), просто признаем, что в мире одновременно существуют и божественное предопределение, и свободная воля человека. Долой логику и основанный на ней рационализм! Да здравствует иррационализм – основа любой религии! Уверуй в религиозные догмы – и все противоречия разом исчезнут. Уверуй – и сразу же наступит облегчение. Уверуй – и ты спасен. Зачем искать Истину в мире, если она уже дана нам в святых писаниях? Вне божественного предопределения и божественной воли никакого другого детерминизма нет и быть не может.

Предлагаю образцы наиболее одиозных возражений верующих против секулярного детерминизма: «он отвратителен», «это идиотизм… детерминизма нет, иначе не было бы и движения, и времени»; детерминизм порождают «страх и нежелание ответственности за свои действия» [see]. Вот подобные же, но чуть более «научные» опровержения абсолютного детерминизма со стороны еще одного верующего.



Василий Иванов-Ордынский (православный). Атеистический фатализм (абсолютный детерминизм) – это лженаука?
http://vk. com/topic-16922867_22717339


Под фатализмом обычно понимают мысль о том, что все события жизни человека обусловлены вмешательством некоей силы, непреодолимой для земных существ (Бога либо фатума).

При слове «фатализм» обычно сразу вспоминают о фатализме исламском (отсутствии свободы воли в исламе) и о кальвинизме. Однако фатализм характерен и для такого течения в атеизме которое принято называть «абсолютный детерминизм».

абсолютный материалистический детерминизм… является разновидностью фатализма.

Теория абсолютного детерминизма Лапласа по сути представляет собой попытку научного обоснования учения о фатализме.

атеистическое учение об «абсолютном детерминизме» – антисоциально и аморально по сути своей. Ведь если считать что причины всех явлений предопределены ещё Большим взрывом, и считать что свободной воли человека не существует – тогда теряют смысл понятия вины, заслуги, ответственности, вменяемости, т.е. теряются все нравственные и юридические ценности: ведь нельзя ж вменять человеку в вину или ставить в заслугу поступки, которые были предопределены еще Большим взрывом. Получается, что согласно этому учению... нельзя наказывать человека за преступление.

А если, считает верующий, речь идет о религиозном учении об абсолютном детерминизме, где всё также однозначно предопределено божественной волей, то никаких затруднений не возникает. Напрасно! Вот что пишет, например, Википедия.

«…Теологическая доктрина о божественном всеведении противоречит свободе воли. Поскольку если Бог знает всё, что произойдет, вплоть до любого возможного выбора, то такой выбор вряд ли можно назвать свободным. Если Бог обладает вневременным знанием о выборе каждого человека, то это, кажется, должно ограничивать свободу» [see].

«Свобода воли в теологии является важной частью взглядов на свободу воли в целом. Религии сильно отличаются в том, как они отвечают на основной аргумент против свободы воли, и таким образом могут давать разный ответ на парадокс свободы воли – утверждению, что всеведение несовместимо со свободой воли… Для общего церковного сознания христианства изначала было одинаково важно сохранить в неприкосновенности оба утверждения: что всё без изъятия зависит от Бога – и что нечто зависит от человека» [see].

«Принцип свободы воли имеет следствия в религии, этике и науке. К примеру, в религии свобода воли подразумевает, что желания и выбор человека могут сосуществовать с божественным всеведением. В этике существование свободы воли определяет, могут ли люди нести моральную ответственность за свои действия. В науке изучение свободы воли может выявить способы прогнозирования человеческого поведения» [see].



 ДИАЛЕКТИЧЕСКИЙ ДЕТЕРМИНИЗМ


Марксизм, вслед за Гегелем, использует псевдодиалектическую формулу «и то и другое одновременно» в отношении к причинности. Пытаясь занять «золотую середину» между позициями детерминизма и индетерминизма, марксисты признают диалектически дополнительное существование необходимого и случайного в одной и той же реальности. Вот несколько выдержек из «Диалектики природы» Энгельса. «В противовес обеим этим концепциям (детерминизма и индетерминизма – А.А.) выступает Гегель с совершенно неслыханными до того времени положениями, что случайное имеет некоторое обоснование, ибо оно случайно, но точно так же и не имеет обоснования, ибо оно случайно, что случайное необходимо, что необходимость сама определяет себя как случайность и что, с другой стороны, эта случайность есть скорее абсолютная необходимость… Естествознание предпочло просто игнорировать эти положения как парадоксальную игру слов, как противоречащую самой себе бессмыслицу, закоснев теоретически, с одной стороны, в скудоумии вольфовской метафизики, согласно которой нечто является либо случайным, либо необходимым, но не тем и другим одновременно, а с другой стороны – в едва ли менее скудоумном механическом детерминизме, который на словах отрицает случайность в общем, чтобы на деле признавать ее в каждом отдельном случае» [see]. «Пестрое скопление различнейших предметов в какой-нибудь определенной местности или даже на всей земле остается, при всей извечной, первичной детерминированности его, всё же таким, каким оно было, – случайным» [see]. «Что в этом стручке пять горошин, а не четыре или шесть, что хвост этой собаки длиной в пять дюймов… всё это факты, вызванные не подлежащим изменению сцеплением причин и следствий, незыблемой необходимостью, и притом так, что уже газовый шар, из которого произошла солнечная система был устроен таким образом, что эти события должны были случиться именно так, а не иначе… До тех пор, пока мы не можем доказать, от чего зависит число горошин в стручке, оно остается случайным; а оттого, что нам скажут, что этот факт предусмотрен уже в первоначальном устройстве солнечной системы, мы ни на шаг не подвинемся дальше… Если тот факт, что определенный стручок заключает в себе шесть горошин, а не пять или семь, представляет собой явление того же порядка, как закон движения солнечной системы, или закон превращения энергии, то на деле не случайность поднимается до уровня необходимости, а необходимость снижается до уровня случайности» [see].

Что можно сказать в связи с этим? Если отбросить надуманные утверждения о том, что детерминизм ведет к фатализму или отрицает различия между существенным и несущественным, то останется суть разногласий: Энгельс отрицает мнение о том, что случайное возникает исключительно на почве нашего неведения и стремится понять, какое обоснование имеет случай и как можно совместить «извечную, первичную детерминированность» природы и объективность случайного. Энгельс пытался сделать это путем признания случайного в качестве диалектически дополнительного по отношению к необходимому, равноправного ему. Это – принципиальная ошибка. Случайное не является ни основанием, ни дополнением необходимого. Случай вторичен, первичен закон. Но вместе с тем случайное объективно. В каком отношении? Где границы этой объективности? Как случайное возникает из неслучайного? Ведь наивно же предполагать clinamen Эпикура или современные непредсказуемые квантовые скачки электрона изначально существующими и не нуждающимися в обосновании. Следует понять, как из однозначного возникло неоднозначное, из необходимого – случайное, из жесткой детерминации – свобода воли? Как всё это, существуя одновременно и объективно, является всё же не диалектически дополнительным по отношению друг к другу и справедливо не в отношении одного и того же мира, но в отношении различных миров.

Ограничивая бытие наблюдаемыми вещами, современные диалектические материалисты, вслед за Энгельсом, продолжают толковать необходимость и случайность как диалектически дополнительные понятия, хотя и испытывают при этом значительные трудности в оценке своей позиции по отношению к детерминизму и индетерминизму.


«Лапласовский детерминизм ведет к фатализму, принимает мистический характер и фактически смыкается с верой в божественное предопределение. Развитие науки отвергло лапласовский детерминизм не только в органической природе и общественной жизни, но и в сфере физики. Установление соотношения неопределенностей в квантовой механике показало его несостоятельность, но вместе с тем было истолковано идеалистической философией в духе индетерминизма (выводы о «свободе воли» электрона, об отсутствие причинности в микропроцессах и т.д.). Диалектический материализм преодолевает ограниченность механического детерминизма и, признавая объективный и всеобщий характер причинности, не отождествляет ее с необходимостью» [see].

«С попыткой обосновать индетерминизм выступил астрофизик А.Эддингтон. В своей речи «Крах детерминизма» он пытается убедить слушателей, что упразднение детерминизма не является отказом от научного метода, а увеличивает глубину и точность анализа наблюдаемых явлений» [see].

«Философы-индетерминисты отрицают объективность закономерностей. С точки зрения индетерминизма, явления не определяются причинами и необходимостью, а зависят от бога, «высшего разума», воли или цели. Индетерминизм выступает в различных формах, но в конечном счете он ведет к замене научного взгляда на мир религиозным. Как писал Ленин, «изгнание законов из науки есть на деле лишь протаскивание законов религии»» [see].

«Материалисты прошлого неправильно полагали, что признание объективности случайности неизбежно приведет к идеалистическому взгляду на мир, к индетерминизму» [see].

«То, что многие современные физики принимают за крах детерминизма и торжество индетерминизма, есть на самом деле крах механистического детерминизма, свидетельствующий не о правоте индетерминизма, а о необходимости перехода к детерминизму диалектическому» [see].


И.В.Кузнецов. Ст. «Детерминизм». // Большая советская энциклопедия.

Детерминизм, философское учение об объективной закономерной взаимосвязи и взаимообусловленности явлений материального и духовного мира. Центральным ядром детерминизма служит положение о существовании причинности, т.е. такой связи явлений, в которой одно явление (причина) при вполне определённых условиях с необходимостью порождает, производит другое явление (следствие).

Современный детерминизм предполагает наличие разнообразных объективно существующих форм взаимосвязи явлений, многие из которых выражаются в виде соотношений, не имеющих непосредственно причинного характера, т.е. прямо не содержащих в себе моментов порождения, производства одного другим. Сюда входят пространственные и временные корреляции, те или иные ассоциации, функциональные зависимости, отношения симметрии и т.п. Особенно важными в современной науке оказываются вероятностные соотношения, формулируемые на языке статистических распределений и статистических законов. Однако все формы реальных взаимосвязей явлений в конечном счёте складываются на основе всеобще действующей причинности, вне которой не существует ни одно явление действительности, в том числе и такие события (называемые случайными), в совокупности которых выявляются статистические законы. Применительно к различным областям знания общие принципы детерминизма специфицируются (нередко говорят о физическом детерминизме, органическом детерминизме, социальном детерминизме и т.п.).

Принципиальным недостатком прежнего, домарксистского детерминизма было то, что он ограничивался одной непосредственно действующей причинностью, к тому же трактуемой чисто механистически; в нем отрицалась объективная природа случайности, вероятность выводилась за пределы детерминизма, статистические связи принципиально противопоставлялись материальной детерминации явлений. Связанный с метафизическим материализмом, прежний детерминизм не мог быть последовательно реализован в ряде важных отраслей науки о природе, в особенности биологии, и оказывался бессильным в объяснении социальной жизни и явлений сознания. Эффективное проведение идей детерминизма здесь стало возможным только благодаря диалектическому и историческому материализму. Ядром марксистской концепции социального детерминизма является признание закономерного характера общественной жизни. Это, однако, не означает, что ход истории предопределён заранее и осуществляется с фатальной необходимостью. Законы общества, определяя основную линию исторического развития, вместе с тем не предопределяют многообразия деятельности каждого отдельного индивида. В общественной жизни постоянно складываются различные возможности, осуществление которых во многом зависит от сознательной деятельности людей. Детерминизм не только не отрицает свободы, но, напротив, предполагает способность человека к выбору мотивов и целей деятельности.

Детерминизму противостоит индетерминизм, отказывающийся от признания причинности вообще или по крайней мере её всеобщности. Другой формой отрицания детерминизма является идеалистическая телеология, провозглашающая, будто течение всех процессов предопределяется действием нематериального «целеполагающего начала». Стимулом для оживления индетерминистических воззрений в 1-й четверти 20 в. послужил факт возрастания в физике роли статистических закономерностей, наличие которых было объявлено опровергающим причинность. Однако диалектико-материалистическая трактовка соотношения случайности и необходимости, категорий причинности и закона, развитие квантовой механики, раскрывшей новые виды объективной причинной связи явлений в микромире, показали несостоятельность попыток использовать наличие вероятностных процессов в фундаменте микромира для отрицания детерминизма.

Принцип детерминизма служит руководящим началом во всех областях научного знания, эффективным орудием постижения истины.

Эволюционная теория Ч.Дарвина, давшая материалистическое объяснение относительной целесообразности в живой природе, развитие кибернетики, создавшей учение о саморегулирующихся и самоуправляющихся системах, нанесли сокрушительный удар по идеалистической телеологии, фатализму, учениям о предопределении и подтвердили правильность всех принципиальных посылок современного диалектико-материалистического детерминизма.


Журов С.Р. Два решения проблемы свободы воли. // Философский альманах № 6. – Иваново, 2002. http://www.rodniki.ru/narod/zhurov/dvaresh.htm

Общеизвестная особенность философии состоит в том, что в ней нет окончательных ответов на самые главные вопросы, ответов, с которыми должны были бы согласиться все. К тому же многие философские понятия просто не имеют смысла в точных науках. Но это и не удивительно: философия по своей природе занимается именно тем, что выходит за пределы всякого возможного (или, по крайней мере, научно обозримого) опыта. Точные науки занимаются решением конкретных проблем в строго очерченной области опыта. Но вот утверждение, что весь опыт может и должен быть интерпретирован научно, уже является философским: наука не может делать утверждений обо всем опыте.

Одной из таких трудноразрешимых проблем является проблема свободы воли. Существуют различные ее решения вплоть до полного отрицания свободы воли; но прежде всего эту проблему нужно правильно поставить. Следует отграничить свободу воли от свободы как таковой. Так, в православии и в католицизме считается, что грешник не имеет свободы, он раб греха; но на любой глубине духовного падения он сохраняет свободу воли, благодаря которой он может покаяться и перестать грешить. Эти понятия могут не различаться в философских направлениях, исходящих из субъективистских и релятивистских предпосылок; но если для нас субъективизм и релятивизм неприемлемы, мы должны различать свободу как состояние совершенного человека (как это ни понимать) от свободы воли как понятия чисто негативного, от произвола, который присущ каждому и который является условием свободы как совершенства.

В материализме категория свободы возможна в полупантеистическом смысле, как следование универсальной мировой закономерности [see]. Но как быть со свободой воли? Ведь она ощущается каждым из нас как совершенно особый вид причинности, не совпадающий ни с необходимостью, ни со случайностью. Отрицание свободы воли не более продуктивно, чем отрицание реальности внешнего мира: всё равно человек на практике исходит из того, что он, лично он, свободен. И как быть в таком случае с понятием вины, морального ее вменения?

Само собой разумеется, что в материализме свобода воли не может пониматься как особый вид причинности. Но отрицание такого ее понимания, как мне представляется, не обязательно означает отрицание ее самой. Здесь есть два решения проблемы: строго детерминистское, отрицающее объективный характер случайности, и признающее объективность случайности. Рассмотрим каждое по отдельности.

Идея абсолютного детерминизма сейчас мало популярна. Считается, что квантовая механика нанесла ей сокрушительный удар. Однако существует строго детерминистское описание процессов, идущих в микромире. Эта теория не пользуется популярностью в основном потому, что ее следствия полностью совпадают со следствиями копенгагенской версии квантовой механики. Еще одна теория просто не нужна [see]. Случайность же в макромире – это только невозможность учесть абсолютно все начальные условия и последующие внешние возмущения. К объективной случайности это не имеет отношения.

Кажется, что свобода воли такой концепцией просто уничтожается. Но я полагаю, что это не так. Сохраняется различение существенных и несущественных причин, и эти последние можно назвать случайными. Решение, принятое свободно, – это такое решение, наиболее существенные причины принятия которого лежат не во внешнем мире, а во мне самом. Внешние воздействия могут быть главной причиной текущего состояния только в таких системах, где все процессы являются линейными и относительно простыми. Мозг – система сложная, нелинейная, и человек всегда или почти всегда может занять собственную позицию по отношению к внешнему миру. Понятие же вины опирается не на случайность и даже не на какую-то особую причинность, а на наличие сознания и самосознания. К природным процессам понятие вины неприложимо только потому, что природа самоё себя не сознаёт.

И все-таки можно ли здесь говорить о свободе воли? Ведь в действительности, если взять во внимание всю совокупность мировых процессов, ни в какой момент индивид не мог поступить по-другому, чем он в действительности поступил. Но следует заметить, что при рассмотрении всей совокупности абсолютно необходимых процессов мы приходим к парадоксальным результатам. Еще Энгельс отмечал, что в таком мировоззрении абсолютная необходимость неотличима от абсолютной случайности: если всё одинаково необходимо, то всё одинаково случайно. Тогда, как у Рея Брэдбери, состояние общества определяется не только текущими, научно обозримыми причинами, но даже судьбой бабочки, погибшей десятки миллионов лет назад. И вот тогда теряет смысл всякое различение существенного и несущественного, что делает невозможной никакую абстракцию и даже никакую речь: любое именование есть отвлечение от чего-то, от каких-то признаков. В результате возможным оказывается только созерцание, причем нельзя сказать даже, что именно мы созерцаем. А как только мы начинаем говорить о свободе воли, моральной ответственности и т.п., мы именно начинаем говорить, т.е. уходим от абсолютного обратно к относительному. На этом уровне мы неизбежно различаем существенное и несущественное, а потому понятие свободы воли вновь обретает смысл (раз уж мы, повторяю, используем понятия).

Абсолютный детерминизм считают механистическим мировоззрением; однако и у Гегеля диалектика случайности и необходимости в конце концов приводит к абсолютной необходимости, которая совпадает с абсолютной случайностью. У детерминизма есть одно несомненное психологическое достоинство. Будучи правильно истолкованным, он вместо того, чтобы расслаблять человека (дескать, пороки для меня неизбежны), может придавать ему необыкновенную силу. Человек вдруг обнаруживает, что любые внешние воздействия, склоняющие его ко злу, ничего не значат перед железной необходимостью, царящей в его душе. И тогда он может противостоять чему угодно по лютеровскому принципу: «На том стою и не могу иначе».

Ну, а если все-таки отказаться от абсолютного детерминизма и признать, что существует объективная случайность? Это ведь больше соответствует и здравому смыслу, и практике научного исследования: понятие случайности мы используем постоянно, и утверждение, что эта случайность «ненастоящая», выглядит просто фразой. Но следствия из этого постулата оказываются не менее парадоксальными. Энгельс совершенно верно отметил, что тогда случайное означает непознаваемое, и совершенно всё равно, назовем ли мы это непознаваемое случаем или Богом. Понятие Бога вводить здесь необязательно, однако случайность здесь действительно оказывается трещиной в рациональности. Не так просто дать точное определение иррационального, но объективная случайность – это именно иррациональность в чистом виде. В начале статьи было сказано, что свобода воли ощущается нами как нечто такое, что отличается и от необходимости, и от случайности; но при этом мы исходили из общепринятого представления, что случайное – это беспричинное, в которое незачем вдумываться: случай – и всё! А если всё же вдуматься, то мы придем к выводу, что под маской случайного скрыта именно свобода воли, в зачаточной форме присущая всей материи. Точнее, человеческая свобода воли – это наивысшая форма иррациональной причинности.

Только всегда нужно помнить, что случайность (иррациональная причинность) не противопоставлена жестко необходимости (причинности рациональной). Это следует из общеизвестного факта существования статистических закономерностей. Пожалуй, это самое труднообъяснимое: каким образом в одном событии могут сочетаться необходимость и случайность? Но все-таки они сочетаются и образуют диалектическое единство. Что же до классических, динамических закономерностей, где нет места случайности, то их, возможно, следует рассматривать как частный случай закономерностей вероятностных: они описывают такие события, вероятность которых равна единице.


Критика диалектического детерминизма


Руслан Хазарзар. Скептический взгляд на диалектический материализм. http://khazarzar.skeptik.net/books/kh/causa.htm

Наиболее запутанное диалектическим материализмом понятие – детерминизм.

детерминизм неминуемо ведет к фатализму, принимает мистический характер и фактически смыкается с верой в божественное предопределение. Или еще короче: «Любой детерминизм ведет к фатальности».

«Необходимость, неизбежная при детерминизме, исключает многовариантность решений, а поскольку такие мгновения в регрессивном ряде составляют всю нашу жизнь от первого сознающего момента, наша воля никогда не была свободна» [see].

всякий материализм исповедует детерминизм, т.е. отрицание детерминизма равносильно отрицанию самого материализма.

диалектический материализм, будучи материализмом, т.е. отрицая индетерминизм, но не имея честности признать фатальность при детерминизме, пытается встать между этими двумя противоположными точками зрения. Здесь ему на помощь приходит вечный спутник противоречия – диалектика гегелевского типа.

«Быть одновременно случайным и необходимым есть противоречие», – утверждал Спиноза [see], но основоположников диалектического материализма это не смущало, ибо, как сказал Гегель, «противоречие есть критерий истины» [see].

Иными словами, свободна та воля, которая подчиняется необходимости, т.е. та воля свободна, которая не свободна, – вот оно допущение и узаконивание противоречия, его догматизация – та жалкая уловка, за которую диаматчики всё еще готовы держаться, полагая, будто такой «бесчестной диалектической махинацией» можно разрешить проблему, над решением которой тщетно бились в течение тысячелетий. «Ведь это явное противоречие, – говорит Шопенгауэр, – называть волю свободной и тем не менее предписывать ей законы, по которым она должна желать: «должна желать!» – деревянное железо!» [see].

Необходимость, вне зависимости от того, известна она нам или неизвестна, всегда останется необходимостью, и называть неизвестную нам необходимость «случайностью» – значит заниматься софистикой, грубо нарушая элементарные законы логики.

Наше незнание (невежество) не может быть аргументом ни в каком теоретически позитивном построении относительно бытия. И только диалектический материализм, субъективизируя реальность, считает, что фатум может быть отвергнут нашим незнанием о нем. Как будто бы из того положения, что мы не знаем собственной судьбы или Бога, следует вывод, что судьбы или Бога в реальности нет. И никакие тонны казуистическо-диаматовской макулатуры не смогут завуалировать это элементарное положение.

Если первична материя, а не сознание, то наше сознание есть отображение материальных, физико-химических, процессов в нашем мозге. Разумеется, согласно принципу причинности, все материальные процессы в нашем мозге также необходимы, а не случайны или свободны. И ни о какой свободе воли не может быть и речи. Все наши мотивы «запрограммированы», предрешены законом каузальности, детерминизмом… Стало быть, если сознание вторично, то человек – лишь жалкое подобие робота, осознающего себя в этом мире, как зритель в кино, с той лишь разницей, что наивно [надеется повлиять на происходящий на экране процесс].

Теперь я спрашиваю у идеологов диалектического материализма: если сознание вторично и закон каузальности верен, за что люди подвергаются суду? Разве детерминизм оставляет человеку вменяемость и разве кто-нибудь виновен в том, что он, например, убийца или вор

«Нельзя постулировать вменяемость подследственного и одновременно всеобщий характер причинности, как это делал (делает?) диалектический материализм. Нельзя постулировать свободу воли и одновременно всеведение и всемогущество Бога, как это делает теизм» [see].

сознание, согласно материалистическому учению, вне цепи причин и следствий, а значит, и не может быть причиной какого-либо следствия.

Отрицание субстанциональности идеального равносильно отрицанию свободы воли.

Если человек свободен, свободна его воля, а стало быть, если человек вменяем, то материалистическому детерминизму с его принципом причинности в мире не остается места.

Руслан Хазарзар предлагает нам всё тот же одиозный выбор: «либо свобода воли, либо детерминизм». И выбирает свободу воли. Тот же выбор делает и Пинхас Полонский: «я знаю, что у меня есть свобода воли, следовательно, детерминизм неверен». Что объединяет ярого критика материализма и представителя иудаизма? – Общая примитивная схема всех таких утверждений: «или – или». Более гибкой является схема ортодоксальной диалектики: «и то и другое существует одновременно в одном и том же мире». Что касается настоящей диалектики, то она, на мой взгляд, придерживается схемы: «и то и другое существует одновременно», – но пытается разнести эти якобы несовместимые и противоречащие друг другу понятия по разным мирам.



 СИНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ДЕТЕРМИНИЗМ


«Постмодернизм стремится «драматизировать наше понимание кризиса», и прежде всего кризиса детерминизма. Характеризуя науку постмодерна, Лиотар заявляет, что она занята «поисками нестабильностей»… Детерминизм, утверждает французский ученый, сохранился лишь в виде «маленьких островков» в море всеобщей нестабильности, когда всё внимание концентрируется на «единичных фактах», «несоизмеримых величинах» и «локальных» процессах» [see].

«В подобных воззрениях Лиотар не одинок: выше уже упоминалась… работа модного сейчас бельгийского философствующего физика Ильи Пригожина и философа Изабеллы Стенгерс «Новый альянс: Метаморфоза науки» (1979), где высказывалась та же идея» [see].


Олвин Тоффлер. Наука и изменение. Предисловие к книге: Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. http://lib.babr.ru/index.php?book=355

Именно механистическое мировоззрение лежит в основе знаменитого изречения Лапласа.

Приверженцы классической науки рисовали картину мира, в которой любое событие однозначно определяется начальными условиями, задаваемыми (по крайней мере в принципе) абсолютно точно. В таком мире не было места случайности

Физики, работавшие в области квантовой механики, и в частности занимавшиеся соотношением неопределенности, предприняли массированное наступление на детерминистическую модель.

Открытый характер подавляющего большинства систем во Вселенной наводит на мысль о том, что реальность отнюдь не является ареной, на которой господствует порядок, стабильность и равновесие: главенствующую роль в окружающем нас мире играют неустойчивость и неравновесность.

Именно здесь и появляются на сцене Пригожин и Стенгерс. Им удается продвинуться еще на один шаг: они не только доказывают, что в окружающем нас мире действуют и детерминизм, и случайность, но и прослеживают, каким образом необходимость и случайность великолепно согласуются, дополняя одна другую.

Случайность подталкивает то, что остается от системы, на новый путь развития, а после того как путь (один из многих возможных) выбран, вновь вступает в силу детерминизм – и так до следующей точки бифуркации.


Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса.
http://lib.babr.ru/index.php?book=355


Только бесконечно точное описание, подразумевающее, что все знаки бесконечного десятичного разложения чисел, задающих мгновенное состояние системы, известны, могло бы позволить отказаться от рассмотрения поведения системы в терминах случайности и восстановить идеал детерминистического динамического закона.

Даже ученый, глубоко убежденный в правильности детерминистических описаний, вряд ли осмелится утверждать, что в момент Большого взрыва, т.е. возникновения известной нам Вселенной, дата выхода в свет нашей книги была начертана на скрижалях законов природы.

Как подчеркивал Джозеф Нидэм, западноевропейская мысль всегда испытывала колебания между миром-автоматом и теологией с ее миром, безраздельно подвластным богу. В этой раздвоенности – суть того, что Нидэм называет «характерной европейской шизофренией». В действительности оба взгляда на мир взаимосвязаны. Автомату необходим внешний бог.

Сложность природы Фейнман, так же как и его предшественники, провозгласил лишь кажущейся: каждый ход подчиняется простым правилам.

Второе начало термодинамики впервые заставило усомниться в правильности традиционной концепции природы, объяснявшей сложное путем сведения его к простоте некоего скрытого мира.

Мы считаем, что вблизи бифуркаций основную роль играют флуктуации или случайные элементы, тогда как в интервалах между бифуркациями доминируют детерминистические аспекты.

Ну и что? А Эпикур считал, что прямолинейные движения атомов изредка нарушаются непредвиденными отклонениями – клинамен. А диалектики считали, что строго детерминированные количественные изменения нарушаются непредсказуемыми качественными скачками. И где результат? – Одни иллюзии и заклинания, сплошной туман и мистика, ортодоксальная диалектика и софистика. Следует признать: ни одна эмпирическая философия так и не смогла удовлетворительно объяснить происхождение случайного из необходимого. Ограничивая бытие наблюдаемыми вещами, каждая из них фактически просто постулирует одновременное наличие и того и другого для всего эмпирического мира и каждого его предмета.


И.Пригожин. Философия нестабильности. Вопросы философии. 1991. №6. http://www.philosophy.ru/library/vopros/51.html

Идея нестабильности не только в каком-то смысле теоретически потеснила детерминизм, она, кроме того, позволила включить в поле зрения естествознания человеческую деятельность, дав, таким образом, возможность более полно включить человека в природу.

В 1986 г. сэр Джеймс Лайтхил, ставший позже президентом Международного союза чистой и прикладной математики, сделал удивительное заявление: он извинился от имени своих коллег за то, что «в течение трех веков образованная публика вводилась в заблуждение апологией детерминизма, основанного на системе Ньютона, тогда как можно считать доказанным, по крайней мере с 1960 года, что этот детерминизм является ошибочной позицией. Не правда ли, крайне неожиданное заявление? Мы все совершаем ошибки и каемся в них, но есть нечто экстраординарное в том, что кто-то просит извинения от имени целого научного сообщества за распространение последним ошибочных идей в течение трех веков.

Удивительное, неожиданное и экстраординарное заявление, утверждает Пригожин. Как бы не так! – это нечто гораздо большее. Ведь упомянутый им сэр в пылу административного рвения нарушил основную заповедь ученого – говорить только от своего имени. Совершенно непонятно, кто уполномочил его высказываться от имени всего научного сообщества? Мне кажется, надо играть по правилам и не передергивать карты, иначе на нас свалится много всякого такого «удивительного, неожиданного и экстраординарного», например, что детерминизм был опровергнут еще в 1960 году. В сущности, оценка Пригожиным указанного выше деятеля сугубо прагматическая: «Конечно, он сукин сын, но он наш сукин сын, ибо помогает нам преодолеть концепцию лапласовского детерминизма. Хотя бы и на идеологическом уровне».

Следует понять, что отказ от детерминизма равносилен отказу от науки и рационализма. «Сон разума рождает чудовищ» иррационализма и мистики, ведет в конечном итоге не только к неверному определению направления поиска, но и надуванию радужных мыльных пузырей. Стремление выдать желаемое за действительное порождает иллюзии и тех, кто их создает. Когда нельзя, но очень хочется, наука умолкает и в дело вступают так называемые информационные технологии, благодаря которым черное и колючее послушно превращается в белое и пушистое. Это позволяет, авторитетно надувая щёки, рассуждать о крахе лапласовского детерминизма, непредсказуемых качественных скачках, эмерджентных эволюциях, бифуркациях, клинамен и прочей чертовщине. Неужели стороннему наблюдателю не ясно, что, к примеру, пригожинские бифуркации приняты на веру и обоснованы ничуть не лучше эпикуровских clinamen?


По мнению И.Пригожина, современная наука «не сводима ни к материализму, ни к детерминизму».

«Нам приходилось слышать целый хор Нобелевских лауреатов по физике, утверждавших, что материя мертва, причинность мертва, детерминизм мертв. Если это действительно так, устроим усопшим похороны под реквием электронной музыки. Настало время извлечь урок из постмеханистической науки XX в. и выбраться из смирительной рубашки, надетой на наши философские взгляды материализмом XIX в. Парадоксально, но если бы наши философские взгляды находились на уровне современной науки вместо того, чтобы отставать от нее на столетие, то мы давно освободились бы от этой смирительной рубашки... Но, коль скоро допущенная нами ошибка осознана, мы могли бы острее ощущать те явления вокруг нас, которые ранее были вынуждены игнорировать из-за одностороннего пристрастия к физической науке, могли бы более чутко реагировать на росток, пробивающийся сквозь обломки рухнувшего здания причинности, с большим вниманием относиться к стечению событий, включить паранормальные явления в нашу концепцию нормальности и отдавать себе ясный отчет в том, что мы живем в «стране слепых»» [see].

«Современная наука фундирована, по оценке А.Кестлера, презумпцией необходимости «выбраться из смирительной рубашки, надетой на... философские взгляды материализмом 19 в.», – в первую очередь, речь идет о «смирительной рубашке» детерминизма, понятого в качестве внешнего причинения» [see].

Смирительную рубашку пытаются надеть на детерминизм и материализм все их противники мистики, прорицатели, экстрасенсы, исследователи паранормальных явлений, создатели альтернативных академий и прочие представители нетрадиционных способов познания природы, которые сами определённо нуждаются в смирительной рубашке логики и рационализма.


М.А.Можейко. Ст. «Синергетика». Новейший философский словарь. Минск, 2001.

«Открытия в области естественных наук на рубеже XIX-го и XX-го веков развеяли миф об обязательности причинно-следственной связи всех явлений. Крах детерминизма поколебал незыблемую до той поры теорию эволюции» [see].

Синергетическое видение мира фактически закладывает основы новой концепции детерминизма… отказ от презумпции принудительной каузальности, предполагающей фактор внешней по отношению к исследуемому процессу причины (детерминанты) и введение в естествознание презумпции имманентной самоорганизации системы.

Синергетический подход инспирирует переосмысление феномена детерминизма в плане нелинейной его интерпретации… и снятия альтернативы между необходимостью и случайностью.

порядок и беспорядок… оказываются тесно связанными – один включает в себя другой.

Метафорически обозначая процессуальность исследуемой предметности как «порядок из хаоса», синергетика вводит понятие хаоса в число фундаментальных для своего категориального аппарата.

Современная синергетика… рассматривает себя как «теория хаоса».


М.А.Можейко. Ст. «Неодетерминизм». Новейший философский словарь. Минск, 2001.

В синергетике материя стала рассматриваться не как инертный объект, изменяющийся в результате внешних воздействий, а, наоборот, как объект, способный к самоорганизации, проявляющий при этом как бы свою «волю» и многосторонность

«в сильно неравновесных условиях процессы самоорганизации соответствуют тонкому взаимодействию между случайностью и необходимостью, между флуктуациями и детерминистскими законами. Мы считаем, что вблизи бифуркаций основную роль играют флуктуации или случайные элементы, тогда как в интервалах между бифуркациями доминируют детерминистические аспекты... Когда система, эволюционируя, достигает точки бифуркации, детерминистическое описание становится непригодным... Переход через бифуркацию – такой же случайный процесс, как бросание монеты», в силу чего «в этом случае... возможно только статистическое описание» (И.Пригожин, И.Стенгерс).

нелинейный тип детерминизма становится фундаментальным для синергетической парадигмы современного естествознания, а ориентация на него – определяющей. Фактически то же самое можно сказать и о парадигме современного философского постмодернизма.

«У природы, как мы видим, нет полного детерминизма, она не работает ни по квантовой механике, ни по классической механике, внутри нее запрятаны случайные процессы. Отсутствие детерминизма – это наше счастье, потому что мы живем в живом, развивающемся мире, а не в том, который мог бы быть предсказан с помощью каких-то уравнений» [see].

«Свобода воли является имманентным, т.е. внутренне присущим свойством всего мира. Только на основе этого исходного положения можно уйти от бессмысленного, полностью детерминированного механического мира к миру живому и развивающемуся» [see].

В поисках путей выхода из кризиса детерминизма, синергетики и постмодернисты толкуют нам про «обломки рухнувшего здания причинности», «нелинейный детерминизм», «смесь необходимости и случайности», «снятие альтернативы между необходимостью и случайностью», «тонкое взаимодействие между необходимостью и случайностью», «дуализм детерминистического и стохастического», не замечая, что фактически они используют всё те же старые формулы ортодоксальной диалектики: «переход количества в качество», «единство и борьба противоположностей», «и то и другое одновременно в одном и том же предмете».

Обратите внимание на фразеологию «защитников свободы» и спасителей свободы воли человека. «Смирительная рубашка детерминизма», «крах детерминизма», «последний гвоздь в гроб детерминизма Лапласа», «наука XX в. покончила с лапласовым детерминизмом», «бессмысленность детерминированного мира», «трагедия свободы», «свобода воли является имманентным свойством всего мира», «отсутствие детерминизма – это наше счастье». На мой взгляд, это лексика не ученых, а идеологов от науки, т.е. создателей ее мифов.

В любой эмпирической философии все защитники свободы воли человека по необходимости являются противниками абсолютного детерминизма. «Это повествование характеризуется единой фундаментальной темой: «коллективной борьбой, цель которой – вырвать царство Свободы из оков царства Необходимости» (Джеймсон)» [see]. Подобные попытки освободить нежную свободу из лап грубой необходимости, все эти церковные махания руками, кадилами и брызгание святой водой на материалистический детерминизм напоминают мне реакцию наивного маленького мальчика, который из благих побуждений пытается защитить бедную курочку от наглых посягательств злого петушка. Следует со всей определенностью заявить: ни одна эмпирическая философия не способна удовлетворительно разрешить антиномию свободы и необходимости. В качестве иллюстрации этого последнего утверждения посмотрите, как пытаются истолковать происхождения случайного из необходимого сторонники так называемого детерминированного хаоса.




 ДЕТЕРМИНИРОВАННЫЙ ХАОС


Кратчфилд Дж., Фармер Дж., Паккард Н., Шоу Р. Хаос. // В мире науки – 1987, №2. http://www.portalus.ru/modules/philosophy/print.php?subaction=showfull&id=
1108677985&archive=0212&start_from=&ucat=1&


Каковы источники случайного поведения? Классическим примером служит броуновское движение. Рассматриваемая в микроскоп пылинка совершает свой безостановочный и беспорядочный танец под действием теплового движения окружающих ее молекул воды. Поскольку молекулы воды невидимы, а число их огромно, точное движение пылинки совершенно непредсказуемо. Таким образом, паутина причинных воздействий одних частей системы на другие может стать настолько запутанной, что окончательная картина поведения будет совсем случайной.

Наука XX в. покончила с лапласовым детерминизмом. Первый удар ему нанесла квантовая механика. Одно из главных положений этой теории – открытый Гейзенбергом принцип неопределенности, который утверждает, что одновременно положение и скорость частицы не могут быть точно измерены. Принцип неопределенности хорошо объясняет, почему некоторые случайные явления, такие, как радиоактивный распад, не подчиняются лапласову детерминизму.

Экспоненциальное накопление ошибок, свойственное хаотической динамике, стало вторым камнем преткновения для лапласова детерминизма. Квантовая механика установила, что начальные измерения всегда неопределенны, а хаос гарантирует, что эти неопределенности быстро превысят пределы предсказуемости. Не будь хаоса, Лаплас мог бы тешиться надеждой, что ошибки останутся ограниченными или хотя бы будут расти достаточно медленно, позволяя делать долгосрочный прогноз. При наличии хаоса достоверность прогнозов быстро падает.

Кажущийся парадокс состоит в том, что хаос детерминирован – порожден определенными правилами, которые сами по себе не включают никаких элементов случайности. В принципе будущее полностью определено прошлым, однако на практике малые неопределенности растут и поэтому поведение, допускающее краткосрочный прогноз, на долгий срок непредсказуемо.

Хаос предоставляет нам механизм для проявления свободной воли в мире, который управляется детерминированными законами.

«Детерминизм макромира является скорее мифом, пережитком классической науки и связанного с нею механистического материализма... Динамический хаос позволяет, следовательно, с уверенностью говорить о том, что в макромире случайность существует, а если существует случайность, свобода воли, по крайней мере, возможна» [see].


Гулидов А.И, Наберухин Ю.И. Диалектика необходимого и случайного в свете концепции динамического хаоса. 2001.
http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000669/


В философии категория случайности противостоит категории необходимости. В классической механике необходимость выступает как детерминистический закон, однозначно определяющий траектории частиц по начальным условиям. Эволюция динамической системы однозначно детерминируется начальным состоянием системы. Поэтому кажется, что ни о какой случайности в поведении динамической системы не может идти и речи. Такого типа рассуждения типичны в философской литературе до осознания явления динамического хаоса.

Открытое сравнительно недавно явление динамического (или детерминированного) хаоса состоит в том, что поведение очень простых нелинейных систем классической механики во многих случаях оказывается хаотическим. Хотя такие системы описываются детерминистическими уравнениями движения, которые однозначно определяют будущую (и прошлую) эволюцию, их траектории оказываются хаотическими, то есть случайными. Таким образом, необходимость и случайность в классической механике не противоречат друг другу, как это считалось до недавнего времени в физической и философской литературе.

Итак, случайное поведение не обязательно возникает в результате действия внешних случайных сил, оно может появиться в изолированных строго детерминированных системах. Как это возможно? Обсуждение этого вопроса имеет общефилософское значение, поскольку вносит новые моменты в диалектику необходимости и случайности

В физике понятия хаоса и случайности являются синонимами. Когда говорят о хаосе в механике, то имеют в виду неупорядоченное, нерегулярное, случайное движение.

Решение уравнений движения в виде регулярной функции означает возможность сокращенного описания движения, т.е. вместо описания траектории точка за точкой, мы говорим: траектория есть гармоническое колебание, или: планета движется по эллиптической орбите. Но для неинтегрируемых систем сокращенное описание невозможно. Для таких систем нет другого способа описать траекторию, как задать ее точка за точкой.

открытие явления динамического хаоса показало, что состояния динамической системы, достаточно удаленные по времени, во многих случаях оказываются нескоррелированными, что эквивалентно существованию независимых причинных цепей. Это означает, что возможно возникновение случайности без «самопроизвольных изменений».

Таким образом, для неинтегрируемых динамических систем – а такими является подавляющее большинство систем классической механики – траектории являются хаотическими. В такой ситуации «мы никаким способом не можем отличить динамический процесс, реализуемый траекторией системы, от некоторого случайного процесса» [see].

Явление динамического хаоса показывает, что не нужно искать особой причины случая, хаоса, отличной от самих динамических детерминистических законов. Хотя никаких намеков на хаос невозможно усмотреть в форме этих законов, хаос возникает с неизбежностью (за исключением редчайших ситуаций) при их реализации, возникает «сам собой».

явление динамического хаоса демонстрирует, что детерминистический закон и хаотический характер движения не противоречат друг другу.


Некоторые сомнения


Аноним. Детерминированный хаос. Научно-образовательный центр ФТИ им. А.Ф.Иоффе. http://link.edu.ioffe.ru/physica3/dchaos

Тот, кто занимается компьютеpным моделиpованием случайных пpоцессов, хоpошо знает, что почти в каждой компьютеpной пpогpамме имеется так называемый генеpатоp случайных чисел, котоpый пpи обpащении к нему выдает случайное число в интеpвале [0,1]. Однако также хоpошо известно, что в pаботе совpеменных компьютеpов ничего случайного нет. Каждый шаг любой компьютеpной пpогpаммы (в том числе и генеpатоpа случайных чисел) pасписан пpогpаммистом до мельчайших деталей. Поэтому и случайные числа получаются по вполне опpеделенному алгоpитму. То есть, иными словами, они обpазуют вполне детеpминиpованную последовательность, котоpую можно шаг за шагом воспpоизвести на настольном калькулятоpе. Hо тогда ничего случайного в этой последовательности нет. Любое «случайное» число в ней можно пpедсказать со 100% веpоятностью! Тем не менее, такие пpогpаммы хоpошо описывают поведение истинно случайных систем, что говоpит по кpайней меpе о сходстве хаpактеpистик этих детеpминиpованных последовательностей чисел с истинно случайными числами.

Пpичина непpедсказуемости поведения этой и дpугих подобных систем заключается в не в том, что не веpна математическая теоpема о существовании и единственности pешения пpи заданных начальных условиях, а в необычайной чувствительности pешения к этим начальным условиям. Близкие начальные условия со вpеменем пpиводят к совеpшенно pазличному конечному состоянию системы. Пpичем часто pазличие наpастает со вpеменем экспоненциально, то есть чpезвычайно быстpо

в отсутствии внешних шумов частица не забывает свои начальные условия, а, наобоpот, следует им во всех мельчайших деталях. Именно это и пpиводит к хаосу, котоpый заложен в этих деталях – бесконечной последовательности цифp в иppациональных числах, задающих начальные условия движения. Близкие начальные условия, выpажаемые этими иppациональными числами, совпадают дpуг с дpугом только лишь своими несколькими пеpвыми значащими цифpами (напpимеp, десятью). Все же остальные цифpы у них совеpшенно pазные! Поэтому пpи наличии неустойчивости по пpошествии некотоpого вpемени система начинает следовать этим цифpам, и пеpвоначально близкие тpаектоpии в pезультате pасходятся.


О.В.Шарыпов. Детерминированный хаос и случайность // Философия науки. – 2001. – № 2. http://www.bestreferat.ru/referat-86770.html

В настоящее время достоверно установлено, что решения достаточно простых систем нелинейных дифференциальных уравнений могут носить чрезвычайно сложный, т.е. нерегулярный, хаотический характер.

зачастую делается вывод о том, что изменение состояния системы, управляемое динамическими законами (в отсутствие каких-либо внешних, неконтролируемых, случайных воздействий), может происходить таким образом, что на уровне феноменологии его будет невозможно отличить от «движения под действием случайной вынуждающей силы».

неправомерно было бы утверждать, что хаотическое поведение динамической системы носит случайный характер. Хаос – вовсе не синоним случайности (Синонимами эти понятия могут выглядеть лишь на уровне феноменологии, но физика отнюдь не сводится только к описанию внешних проявлений реальности, стремясь к постижению и объяснению сущности явлений). Мы говорим о хаотическом поведении на основании ряда важных и специфических черт во внешнем проявлении процесса изменения состояния системы. Но при этом мы вовсе не интересуемся сущностью (механизмом) этого изменения, которое может быть как внутренне определенным и однозначным, т.е. детерминированным и необходимым, так и индетерминированным и случайным.

в рамках классических динамических теорий причинно-следственные отношения характеризуются исключительно аспектом необходимости, и, следовательно, совершенно бесперспективны в философско-методологическом смысле попытки интерпретировать соответствующее хаотическое поведение как случайный процесс.

так называемое явление детерминированного хаоса вовсе не доказывает того, что классические нелинейные динамические законы сами по себе способны привести к хаосу, т.е. породить характерные свойства, присущие поведению систем под действием случайных факторов.

Итак, если говорить о явлениях, рассматриваемых в рамках классических динамических теорий, то следует признать, что несмотря на возможное качественное разнообразие, сложность и нерегулярность решений, получаемых на основе нелинейных динамических моделей, у нас нет никаких оснований для опровержения знаменитого лапласовского детерминизма в рамках данных теорий. В связи с этим по-прежнему, как и столетия назад, неубедительными и бесперспективными представляются попытки интерпретации некоторых феноменов, относящихся к сфере действия классических динамических теорий, в духе, противоречащем лапласовскому детерминизму.

термин «детерминированный хаос» условен, а понимаемый в буквальном смысле – не вполне адекватен.

Моя позиция по этому вопросу гораздо более радикальна: отказ от детерминизма непременно ведет в конце концов в мутное болото иррационализма и мистики, толкает нас в объятия клерикалов и богоискателей. Материализм и детерминизм связаны неразрывно, а отказ от материализма неизбежно мстит за себя. Вот яркий пример того, как адепт детерминированного хаоса скатывается к признанию Божественного творения, Божественного провидения и Божественного промысла.


Детерминированный Хаос как модель Божьего промысла


В.В.Афанасьева. К философскому обоснованию детерминированного хаоса. 2005. http://www.i-u.ru/biblio/archive/afanasev_k/00.aspx

Глубокое осмысление феноменов детерминированного хаоса и самоорганизации приводит к вопросам, которые должны решаться теологией и богословием.

не находя рационального объяснения прямо-таки удивительной осведомленности древних о Хаосе (они знали о происхождении Мира из Хаоса, приписывали ему упорядоченность, динамичность, даже «фрактальность»!), мы должны постулировать, что это знание было сверхчувственным и было почерпнуто древними из некоторого источника. Одним из вариантов такого источника (а для теологии – единственным вариантом) является откровение – проявление Высшего Разума в нашем мире с целью сообщить нам более или менее полную истину о себе и о своих целях. Если объяснять древние представления о Хаосе с позиции полученного откровения, то Хаос мыслится феноменологической моделью Божьего Промысла.

В самом деле, в монотеистических религиях считается, что хотя в мире правит данный Богом закон, каждый человек имеет свободу воли, а значит свободу выбора собственной жизни, собственных поступков. Божественное предопределение, по сути своей, тождественно некоторому универсальному «динамическому» закону, определяющему развитие всего Мира, а поступки и жизни отдельных людей – точкам фазовых траекторий на огромном аттракторе, называемом Жизнью.

если представлять Жизнь в виде аттрактора, то этот аттрактор обязательно странный. В бассейне притяжения этого аттрактора каждому человеку отведены свои собственные начальные условия, а неустойчивость всех траекторий может привести его куда угодно – в этом состоит Божественный Промысел, Судьба.

детерминированный Хаос дает превосходную модель Божьего Промысла, модель феноменологическую, построенную на основании главных особенностей поведения.

Показывая, что человек в принципе не может предсказать будущее любой, даже простой системы, и в то же время внося порядок и смысл в вездесущий Хаос, Господь определяет границу человеческих возможностей и место человека в непредсказуемом хаотическом мире и одновременно открывает человеку, что в этом мире все-таки царит Закон, к сожалению, непостигаемый человеческим разумом, но ощущаемый человеческим сердцем.

Представления о Хаосе лежат и в основе воззрений на Сотворение мира, принятых сначала в иудаизме, а затем в христианстве.

в христианском и иудаистском мировоззрениях считается, что Бог непрерывно поддерживает существование Вселенной, и если бы Он прекратил это делать, мир немедленно обратился бы в ничто.

Хаос как феномен является и моделью не только первоначального Сотворения мира, но и постоянно продолжающегося по сегодняшний день акта творения. Как мы уже говорили, Хаос не только являлся животворящим первоначалом, он постоянно инициирует рождение новых структур в самых разных системах: от космологических до биологических и социальных. Это свойство Хаоса прекрасно согласуется с теологическим постулатом о постоянно, ежедневно и ежесекундно возобновляющемся и продолжающемся акте Божественного творения.

Итак, представления о Хаосе удивительно сочетаются с основными положениями мировых религий. Таким образом, попытка теологического поиска смысла существования Хаоса приводит нас к следующему выводу. Хаос является онтологической моделью Божьего промысла, Божественного провидения, постоянно и повсеместно продолжающегося акта Божественного творения.

хаос всегда мыслился как категория, противоположная порядку, и определялся как его антоним. До последнего времени под хаосом понималось состояние, характеризующееся полным отсутствием порядка. Если речь шла о хаотическом движении, то считалось, что оно совершенно непредсказуемо, неуправляемо.

Открытие явления детерминированного хаоса заставляет пересмотреть укоренившиеся взгляды и по этому вопросу.

Как меняются представления о детерминизме в связи с открытием детерминированного хаоса?

хаос рождается из порядка, а порядок из хаоса. Теперь система может считаться и упорядоченной, и хаотичной одновременно, «хаос» и «порядок» оказываются двумя «ипостасями» состояний и движений, постоянно превращаются друг в друга. Итак, следует признать, что «хаос» и «порядок» следует рассматривать как классическую пару противоположностей, не существующих друг без друга, в своем противоречии определяющих развитие и движение всех систем. Хаос несет в себе черты порядка, порядок – хаоса, они внутренне едины, неразрывны и заключены друг в друге.

В чем же заключается явление динамического хаоса? – В возникновении неупорядоченных движений в совершенно детерминированных системах.

Идеальными образами детерминированных хаотических движений являются странные аттракторы.

Для того, чтобы динамика диссипативной системы стала хаотической, т.е. для того, чтобы в ее фазовом пространстве возник странный аттрактор, необходимо, чтобы фазовые траектории не только были неустойчивыми, но и оставались в ограниченной области фазового пространства. Это обеспечивает именно нелинейность. Именно нелинейность является тем ограничителем, которая не дает фазовым траекториям «убегать» на бесконечность. Теперь, когда известны два вида непредсказуемого поведения реальных систем, детерминированное хаотическое и шумы, т.е. беспорядочное поведение системы с очень большим числом степеней свободы, какое из них считать «настоящим», «истинным» хаосом?

...Свойство хаоса – рождать порядок – присуще только детерминированному хаосу.

А это означает, что только он с полным правом может претендовать на роль истинного хаоса, того Хаоса, из которого, по издревле существующим представлениям, родилось все сущее.

Хаос с древности мыслился именно как животворящее начало. Это вполне согласуется с современными естественнонаучными концепциями.

Именно животворящее начало Хаоса приводит к рождению огромного числа новых форм и состояний, что обеспечивает возможность выбора наиболее благоприятных состояний и движений.

Хаос представляется всеприродным генератором, сущностью постоянно творящей новые процессы, результатом чего является образование всё новых систем и явлений.

Каков онтологический смысл существования детерминированного хаоса?




Хаос истинный и детерминированный


В.В.Афанасьева начинает свой поход к богу с отождествления истинного Хаоса, в котором идет невоспроизводимый и непредсказуемый процесс, и так называемого детерминированного хаоса, а уж затем пытается подменить первый последним. Она, видимо забывает, что процесс в детерминированном хаосе воспроизводим и что, следовательно, перед нами в данном случае нечто совсем иное, всего лишь некий псевдохаос.

Выяснять смысл любого философского учения – значит вскрывать умыслы его авторов, их симпатии и антипатии. Что дает нам философия Хаоса, куда ведет, с кем братается, на кого опирается, кому подражает? Вспомним: если блаженный Августин говорил, что Бог создал когда-то всё сущее из ничего и с тех пор постоянно поддерживает его существование, то адепты философии Хаоса утверждают, что Хаос сам, без всякой посторонней помощи производит из себя все окружающие нас бытийные формы. Идея сама по себе прекрасная. Вопрос только в том, каким должен быть этот первичный Хаос, чтобы он сам, вдруг, без всякой помощи извне мог сотворить из себя все вторичные, качественно различные вещи? Ведь любое «вдруг», т.е. внепричинный механизм возникновения нового алогичен, противоречит рационализму, аналогичен чуду, или иначе, божественному вмешательству. А онтологической базой рационализма и основанного на нём материализма во все времена был и остается принцип простоты и его частный случай – концепция однозначного детерминизма. Отвергая простоту и детерминизм в фундаменте мира, вы, естественно, отвергаете и рационализм. И наоборот, отвергая рационализм, вы неизбежно придете к отрицанию детерминизма. И этому нет альтернативы.

Адепты синергетики и постмодернизма утверждают, что Хаос первичен, а Космос вторичен и рождается из Хаоса, что всё сущее возникает из Хаоса спонтанно, самопроизвольно, случайно, беспричинно (выплескивается, исторгается, извергается). Однако на мой взгляд, Космос может быть сотворен из Хаоса (как и Бытие из Небытия) только в единственном случае – по воле Бога, его произволу, как чудо, без всякой внутренней причины, недетерминированно. Каких-либо рациональных причин рождения Космоса из Хаоса обнаружить невозможно.

Хаос – это всегда отсутствие чего-либо: определенности, однозначности, единства, порядка, справедливости, закона, гармонии. Хаос – это и есть неопределенность, неоднозначность, неразбериха, беспорядок, анархия, необузданность, беззаконие. Хаос – это воплощенная случайность и беззаконие, одновременно и источник, и порождение случая. Может ли порядок возникнуть из такого Хаоса? – Да, но только при определенных внешних воздействиях на него. Сам по себе хаос ни на что не способен, в нём нет никакого порядка, он порождает только случайные, временные флуктуации. Ничего нового и устойчивого он родить не может. Поэтому рассматривать Хаос как фундаментальное понятие, как единую основу всего сущего, как его Абсолют недопустимо. Абсолют-Хаос синергетиков и постмодернистов не является самодостаточным и требует для проявления своей так называемой творческой потенции какого-то внешнего воздействия и внешней организации.

Синергетика изучает различные виды воздействия на хаос и тем самым пытается управлять им, создавая из него (в нём) какие-то новые условно-устойчивые формы. На мой взгляд, ни в коем случае нельзя утверждать, что сам «хаос на микроуровне может приводить к упорядоченности на макроуровне» [see]. Вопреки мнению И.Пригожина, порядок возникает не из самого хаоса, но из нашего воздействия на него. Это мы некоторым образом действуем на хаос (например, греем сковородку с жидкостью, в которой возникают ячейки Бенара) и тем самым организуем и структурируем его. Когда нас нет, то, наверное, сам господь бог конкретно и точно воздействует на хаос и в результате получает любые новые, требуемые ему в данный момент вещи, тела, предметы; прекращает воздействие – всё это немедленно исчезает; воздействует по-другому – в результате возникают совсем другие вещи, тела, предметы, явления. Разумеется, для всемогущего бога всё возможно: хотите носорога – сейчас дунем, хотите кентавра – нет проблем, нужен какой-нибудь там Big Bang – пожалуйста. Фантастическая картина! – не правда ли? В общем, вывод, на мой взгляд, неутешительный: Хаос, как ни крути, не тянет на роль самодостаточного начала, сам по себе ни на что не способен и непременно требует для реализации своей предполагаемой творческой потенции какого-то внешнего Деятеля и Управленца, Повелителя.

Конечно же, диалектика и синергетика, неизбежны во вторичном, частично детерминированном мире эмпирических вещей. Они нужны там, где есть Хаос и Небытие. Область применения диалектики и синергетики – это мир вторичных, обособленных, качественно различных вещей и явлений, но не первичный мир внеэмпирического Абсолюта. Все попытки истолковать Хаос в качестве Абсолюта, единого Фундамента (единственного первоначала, первоосновы, первопричины, перводвигателя всего эмпирически сущего) совершенно неприемлемы. Хаос не является самодостаточным, он способен порождать лишь временные флуктуации, нечто новое только в определенных ситуациях, при определенных внешних условиях и воздействиях на него. На роль материального Абсолюта может претендовать только недоступная внешним воздействиям вездесущая, внеэмпирическая, строго детерминированная протоматерия. Эта протоматерия самодостаточна, на нее извне ничто не действует, всё происходит внутри нее. Для материалиста именно она есть единый и единственный фундамент всего эмпирически сущего, его Абсолют.

Вспомним, для чего в свое время потребовались все эти случайно чудесные, алогично-иррациональные, диалектическо-эклектические, синкретическо-синергетические, внепричинно-хаотические «механизмы» возникновения нового: непредсказуемые clinamen Эпикура, чудеса в богословии, качественные скачки в диалектике, бифуркации в синергетике, трансгрессии в постмодернизме? Только для того, чтобы ограничить однозначный детерминизм, преодолеть якобы неизбежный фатализм строго детерминированного мира, обосновать случай, возможность выбора и основанную на нем свободу воли человека. Случай принадлежит Хаосу, свободная воля (произвол) – самодержавному Субъекту, Богу. Вместе с тем, становится всё более и более ясно, что любой внепричинный механизм возникновения нового аналогичен божественному вмешательству. Но если Бог творит новое при помощи чуда, то и Хаос, наверное, также творит новое при помощи чуда, то бишь своей «спонтанной самопроизвольности». Зачем же тогда что-то объяснять, путаться в «диалектическом единстве и тождестве крайних противоположностей» Хаоса, его «изначальной неустойчивости» и «неограниченной креативности», когда всё и так ясно? Чудо оно и есть чудо, именно оно и порождает новое. Если вы верите во всемогущего Бога и творимые им чудеса, тогда для вас возможно универсальное объяснение: «на всё Его Воля». Если вы верите во всемогущий Хаос и творимые им чудеса, тогда опять-таки точно так же: «на всё Его Воля». Но эта универсальная формула приемлема только для иррационалиста и мистика. Рационалист не может объяснять природу, опираясь на случай, чудеса, нечто туманное, бесконечно сложное и в принципе непознаваемое.

Возникновение Космоса из Хаоса всегда проиходит спонтанно, алогично, иррационально, противоречиво, недетерминировано, чудесно, неожиданно, необъяснимо. Для этого требуется либо Бог, либо его величество Господин Случай. Поскольку Случай есть другое название Анархии и также одна из ипостасей изначального Хаоса (Всемогущая Потенция, Неограниченная Креативность), то неизбежно возникает далекая, прямо скажем неожиданная и, наверняка, не всем приятная ассоциация: Бог – Всемогущая Потенция – Неограниченная Креативность – Хаос – Случай – Анархия. Как известно, Хаос ничего не творил намеренно, всё произошло из него по случаю. Но тогда, возможно, благие намерения отсутствовали и у Бога, а все Его деяния (чудеса) и вместе с ними вся Его суть есть просто Божественный Произвол и чистейшей воды Анархия. Мир, с этой точки зрения, совершенно случайно появился по воле божьей, т.е. по его произволу из небытия в виде некой «бытийной флуктуации», а Хаос есть одна из ипостасей Бога, в которой Божественный Произвол (Воля) рождает Божественный Порядок. Тогда исчезают все различия между этой последней формулой, многообещающим лозунгом основателей синергетики: «Порядок – из хаоса», – и броским афоризмом основоположника анархизма Прудона: «Анархия – мать [основа] порядка». Произвол, Анархия и Хаос оказываются здесь – ни больше, ни меньше! – и матерью и отцом Божественного Порядка. Хаос по сути дела и есть бог синергетиков и постмодернистов, их Абсолют, т.е. первоначало, первооснова, первопричина, перводвигатель всего остального. По их мнению, именно Хаос породил Космос, устойчивое возникло из неустойчивого, актуальное из потенциального, упорядоченное из беспорядочного, необходимое из случайного.

На мой же взгляд, настоящий онтологический Хаос есть враждебное всему сущему исходное Небытие – нечто алогичное, иррациональное, мистическое, противоречивое, беззаконное, непредсказуемое, недоступное познанию. Для меня, Хаос – это свалка бесполезного мусора, мертвых отбросов, в которых нет смысла, упорядоченности, симметрии, красоты, гармонии; там всё разрушено, раздавлено, разбито, ни на что не пригодно, там нет готовых форм и царит безóбразность и безобразие. В эстетическом плане я воспринимаю Хаос как некое угрожающее мне начало, как ад или одну из метафор ада. Вот что такое для меня истинный Хаос.

А что такое детерминированный хаос? – Мнимый хаос, квазихаос, псевдохаос. Ведь в случае этого так называемого детерминированного хаоса речь всегда идет о воспроизводимых апериодических процессах. Следовательно, в данном случае мы можем говорить только о некоем детерминированном псевдохаосе, т.е. похожем по некоторым внешним признакам на истинный Хаос строго детерминированном непериодическом процессе. Я считаю, что отождествлять апериодические и хаотические процессы совершенно недопустимо. Нисколько не сомневаясь в наличии самого феномена детерминированного хаоса и возможностей его практического использования в эмпирическом мире, я хотел бы проверить его легитимность, а также действительную необходимость сформулированных условий его появления и правомерность тех философских выводов, которые делаются из его существования. Являются ли такие высокоспециализированные понятия как «фазовое пространство», «странный аттрактор», «перемешивание», «нелинейность», «система нелинейных дифференциальных уравнений», «высокая чувствительность детерминированного процесса к внешним условиям», «невозможность его долгосрочного прогноза» необходимыми для понимания причин возникновения детерминированного хаоса? На мой взгляд, формула детерминизма Лапласа – настоящее состояние вселенной есть следствие ее предыдущего состояния и причина последующего – вовсе не предполагает непременное наличие и дифференциального, и интегрального закона. Наличие интегрального закона и связанная с ним возможность долговременного прогноза вовсе не являются необходимым условием концепции абсолютного детерминизма.

Так где же та окончательная «фишка» детерминированного хаоса, в чём его подлинная суть? Каковы необходимые условия его возникновения, т.е. возникновения апериодического процесса? Следует ли из всего вышесказанного, что апериодические процессы порождаются только некоторыми системами нелинейных дифференциальных уравнений, что они «присущи исключительно нелинейным системам», что они возникают лишь в фазовых пространствах с размерностью ≥ 3, для которых характерны «невозможность долгосрочного прогноза», а также наличие явлений перемешивания и странных аттракторов? Нельзя ли привести примеры более простых апериодических процессов, в которых есть элементы необходимости и случайности? Мне кажется, это можно сделать без труда.

Вспомним про фигуры Лиссажу – замкнутые траектории, прочерчиваемые на плоскости точкой, совершающей гармонические колебания в двух взаимно перпендикулярных направлениях, – которые вы все, наверняка, видели на экране осциллографа. Порождающее их математическое уравнение выглядит так:

 x = i sin(νt) + j sin(μt).

Когда частоты ν и μ соизмеримы, т.е. когда их соотношение является рациональным числом, возникает периодический процесс: траектория точки, описываемой нашим уравнением, замыкается и появляется соответствующая ей фигура Лиссажу. Когда же частоты несоизмеримы, т.е. когда их соотношение – число иррациональное, траектория движущейся точки нигде не замыкается и процесс становится апериодическим, нигде полностью не повторяющимся, т.е. псевдохаотическим.

Псевдохаос вполне можно сделать и одномерным. Рассмотрим простейшую сумму двух гармонических колебаний с частотами ν и μ:

 x = sin(νt) + sin(μt).

Как и в предыдущем двухмерном случае, процесс будет периодическим, когда соотношение частот ν/μ – рациональное число; когда это соотношение – число иррациональное, процесс будет апериодическим, т.е. псевдохаотическим. Появления периодичности и непериодичности в этом одномерном процессе при вариации этих базовых частот полностью определяется количеством рациональных и иррациональных чисел числового ряда. Путем соответствующего подбора частот ν и μ внешний вид графика этой функции можно сделать похожим на хаотический. А когда базовых частот существует не две, а намного больше, этот одномерный процесс становится практически неотличимым от хаотического.

Псевдохаос подобных строго детерминированных апериодических процессов, состоящих из каких-то базовых частот, уже заложен в бесконечной последовательности цифр иррациональных чисел, задающих соотношения этих частот. А иррациональность, как известно, всегда связана не только с бесконечностью, но и с неопределенностью. Поэтому неопределенными являются начальные состояния системы, когда очень небольшие вариации соотношения базовых частот легко превращают эти соотношения то в рациональные, то в иррациональные, а порождаемый ими один и тот же абсолютно детерминированный процесс то в периодический, то в апериодический.

На примере этих простейших случаев становится понятной и фантастическая чувствительность формы процесса к малейшим вариациям частот, и легкость взаимных переходов друг в друга строго детерминированных периодических и непериодических процессов. Оказывается, что периодичность и непериодичность таких процессов сосуществуют рядом точно так же, как сосуществуют рядом рациональные и иррациональные числа числового ряда. Это свидетельствует только о единой природе строго детерминированных периодических и непериодических процессов, но ничего не говорит нам о единой природе необходимости и случайности. Да, периодичность и апериодичность сосуществуют рядом, имеют один и тот же корень, но это вовсе не значит, что именно так же сосуществуют и имеют один и тот же корень необходимость и случайность. Для меня, неоматериалиста, случайность вовсе не является частным случаем необходимости и не возникает из нее, поскольку необходимость и случайность существуют не в одном и том же мире, но в разных мирах. Я считаю, что так называемый детерминированный хаос подарил нам всего лишь очередную иллюзию понимания механизма возникновения случайных событий в строго детерминированном мире.

Таким образом, нисколько не отрицая полезность математических и физических исследований, связанных с так называемым детерминированным хаосом, я в то же время считаю, что порожденный ими мыльный пузырь, якобы объясняющий появление случайных событий в однозначно детерминированном мире, для неоматериалиста окончательно лопнул. Утешает лишь то обстоятельство, что лопнул всего лишь очередной мыльный пузырь. Для меня ясно, что любые попытки совместить необходимость и случайность в одном и том же эмпирическом мире являются иллюзиями, миражами и самообманом. Эпикуровские клинамен, непредсказуемые качественные скачки в диалектике, эмерджентные эволюции, пригожинские бифуркации и вот теперь детерминированный хаос были именно такими миражами и самообманом. Эти конкретные философские иллюзии и связанные с ними надежды на возможность появления случая в абсолютно детерминированном мире рухнули. Подобные неудачные попытки понять случай как порождение необходимости, на мой взгляд, свидетельствуют о принципиальной невозможности разрешения данной антиномии в одном и том же эмпирическом мире. Понятие «необходимая случайность» такой же нонсенс, как и само понятие «детерминированный хаос». Они – творения эмпирической псевдофилософии.



 ДЕТЕРМИНИЗМ И СТРЕЛА ВРЕМЕНИ


Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса.
http://lib.babr.ru/index.php?book=355


Необратимость существует либо на всех уровнях, либо не существует ни на одном уровне. Она не может возникнуть, словно чудо, при переходе с одного уровня на другой.

Переход от макроскопического уровня к микроскопическому требует коренного пересмотра наших взглядов на фундаментальные законы физики. Только полностью избавившись от классических представлений (как в случае достаточно нестабильных систем), мы можем говорить о «внутренней случайности» и «внутренней необратимости».

Необратимость как процесс нарушения симметрии.

Асимметрия прошлого и будущего означает, что существует стрела времени. Новое описание обладает важной особенностью, заслуживающей того, чтобы ее отметить: начальные условия и законы изменения перестают быть независимыми.

Научную рациональность было принято усматривать лишь в вечных и неизменных законах. Всё же временное и преходящее рассматривалось как иллюзия. Ныне подобные взгляды считаются ошибочными.

Материя – более не пассивная субстанция, описываемая в рамках механистической картины мира, ей также свойственна спонтанная активность.

Различие между прошлым и будущим и, следовательно, необратимость могут входить в описание системы только в том случае, если система ведет себя достаточно случайным образом.

«Мы всё более и более склонны думать, что фундаментальные законы природы описывают процессы, связанные со случайностью и необратимостью, в то время как законы, описывающие детерминистские и обратимые процессы, имеют лишь ограниченное применение» [see].

«Ответ, к которому приходят Пригожин и Стенгерс, сводится к следующему. Стрела времени проявляет себя лишь в сочетании со случайностью. Только в том случае, когда система ведет себя достаточно случайным образом, в ее описании возникает различие между прошлым и будущим и, следовательно, необратимость» [see].

«Стохастичность мира вкупе с существованием бифуркационных механизмов определяют непредсказуемость эволюции и ее необратимость, а следовательно, и необратимость времени» [see].

Синергетика и постмодернизм равно способствуют рождению мифа о том, что все строго детерминированные процессы обратимы, что необратимость присуща только синергетическим, неоднозначным, бифуркационным, стохастическим, хаотическим, трансгрессивным процессам. Их сторонники считают, «что мы всё более и более отдаляемся от классического идеала с его концепцией причинности, выражаемой детерминистическими законами, в рамках которого не может быть различия между прошлым и будущим» [see], что только «синергетическая парадигма видения динамических процессов с необходимостью включает в себя презумпцию необратимости времени» [see].



 ДЕТЕРМИНИЗМ И ВОЗНИКНОВЕНИЕ НОВОГО


Н.В.Гришин. Теория детерминизма и эволюция. // Интернет-конференция январь 2007 года. http://astresearch.narod.ru/conference_grishin.htm

Уже в эпоху Просвещения можно наблюдать теоретический конфликт между принципами эволюционизма и детерминизма, который со временем обозначился еще более явно и не нашел удовлетворительного разрешения до сих пор.

теоретики, отстаивающие идею диалектической, качественной, а не механической эволюции, отвергали возможность детерминизма... Гегель обратил внимание на неспособность детерминизма раскрыть детерминацию процесса развития и исключил детерминизм из своей теории эволюционного процесса.

Данный опыт впервые открывает ту несовместимость принципов эволюционизма и детерминизма, которая стала большой проблемой для философского мировоззрения в последующее время.

Новая картина эволюции, отбросив старую классическую модель детерминации, не могла отбросить определенность как таковую. Очевидно, что эволюция не предполагает хаоса, а как раз наоборот – последовательное образование эволюционных ступеней говорит о необходимом наличии порядка и логики. Следовательно, диалектический эволюционизм разрушил былые представления о детерминизме, подтвердив существование в объективной реальности детерминизма иного рода.

Сам факт существования качественных скачков, нарушения линейной последовательности лишал картину мира былого каузального единства.

придется оставить в стороне многие тщетные попытки свести всё к старым рецептам классической науки – героические поиски «всеобщей теории поля», «элементарных частиц материи» и другие старания следовать по пути, начертанному Дидро – найти каузальные причины всех процессов мироздания. Эти попытки заслуживают как уважения за приложенные силы и таланты, так и сожаления, поскольку направлялись они в пустоту устаревшими ориентирами и химерами.

В западной научной культуре ослепляющее противоречие между эволюционизмом и детерминизмом стало, видимо, настоящим «мировоззренческим потрясением». Об этом наглядно свидетельствуют многие из западных междисциплинарных теорий постнеклассической эпохи, прежде всего – теории информации и самоорганизации (синергетика). В этих теориях детерминированное и индетерминированное начала рассматриваются как два полюса мироздания. Творческим началом выступает область энтропии (в теории информации) и недетерминированная среда (в синергетике). При этом творческое начало рассматривается как антипод детерминированности.

Конечно, никакого сближения принципов детерминизма и эволюционизма в теориях информации и самоорганизации мы не увидим. Идея об обратной пропорции между степенью детерминированности системы и ее способностью к созиданию нового, во-первых, говорит о неразрешимости противоречия, во-вторых, эта идея, по сути, не очень нова и близка к идеям критиков механического детерминизма прошлых веков.

Для этих теорий характерен отрывочный, непоследовательный подход к обозначенной нами проблеме. Явно прослеживается мысль: эволюция происходит там, где в данный момент «отсутствует» детерминизм, и наоборот.


Карев Дмитрий Виталиевич. Демон Тьюринга.
http://zhurnal.lib.ru/k/karew_d_w/dt.shtml


В настоящей статье, на основе построения ряда аналогий, предпринята попытка ответа на вопрос: «Есть ли место новизне в заранее предопределенном Мире?»

Принципы, положенные в работу цифровых компьютеров, делают их строго детерминированными устройствами. Можно считать, что состояние изолированного компьютера полностью определяется информацией, записанной в его основную (оперативную) память и регистровую память процессора. Условимся так же, что основная программа обработки этих данных (будь то компьютерная игра, математические расчеты или что-то еще) хранится где-то в оперативной памяти отдельно от них. Причем результаты работы этой программы не способны ее исказить. (Это ограничение равносильно положению о неизменности физических законов в нашей Вселенной. Действительно, принято считать, что и миллионы и миллиарды лет назад наш Мир развивался по тем же законам, что и сегодня).

Когда мы говорим о нависшем над нашим компьютером фатализме, уместно всё же различать предопределенность и предсказуемость. Принципиальное их отличие в том, что подобная полная схема путей развития, будь она построена демоном, не была составлена кем-то ранее, а лишь получилась в результате тщательного анализа составленной кем-то схемы. Система в этом случае детерминирована не из-за навязанного извне сценария, а благодаря детерминированности каждого ее отдельного элемента.

Серьезным возражением против изложенной попытки уподобить рассмотренный вариант модели нашего реального Мира, мог бы служить, в частности, вопрос об его изолированности. Действительно, кто сказал, что наша Вселенная не испытывает влияния извне?

Как бы ни абсурдно звучала мысль о полной предопределенности развития окружающего нас Мира, подобный детерминизм, на мой взгляд, не является ни в коей мере противовесом эволюции. По моему мнению, даже полное исключение случайности не обязательно должно приводить к прекращению появления новых форм эволюционирующих структур.

Мы можем констатировать следующий факт. Изолированный и полностью детерминированный компьютер, обрабатывая достаточно простой алгоритм, на основе начальных «сырых» данных позволяет в итоге получать новые и, главное, практически ценные результаты. Или, проводя аналогии с биологической эволюцией, – мы получаем новые виды в заранее предопределенном Мире.





 КОНЦЕПЦИЯ АБСОЛЮТНОГО ДЕТЕРМИНИЗМА (КАД)


Исходное утверждение КАД.
КАД – частный случай предельной простоты единого
внеэмпирического Фундамента эмпирического мира.

Неоматериализм: объект реализации КАД – Космический Эон.
Игра «Жизнь» как двухмерная модель Космического Эона.
Игра «Жизнь» и стрела времени.
Игра «Жизнь» и возникновение нового.
Две трактовки эмпирической реальности.
Ошибочные суждения критиков КАД.
Вместо заключения.



Современная тотальная атака на детерминизм
является частью тотальной атаки на материализм.

«Возврат к детерминизму, по мнению Дирака,
возможен только ценой отказа от каких-то основных идей,
которые мы сейчас принимаем без малейшего сомнения.
Если мы вернёмся к детерминизму, то нам придется
каким-то образом заплатить за это, хотя сейчас
трудно предугадать, чем именно» [see].

Если абсолютного детерминизма нет в эмпирическом мире, то его
следует искать в его едином внеэмпирическом Фундаменте.
Отказ от эмпиризма – вот та неизбежная цена, которую материалист
должен заплатить за возрождение абсолютного детерминизма.

Абсолютный детерминизм – атрибут неоматериализма.


 Исходное утверждение КАД

Концепция абсолютного детерминизма (КАД) базируется на основном постулате, а именно: каждое состояние замкнутой системы имеет одно и только одно последующеее состояние. Кроме того, неоматериализм (внеэмпирический материализм) предполагает, что за вторичным наблюдаемым миром разнообразных вещей и явлений в качестве их единственной и единой основы находится первичный унифицированный Мир их внеэмпирической материальной Сущности, которая как раз и служит объектом реализации КАД. В неоматериализме абсолютно (однозначно) детерминирована только эта первичная материальная Сущность, вездесущая внеэмпирическая протоматерия, т.е. множество одинаковых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся и принципиально ненаблюдаемых амеров. Концепция абсолютного детерминизма в множестве амеров предполагает не только однозначность переходов между его состояниями, но и однозначность самих состояний. Классическая формула Лапласа в применении к данному случаю гласит: настоящее состояние множества амеров есть следствие его предыдущего состояния и причина последующего. Понятно, что если бы состояние множества амеров было определено неоднозначно (как, например, в квантовой механике или в концепции непрерывного поля), то ни о какой реализации концепции абсолютного детерминизма там речи бы идти не могло. В множестве амеров однозначность его состояний и однозначность переходов между ними как раз и являются необходимыми условиями реализации там абсолютного детерминизма. В этом первичном внеэмпирическом Мире примитивной и унифицированной материальной Сущности нет случайных событий и свободы воли, как, впрочем, нет и самих носителей случая и свободы воли, т.е. эмпирических вещей и субъектов. Возникший на этой первичной внеэмпирической абсолютно детерминированной основе вторичный мир наблюдаемых вещей является всего лишь его неполным, опосредованным отображением, эмпирическим срезом и потому детерминирован частично, ограничено, относительно, неоднозначно. Именно здесь впервые появляется случай, возможность выбора и основанная на них свобода воли человека.

Таким образом, в неоматериализме абсолютный детерминизм (полное отсутствие случайных событий) реализуется только в первичном внеэмпирическом уровне реальности, в то время как ее вторичный эмпирический уровень детерминирован частично, и там случайные события, несомненно, существуют. Ясно, что такое решение проблемы возможно только для внеэмпирического материалиста, не ограничивающего Бытие наблюдаемыми вещами. В неоматериализме Бытие разделено на два различных уровня: его первичный внеэмпирический уровень детерминирован абсолютно (однозначно, моновариантно), а возникший на этой основе его вторичный эмпирический уровень детерминирован относительно (неоднозначно, поливариантно). Именно там впервые и появляется случай. Здесь необходимость и случайность разнесены, имеют разные объекты реализации, существуют одновременно, но в разных мирах. Повторяю: в первичном Мире внеэмпирической материальной Сущности, где царит абсолютный детерминизм, случайных событий нет; в возникшем на ее основе вторичном внеэмпирическом мире качественно различных вещей, наоборот, нет абсолютного детерминизма и, следовательно, случайные события там не только возможны, но и вполне естественны.

Концепция абсолютного детерминизма (КАД) в своей глубинной основе предполагает наличие единой материальной Сущности – некоего конкретного, актуального, предельно простого и самодостаточного начала. Что касается возникшего на этой первичной основе мира вторичных, качественно различных и недостаточных явлений, то в нем абсолютная детерминация, конечно же, невозможна. Там случай равносилен, равномощен, равноправен с необходимостью, ни в чем не уступает ей или, по крайней мере, постоянно дополняет ее. Искать среди вторичных, недостаточных и разнородных явлений абсолютную детерминацию – совершенно безнадежное занятие. Необходимо раз и навсегда уяснить: мир явлений детерминирован неполностью, частично, ограничено; полностью, абсолютно детерминирована только единая, самодостаточная и потому замкнутая в себе внеэмпирическая материальная Сущность. Повторяю, никакой тотальной, «сквозной» необходимости в природе не существует: первичный Мир внеэмпирической материальной Сущности детерминирован однозначно (моновариантно), отображающий ее вторичный эмпирический мир явлений детерминирован неоднозначно (поливариантно).

Ни в коем случае нельзя постулировать всеобщий (сквозной) характер абсолютного детерминизма: необходимость и случайность, детерминизм и свобода должны быть разнесены по разным мирам. В неоматериализме, внеэмпирическая материальная Сущность (вездесущая неперемещающаяся протоматерия, множество амеров) детерминирована абсолютно; возникший на ее основе мир наблюдаемых и перемещающихся элементарных частиц (существующих в множестве амеров «взаимодействующих» между собой динамических структур) детерминирован относительно, частично. Именно здесь впервые и появляются случай, возможность выбора и основанная на них свобода воли человека. Свобода воли субъекта как раз и заключается в выборе из множества возможных какого-то одного конкретного варианта. Естественно, для этого субъект по крайней мере должен видеть множество этих вариантов. Ни в коем случае нельзя утверждать, что «свобода воли является имманентным, т.е. внутренне присущим свойством всего мира» [see]. Свобода воли принадлежит исключительно субъекту, ни о какой «свободе воли электрона» не может быть и речи.

Если в основании природы лежит внеэмпирическая материальная Сущность (абсолютно детерминированное множество амеров), то мы не можем более отождествлять ее фундаментальные законы и фундаментальные законы физики. Ведь физика, как впрочем и любая другая наука, имеет дело только с вторичными эмпирически доступными вещами. Это позволяет по-новому взглянуть на некоторые проблемы нынешней науки и, в частности, проблемы квантовой механики. Одна из таких проблем возникла в связи с появлением теоремы Неймана. «Квантовая механика дает возможность расчета тех или иных вероятностей наблюдаемых макроскопических событий, но не дает возможности их однозначного предсказания. Совершенно естественной реакцией на эту ситуацию был тезис о принципиальной неполноте квантовой механики, т.е. тезис о том, что на смену квантовой механике придет новая, более полная теория, оперирующая некими «скрытыми параметрами», учет которых и позволит добиться хотя бы теоретически однозначных предсказаний. Однако, вскоре после создания квантовой механики, Дж. фон Нейманом была сформулирована знаменитая теорема о несовместимости объективного содержания квантовой механики с допущением скрытых параметров. Многочисленные попытки как-то обойти теорему фон Неймана, на наш взгляд, не привели к сколь-нибудь заметным результатам» [see].

В неоматериализме необходимость и случайность разнесены по разным мирам. Это позволяет предположить, что в теореме фон Неймана речь идет о наблюдаемых, но пока еще скрытых параметрах, которые мы сможем обнаружить когда-нибудь в будущем, а вовсе не о тех параметрах, которые недоступны наблюдению в принципе. Ни одна из так называемых эмпирических философий, ограничивающих Бытие наблюдаемыми вещами, сделать такое предположение не может. Сегодня нам, материалистам, нужна как воздух подлинная, т.е. внеэмпирическая философия, предметом которой является единая, недоступная наблюдениям материальная Сущность всего эмпирического мира. Я, неоматериалист, утверждаю: в основании всей вторичной эмпирической природы лежит ее единый внеэмпирический Фундамент, вездесущая протоматерия (множество амеров), дискретные изменения в которой однозначно детерминированы и лишены случая. Случай (неоднозначность, многовариантность) впервые появляется лишь во вторичном эмпирическом мире «взаимодействующих» между собой динамических структур в множестве амеров, которые соответствуют (пока только по предположению!) доступным наблюдениям элементарным частицам.

Итак, неоматериалист не должен отвергать абсолютный детерминизм из-за его мнимой несовместимости со свободой воли человека. Неоматериалист не должен отвергать абсолютный детерминизм и на основании того неоспоримого факта, что он не подтверждается в эмпирической реальности. Надо осознать, что Мир не ограничен наблюдаемыми вещами, что существует их единый глубинный фундамент, первичный внеэмпирический уровень реальности. В неоматериализме концепция абсолютного детерминизма это вовсе не физическая, а философско-метафизическая концепция, которая реализуется не во вторичном эмпирическом мире качественно различных вещей и явлений, а в первичной внеэмпирической реальности, в протоматерии, состоящей из одинаковых, предельно простых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся амеров, дискретно меняющих не свои положения, а свои внутренние состояния.

 КАД – частный случай предельной простоты
единого внеэмпирического Фундамента эмпирического мира

Итак, основной постулат концепции абсолютного детерминизма гласит: у каждого состояния замкнутой абсолютно детерминированной системы существует одно-единственное последующее состояние. В неоматериализме это исходное утверждение КАД есть частный случай предельной простоты единого внеэмпирического Фундамента всего эмпирического мира. КАД – несомненный атрибут неоматериализма и принадлежащего ему принципа предельной простоты первичного внеэмпирического Фундамента. Поэтому все затруднения концепции абсолютного детерминизма неизбежно превращаются в затруднения и самого материализма. Неоматериалист обязан не просто использовать практически принцип предельной простоты и его частный случай – абсолютный детерминизм, но и активно искать объект их реализации. На уровне качественно различных наблюдаемых вещей ни того ни другого, разумеется, нет. Простоту и однозначный детерминизм можно надеяться обнаружить не во вторичном физическом, а только в первичном метафизическом мире, т.е. в мире вездесущей внеэмпирической немеханической протоматерии. Неоматериализм вовсе не утверждает, что прост окружающий нас разнообразный эмпирический мир, он утверждает, что прост и однообразен (унифицирован) его единый внеэмпирический Фундамент. Частным случаем принципа предельной простоты как раз и является концепция абсолютного детерминизма. Неоматериалист (внеэмпирический материалист) должен искать конструкцию этого первичного предельно простого внеэмпирического Фундамента, его адекватную модель.

Для философа, настоящего философа, который ищет единый внеэмпирический фундамент всего эмпирически сущего, последним основанием Мира может служить или Бог, или Протоматерия, т.е. какое-то либо предельно сложное, либо предельно простое начало. Поэтому для неоматериалиста единство всех качественно различных вещей и явлений лежит в их единой материальной Сущности. А это было бы попросту невозможно, если бы не предполагалась ее предельная простота. Для неоматериалиста, свести вторичное к первичному, – значит понять сложное из простого, многообразное из единообразного, высшее из низшего. Марксизм не верит в возможности редукционизма, и с этим созвучно его отрицание наличия первичного уровня реальности и его простоты. В.С.Готт пишет: «Провозглашение простоты природы законом противоречит ее неисчерпаемости, ее бесконечности вширь и вглубь» [see]. Действительно, если всё взаимодействует со всем, если всё состоит из всего, если противоречие – источник всех форм движения, то неизбежно признание бесконечной сложности мира и каждого его объекта: всё состоит из всего, ничто не является простым, всё равным образом сложно, запутанно, противоречиво. По мнению И.Пригожина, «второе начало термодинамики впервые заставило усомниться в правильности традиционной концепции природы, объяснявшей сложное путем сведения его к простоте некоего скрытого мира» [see]; а современная наука вообще «не сводима ни к материализму, ни к детерминизму» [see].

После Парменида стремление убрать качественные различия между веществом и пустотой заставляет неоматериалиста предполагать, что обе эти основные формы его Бытия построены из одних и тех же вездесущих, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков и потому неперемещающихся элементов, которые существовали до всего остального. И если эволюция эмпирического мира идет от простого к сложному, то эти элементы должны быть чрезвычайно просты и примитивны. Первичный уровень реальность не может быть понят как совокупность сложных, разнообразных и качественно различных объектов, но только как совокупность одинаковых элементов единой и простой природы. Бесконечная сложность мира, о которой твердят нам эмпиризм, марксизм, синергетика, тектология, постмодернизм и другие разновидности философских мотыльков-однодневок, ни в коей мере не принадлежит всей реальности. Сложность мира вовсе не следует из затруднений современных «безумных теорий», ибо все эти затруднения в конце концов разрешимы. Вспомним: гелиоцентрическая система Коперника, после ее доработки Кеплером и Ньютоном, стала безусловно проще системы Птолемея с ее многочисленными и нелепыми с сегодняшней точки зрения эпициклами. А основания реальности? – Они должны быть просты, как детские кубики! Это мы нынче громоздим один «эпицикл» на другой, пытаясь сохранить старые, отжившие представления. Следует признать: путь нашего познании – это путь от многообразия явлений к единству в их общей Сущности. В материальной Сущности, т.е. в едином внеэмпирическом Фундаменте всего окружающего нас эмпического мира царит Великая Простота, а не какие-то безумные сложности, поэтому каждый действительный шаг вперед в ее понимании – это шаг к единству и унификации, простоте и наглядности.

 Неоматериализм: объект реализации КАД – Космический Эон

Используем концепцию абсолютного детерминизма в качестве эвристического инструмента и поищем объект ее реализации. Проанализируем в неоматериализме онтологический вариант формулы Лапласа: «Настоящее состояние Вселенной есть следствие ее предыдущего состояния и причина последующего», – и переформулируем его так: каждое состояние Вселенной имеет одно-единственное последующее состояние. Тогда необходимыми условиями абсолютного детерминизма являются однозначность (полная определенность) каждого состояния Вселенной и однозначность (единственность, полная определенность) ее последующего состояния.

Как должна выглядеть такая абсолютно детерминированная Вселенная?

  • Абсолютно детерминированная Вселенная не может быть бесконечной. Состояние бесконечно большой Вселенной всегда неопределенно, не может быть задано однозначно (бесконечность по своей природе неопределенна, не задана однозначно). Следовательно, абсолютно детерминированная вселенная должна быть конечной, пространственно ограниченной.
  • Абсолютно детерминированная конечная вселенная должна быть замкнутой, автономной и закрытой для постоянного внешнего воздействия. В противном случае она становится бесконечной. Следовательно абсолютно детерминированная конечная вселенная должна быть автономна, замкнута в себе, закрыта для внешнего воздействия, не может постоянно взаимодействовать со своим окружением.
  • Абсолютно детерминированная Вселенная не может быть непрерывной. Состояние любой части непрерывной, т.е. бесконечно делимой Вселенной всегда неопределенно, не может быть задано однозначно (иррациональное число точно не определено, не задано однозначно). Следовательно, абсолютно детерминированная вселенная должна быть дискретной и состоять из одинаковых, равномерно заполняющих всё ее пространство без промежутков дискретных элементов (амеров).н
  • Абсолютно детерминированная Вселенная не может изменяться непрерывно, поскольку в противном случае понятие ее последующего состояния будет нечётким, неопределенным, неоднозначным. Следовательно, абсолютно детерминированная вселенная должна изменяться дискретно (скачком), а крайне немногочисленные состояния ее дискретных элементов должны изменяться одновременно скачком по единым и неизменным правилам.
  • Абсолютно детерминированная конечная Вселенная, состоящая из конечного числа дискретных элементов, одновременно изменяющих свои крайне немногочисленные состояния скачком, имеет конечное число возможных состояний. Следовательно, абсолютно детерминированный дискретный процесс в такой вселенной должен быть не только конечным, но и периодически повторяющимся.

Таким образом, в неоматериализме пространственно-временная бесконечность оказывается не только ограничена, но и структурирована как в большом (в виде Космических Эонов), так и в малом (в виде амеров). Лишь в этом случае одно единственное конечное астральное число отображает состояние всего Космического Эона, а последовательность астральных чисел – дискретный, строго детерминированный, необратимый и конечный, т.е. периодически повторяющийся процесс в Космическом Эоне.

Вся суть онтологической версии лапласовского детерминизма заключена в его однозначности: каждое состояние вселенной задано определеленно (точно, однозначно) и имеет одно единственное последующее состояние. Такая формулировка универсальна и справедлива для любой замкнутой и абсолютно детерминированной системы, все состояние которой определены строго, а не приблизительно. Более того, как оказалось, эта формулировка говорит нам нечто и о характере самой вселенной, к которой она прежде всего относится. В неоматериализме концепция абсолютного детерминизма реализуется только в Космическом Эоне, ограниченной в пространстве и недоступной внешним воздействиям немеханической вселенной, состоящей из равномерно заполняющих всё ее пространство без промежутков простых и одинаковых неперемещающихся элементов (амеров), которые дискретно меняют не свои положения, но свои внутренние состояния. Космический Эон является единственным объектом реализации концепции абсолютного детерминизма. Ни бесконечная, ни открытая, ни непрерывная, ни механическая вселенная, состоящая из движущихся в пустоте атомов таким первичным абсолютно детерминированным основанием служить не может. И уж тем более, абсолютный детерминизм не выполняется в окружающем нас вторичном мире доступных наблюдению разнообразных вещей и явлений.

Итак, лапласовский детерминизм имеет отношение не к вселенной-явлению, но лишь к вселенной-сущности. Во времена Лапласа под ней ошибочно подразумевалась механическая вселенная. Теперь же, для неоматериалиста, становится всё более очевидным, что концепция абсолютного детерминизма реализуется только в Космическом Эоне, конечном и замкнутом в себе множестве амеров, где протекает дискретный, немеханический, абсолютно детерминированный процесс.

 Игра «Жизнь» как двухмерная модель Космического Эона

Сильными сторонами неоматериализма являются не только разделение реальности на вторичный эмпирический мир и лежащий в его Фундаменте первичный Мир внеэмпирической материальной Сущности (вездесущей неперемещающейся протоматерии), но и наличие собственной метафизики (америзма), учения об элементах материальной Сущности, амерах. Последнее позволяет искать картину этой материальной Сущности не только на уровне абстрактных философских понятий, но и на уровне гораздо более конкретных метафизических моделей множества амеров. Широко известная игра Джона Конуэя «Жизнь» является одной из возможных двухмерных иллюстраций трехмерного, абсолютно детерминированного дискретного процесса в Космическом Эоне (конечном множестве амеров и позволяет наглядно продемонстрировать возможности возникновения вторичного из первичного, перемещающегося из неперемещающегося, наблюдаемого из ненаблюдаемого, случайного из необходимого, нового из старого.

Чем игра «Жизнь» походит на процесс в Космическом Эоне? Дискретный абсолютно детерминированный процесс в ней схож с дискретным абсолютно детерминированным процессом в Космическом Эоне. В игре Конуэя «Жизнь» роль элементов вездесущей, неперемещающейся, абсолютно детерминированной протоматерии выполняют клетки дискретной плоскости, каждая из которых находится в одном из двух возможных состояний и меняет их скачком в результате взаимодействия с соседними клетками, одновременно с ними по неизменным строго детерминированным правилам. Возникающие в этой двухмерной вселенной Конуэя перемещающиеся динамические структуры, образованные из таких неперемещающихся клеток, претендуют уже на роль элементов вторичного эмпирического мира перемещающихся частиц вещества и являются законными носителями случая. Это и есть два принципиально различных, не взаимодействующих между собой уровня вселенной Конуэя: первичный и вторичный, метафизический и физический, неперемещающийся и перемещающийся. Они имеют различные объекты, изменения в которых подчиняются различным законам: неперемещающиеся клетки плоскости Конуэя подчиняются локальному закону, а возникающие в этой дискретной плоскости динамические перемещающиеся структуры при взгляде издалека движутся равномерно и прямолинейно, подчиняясь закону инерции. Например, «глайдер» – простейшая перемещающаяяся структура в игре Конуэя – вблизи выглядит, как постоянно изменяющая свою форму движущаяся каракатица; при взгляде издалека она превращается в непрерывно движущуюся точку, перемещающуюся в «пустоте» себетождественную корпускулу. Нетрудно убедиться, что в игре «Жизнь» конечный результат «столкновений», или «взаимодействий» двух глайдеров различен, неоднозначен, т.е. подчиняется какой-то статистике и обусловлен многими недоступными опыту факторами, в том числе и их принципиально ненаблюдаемыми «фазами».

Эти особенности игры «Жизнь» позволяют предположить, что и в реальном мире, в таких заведомо статистических сценариях как результат прохождения отдельного электрона сквозь дифракционную решетку, также нет ничего необычного. Одни и те же пролетающие через одну и ту же «щель» якобы одинаковые электроны представляют собой на самом деле вовсе не себетождественные, летящие в пустоте корпускулы, а очень быстро повторяющие себя динамические перемещающиеся структуры в вездесущем, недоступном наблюдению абсолютно детерминированном множестве неперемещающихся амеров. Эти динамические структуры и, следовательно, их параметры в каждый момент в чем-то различны, но все эти различия лежат за пределами любого возможного опыта.

Таким образом, наблюдая и анализируя неоднозначный результат «взаимодействий» простейших перемещающихся структур в игре Конуэя «Жизнь», неоматериалист (внеэмпирический материалист) может сделать следующий важный вывод. Если концепция абсолютного детерминизма неверна во вторичном эмпирическом мире, то это вовсе не значит, что она ошибочна. Просто ее надо искать в другом месте. Где? В неоматериализме концепция абсолютного детерминизма справедлива только в первичном внеэмпирическом Фундаменте эмпирического мира, в вездесущей протоматерии (множестве амеров). Именно там, в первичном Мире внеэмпирической материальной Сущности, всё однозначно предопределено и нет никаких случайных событий. Во вторичном мире доступных наблюдениям вещей и явлений, который является всего лишь эмпирическим срезом этой внеэмпирической Сущности, абсолютной детерминированности нет. Именно здесь и появляется случай, возможность выбора и основанная на ней свобода воли человека.

Замечу, что игра «Жизнь» имеет двоякую интерпретацию: ее можно рассматривать или как происходящий на экране монитора процесс, управляемый извне посторонним компьютером (программой), или как процесс в каком-то самостоятельно существующем клеточном автомате, каждый элемент которого сам однозначно определяет свое последующее состояние на основе своей предыдущей локальной ситуации. Абсолютно детерминированная игра «Жизнь», на мой взгляд, как раз и является версией такого самодостаточного клеточного автомата и иллюстраций никем/ничем не управляемого причинного процесса с внутренней детерминацией. Дискретный, абсолютно детерминированный процесс в игре «Жизнь» легко интерпретировать не как результат внешнего воздействия компьютера или заложенной в него программы, которые вычисляют последующее состояние каждого элемента дискретной плоскости Конуэя, а как следствие особенностей локального взаимодействия самих ее элементов. Поэтому концепция абсолютного детерминизма вовсе не требует какой-то принудительной каузальности, как утверждают некоторые авторы. Строгая детерминация отнюдь не предполагает обязательного наличия ее внешней причины (бога, управляющего центра и т.п.). «Система… детерминирована не из-за навязанного извне сценария, а благодаря детерминированности каждого ее отдельного элемента» [see].

Игра Конуэя «Жизнь» демонстрирует нам возможность появления наблюдаемого из ненаблюдаемого, перемещающегося из неперемещающегося, неоднозначного (случайного) из однозначного (необходимого). Компьютерная программа GOLLY для этой игры позволяет увидеть всё это великолепие на экране вашего монитора. Краткие инструкции по установке и работе с программой GOLLY для игры «Жизнь» можно найти на отдельной странице «Игра Конуэя «Жизнь»» сайта «Нематериализм». Установив эту программу на свой компьютер, вы фактически получите власть над неким аналогом демона Лапласа в обособленной и конечной вселенной Конуэя, который по вашему выбору будет демонстрировать вам однозначно детерминированную эволюцию ее любого начального состояния. Наличие в данной программе инструментов, позволяющих остановить абсолютно детерминированный процесс в игре «Жизнь», вернуться к исходному состоянию и вновь запустить его, позволяет, кроме всего прочего, сформулировать один важный признак абсолютно детерминированного процесса, а именно: его воспроизводимость, возможность его повторения.

Итак, дискретный абсолютно детерминированный процесс в игре «Жизнь» воспроизводим. Поскольку игра «Жизнь» служит одной из двухмерных иллюстраций дискретного, абсолютно детерминированного процесса в трехмерном множестве амеров, ваши исследования в этой игре с помощью программы GOLLY позволят косвенно судить и о возможностях самого америзма. Наблюдайте и анализируйте!

 Игра «Жизнь» и стрела времени

Проблема одновременного существования необходимости и случайности отнюдь не единственная область, в которых идет острая борьба детерминизма и индетерминизма. Ареной их современного противостояния является также и явная необратимость природы. Марксисты и синергетики пытаются убедить нас, что эта временнáя асимметрия может иметь объяснение только при отказе от концепции абсолютного детерминизма, т.е. в мире поливариантных, статистических законов. А там, где царит однозначная причинность, мол, необратимости быть не может. Оторвать стрелу времени от причинности, лишить причинные процессы не только однозначности, но и однонаправленности – это ли не цель противников абсолютной каузальности бытия?

Обратимость динамических законов физики и необратимость ее статистических законов, управляющих большими ансамблями частиц, рассматривается как один из доводов в пользу приоритета последних. А.Пуанкаре писал: «Если физическое явление возможно, то обратное ему явление также должно существовать. Однако в природе этого нет и это как раз то, чему учит принцип Карно: тепло может переходить от горячего тела к холодному, нельзя сделать этот процесс обратным и восстановить разницу температур» [see]. Многочисленные попытки получить термодинамику из механики успеха не имели: необратимость макропроцессов никак не следовала из обратимых микропроцессов. Некоторых это заставляет утверждать: «Необратимость существует либо на всех уровнях, либо не существует ни на одном уровне. Она не может возникнуть, словно чудо, при переходе с одного уровня на другой» [see].

Необратимость окружающих нас явлений природы находится в вопиющем противоречии с обратимостью якобы лежащих в их основе физических процессов – непрерывных, механических, электромагнитных или каких-то других. Все мы знаем, что яйцо может превратиться в цыпленка, но обратный процесс невозможен: цыпленок не может вновь стать яйцом. Стрела времени есть несомненное свойство окружающей нас действительности. Парадокс состоит в том, что все нынешние теоретические описания природы – механическое, электромагнитное, квантомеханическое – ее не содержат. Но если необратимости нет в основаниях природы, то откуда она возникает? «Каким образом при действии симметричных относительно времени законов может возникнуть асимметрия времени?» [see]. Каким образом «обратимые движения частей часового механизма предвещают приближение фатально необратимого финала человеческой жизни»? [see]. Мне кажется, в данном случае возможен единственный выход: если необратимости нет в доступных наблюдениям физических процессах, то ее следует искать в процессах метафизических, наблюдениям недоступных.

Разумеется, в определение обратимого или необратимого причинного процесса не может входить понятие «время», поскольку оно вторично и является абстракцией, которой надо пользоваться с большой осторожностью. Да, время есть объективное понятие, но оно не существует реально. Времени вне конкретных, реально существующих процессов нет; свойства времени самого по себе есть бессмыслица. Течение времени, направление времени, замедление времени, его относительность – всё это не более чем метафоры, которые допустимы лишь в том случае, если они имеют объекты своей реализации, т.е. соответствующие процессы. Не время формирует процесс, а процесс формирует время. Свойства времени это наиболее общие свойства окружающих нас процессов. Обратное теперь уже неверно: свойства процессов не определяются свойствами времени. Нельзя, не впадая в порочный логический круг, сводить особенности времени к особенностям процессов, а затем, наоборот, сводить свойства процессов к свойствам времени. Значит, необходимо иное определение необратимого причинного процесса, не связанное с понятием «время». «Понятие необратимости времени... связывается с существованием в окружающем мире необратимых изменений. Hаправление времени определяется направлением протекания необратимых процессов» [see]. Более того, на мой взгляд, необратимый, абсолютно детерминированный процесс должен быть не просто определён, но и предоставлен, продемонстрирован.

В 1908 году Пуанкаре писал: «Один философ несколько лет тому назад сказал, что будущее определено прошлым, но что прошлое не определено будущим. Иными словами, зная настоящее, мы можем сделать заключение относительно будущего, но не относительно прошлого, ибо, сказал бы он, определенная причина всегда должна привести к одному результату, но один и тот же результат может быть вызван множеством различных причин. Ясно, что ни один ученый не подпишется под этим выводом. Законы природы связывают предшествующее с последующим таким образом, что предшествующее определено последующим так же, как и последующее предшествующим» [see]. Откуда столь не свойственная Пуанкаре категоричность? «Ни один ученый не подпишется под этим выводом»? Да, все известные сегодня фундаментальные физические процессы – механические или электромагнитные – позволяют одинаково легко предсказывать как будущее, так и прошлое. Но разумно ли на этом основании утверждать, что такова сама природа и что мы никогда не обнаружим в ней фундаментальный асимметричный процесс? Да, в современном, написанном детерминистом портрете природы необратимость не видна. Но отсюда – вывод: плох портрет.

Анонимный философ, о котором упоминает Пуанкаре, указал четкий признак: в необратимом причинном процессе будущее определено прошлым, но прошлое не определено будущим. С.Т.Мелюхин также пытается связать необратимость с причинностью: «…Время течёт от прошлого к будущему потому, что имеет место причинная связь… При обратном течении времени причинная связь была бы невозможна…» [see].

Однако большинство авторов ныне полагают, что указанная асимметрия присуща только статистическим или синергетическим процессам. «…Для любой формы статистической теории имеет место асимметрия между предсказанием и ретросказанием: теория пригодна для предвидения будущего, но не для реконструкции прошлого…» [see]. Детерминация причинного процесса вовсе не обязана быть обоюдной, необратимый причинный процесс также не допускает ретросказаний. Отсюда вытекает, что в необратимом динамическом процессе существует однозначная причинная связь между настоящим и будущим, но нет однозначной причинной связи между настоящим и прошлым. В необратимом причинном процессе есть однозначный закон, для нахождения последующего состояния системы, но нет однозначного закона, для нахождения предыдущего. В необратимом причинном процессе будущее вытекает из настоящего, прошлое – нет, будущее определено однозначно, прошлое – нет.

Суть концепции абсолютного детерминизма состоит в декларации однозначности: каждое состояние замкнутой системы однозначно определено и имеет одно и только одно последующее состояние. Причинность – это и есть однозначность; там, где есть неоднозначность или состояний, или переходов между ними, там нет причинности. Забавно (насколько я знаю, никто из авторов этого не подчеркивал), что трактовка концепции абсолютного детерминизма как однозначности уже сама по себе, без всякой конкретики, предполагает необратимость абсолютно дерминированного процесса. Действительно, если все состояния какого-то дискретного процесса имеют одно-единственное последующее состояние, то их предыдущие состояния таким свойством обладать уже не могут. Иными словами, в подлинно причинном процессе будущее однозначно вытекает из настоящего, а прошлое – нет, т.е. обратный, направленный в прошлое процесс не является однозначно детерминированным.

 Игра «Жизнь» и возникновение нового

«Гегель обратил внимание на неспособность детерминизма раскрыть детерминацию процесса развития и исключил детерминизм из своей теории эволюционного процесса» [see]. Раньше предполагали, «что и миллионы и миллиарды лет назад наш Мир развивался по тем же законам, что и сегодня» [see]. «Научную рациональность было принято усматривать лишь в вечных и неизменных законах. Всё же временное и преходящее рассматривалось как иллюзия» [see]. «Ныне подобные взгляды считаются ошибочными… Начальные условия и законы изменения перестают быть независимыми» [see]. «Для этих теорий характерен отрывочный, непоследовательный подход к обозначенной нами проблеме. Явно прослеживается мысль: эволюция происходит там, где в данный момент «отсутствует» детерминизм, и наоборот» [see].

Неоматериализм (внеэмпирический материализм) позволяет решить эту дилемму совершенно иначе: абсолютный детерминизм и эволюция (развитие, возникновение нового) существуют одновременно, но в разных мирах. Множество амеров на уровне своих элементов изменяется, но не развивается. Все амеры в любой части вселенной сейчас и миллиарды лет до нас ничем не отличаются: те же самые амеры, которые находятся в тех же самых состояниях, изменения в которых подчиняются тому же самому локальному закону. Развитие в множестве амеров происходит лишь на его вторичном наблюдаемом уровне возникающих там и «взаимодействующих» между собой динамических структур, которые (по предположению) соответствуют знакомым нам частицам вещества. Развивается только этот вторичный мир явлений, там возникают и погибают целые миры, там появляются новые, всё более высокоорганизованные формы. Там-то и возникает новое. Из-за отсутствия взаимодействия с наблюдаемыми вещами, в принципиально ненаблюдаемом амере всё остается по-старому: никаких новых состояний, новых форм, новых условий, новых взаимодействий и новых законов там не возникает. Какие бы «революции» не происходили на вторичном наблюдаемом уровне реальности, какие бы новые формы, отношения, взаимодействия и законы там не появлялись, лежащие в их основании амеры существуют вне развития, остаются теми же самыми амерами, продолжают жить по своим вечным и неизменным законам. Развиваются только явления, абсолютно детерминированная материальная Сущность на уровне своих элементов изменяется, но не развивается.

Состояние амера меняется дискретно, но, вследствие конечности его состояний, ничего нового в нем так и не возникает; в дискретно изменяющемся амере нет развития. Отсутствие развития и прогресса в изменяющемся амере есть прямое следствие его простоты. Дело в том, что развитие любого объекта или системы предполагает достаточно высокую степень их организации, в частности, неограниченное или по крайней мере очень большое число их возможных состояний. Амер, наоборот, предельно прост, примитивен, поскольку число его возможных состояний невелико, а переходы между ними однозначно детерминированы. Именно поэтому амер хотя и изменяет свои состояния, но вновь и вновь повторяет их и потому остается тем же самым амером. Он, так сказать, «изменялся, изменялся, да таким же и остался».

Таким образом, фундаментальный, строго детерминированный процесс в множестве амеров полностью определён самим собой, самодостаточен, замкнут, отделён от всего остального, вторичного, образованного из него. Амер не подвержен влиянию этого вторичного уровня реальности, не взаимодействует с ним. Процесс смены его состояний полностью задается единым для всех амеров неизменным локальным законом; всё остальное на протекающий там процесс не влияет. В множестве равноправных амеров и происходящих в них равноправных событий, нет важного и неважного, значительного и незначительного, необходимого и случайного; любой его элемент и любое событие в нем одинаково важны и необходимы. Поэтому даже одно единственное случайное, спонтанное, непредвиденное изменение состояния хотя бы у одного амера (какой-то аналог эпикуровского clinamen) могло бы полностью нарушить развитие всего универсума и привести к совершенно непредсказуемым последствиям.

Неоматериалист (внеэмпирическй материалист) с полным правом может утверждать, что самодостаточна, только принципиально ненаблюдаемая, вездесущая, самодвижущаяся и строго детерминированная протоматерия, только она не требует первого толчка или каких-то внешних движущих сил, в том числе и в виде диалектических противоречий. Протоматерия первична, нет никаких сторонних причин появления ни такой материи, ни ее абсолютно детерминированного изменения. Попытки обосновать движение и материю во все времена приводили к признанию Творца. Разумеется, формально можно задавать вопросы о причинах появления материи, движения или даже самого господа бога, но получить ответ на эти вопросы в тех системах, где эти понятия являются первичными, невозможно. Основания не имеют логических обоснований, они постулируются, поэтому вопросы о причинах возникновения материи или движения навсегда закрыты для материалиста. Он обречён искать истоки данной конкретной вещи в другой более простой и фундаментальной вещи, а причины данной конкретной формы движения в другой более простой и фундаментальной форме движении.

Вездесущая, вечно существующая и вечно изменяющаяся, предельно простая, унифицированная и абсолютно детерминированная немеханическая протоматерия первична, самодостаточна и не нуждается ни в каком внешнем Боге: ни в Создателе, ни в Управителе. Америзм позволяет утверждать: в основании наблюдаемых вещей и явлений лежит не бог и не диалектическое противоречие, а единый абсолютно детерминированный процесс в множестве вездесущих принципиально ненаблюдаемых амеров. Различные объективные связи и закономерности наблюдаемых процессов и явлений – это, в конечном итоге, различные косвенные способы описания такого всеобщего внеэмпирического причинного процесса. Все остальные связи эмпирического мира, в том числе законы диалектики и так называемая диалектическая связь старого и нового, есть лишь неполные, частичные, опосредованные отображения этого фундаментального абсолютно детерминированного процесса в множестве амеров.

Разумеется, во вторичном мире неоднозначно детерминированных явлений причинное объяснение возникновения нового заведомо невозможно. Вторичный мир наблюдаемых вещей не является самодостаточным – это всего лишь эмпирический срез подлинной внеэмпирической реальности, и как всякий срез, он неполон, противоречив и неизбежно требует от нас, если мы пытаемся ограничиться им, указания источников его движения и становления. Во вторичном эмпирическом мире объект и его движение нельзя удовлетворительно понять из существования другого объекта и его движения или даже всей совокупности подобных объектов. Наблюдаемый уровень реальности не является самодостаточным, самодетерминированным и, следовательно, непротиворечивым. Новое возникает здесь всегда неожиданно, вне и вопреки строгой причинности непрерывных процессов. Поэтому противоречие как универсальный источник движения и развития является приемлемой схемой лишь в том случае, если философ ограничивает себя этим недостаточным уровнем реальности, т.е. множеством вторичных наблюдаемых вещей. Марксисты как раз и считают, что новое возникает в результате качественного скачка, перерыва постепенности, в итоге накопления количественных изменений, но отнюдь не сводимо к ним. Совершенно справедливо рассматривая возникновение нового в мире непрерывных явлений как процесс противоречивый, диалектические материалисты «разрешают» его с помощью невесть откуда взявшихся там качественных скачков, спровоцированных якобы количественными изменениями этого же уровня реальности. Отрицая наличие единого внеэмпирического фундамента всего эмпирического мира, марксизм далек от действительного субстанционально-структурного понимания причин качественных различий вещей, а также единства их бытия и небытия и, значит, далек от понимания механизма становления нового в мире явлений. На самом деле, противоречивое и недетерминированное возникновение нового во вторичном эмпирическом мире, является следствием непротиворечивого и абсолютно детерминированного процесса в первичном внеэмпирическом мире, т.е. в множестве принципиально ненаблюдаемых амеров.

Единый причинный механизм изменений в множестве амеров порождает последовательный ряд его дискретных состояний, которые могут отличаться по каким-либо признакам от предыдущих в разной степени. Но все эти изменения, как значительные, так и незначительные, порождены одним и тем же причинным процессом, вне которого, за которым, над которым нет ничего: ни творящего внезаконные и потому таинственные чудеса бога, ни диалектических скачков, ни невесть откуда взявшихся бифуркаций. Объяснять возникновение нового с помощью чуда, диалектики или синергетики допустимо только вне концепции детерминизма и внутри концепции непрерывности. Таким образом, можно утверждать: одновременно справедливы либо дискретность и детерминизм, либо непрерывность и какие-то внепричинные механизмы становления нового. Да! возникновение нового есть качественный скачок, нельзя понять возникновение как непрерывный процесс. Однако закономерные изменения реальности никогда и не были непрерывными, они дискретны. Наблюдаемые явления кажутся нам непрерывными в силу крайне малых размеров вездесущих амеров и огромной скорости происходящих в них дискретных изменений. В множестве амеров каждое последующее состояние есть качественный скачок по отношению к его предыдущему состоянию. Но – и это принципиально важно – все эти скачки абсолютно детерминированы, ибо сам причинный процесс в множестве амеров как раз и состоит из таких скачков.

Что порождает парадокс возникновения? Не только предположение о непрерывности причинного процесса, не только ограничение реального наблюдаемым, но и уверенность, что всё взаимодействует со всем. Это напрочь перечеркивает возможность существования низшего, независимого от мира явлений ненаблюдаемого уровня реальности и заставляет утверждать, что «низший уровень включен в высший, а будучи включен – зависит от него…» [see]. Америзм позволяет рассматривать материю-субстанцию-сущность как множество амеров, как низший внеэмпирический уровень реальности, который полностью определяет ее высший наблюдаемый уровень, но сам от него не зависит. В мире частично детерминированных явлений новое появляется всегда беспричинно, неожиданно, противоречиво; в мире абсолютно детерминированной материальной Сущности всё однозначно предопределено и ничего случайного, неожиданного, противоречивого нет и в помине. Возникновение новых форм вторичного эмпирического уровня реальности не затрагивает взаимодействий принципиально ненаблюдаемых амеров; последние существуют «ничего не зная» о том, какие новые формы рождаются в мире явлений именно потому, что они не взаимодействуют с ними. Отсутствие взаимодействия и, следовательно, отсутствие полного изоморфизма между миром явлений и образующей его материальной Сущностью сразу же выявляет условный, относительный характер понятия нового. С одной стороны, возникновению нового на уровне явлений не соответствует возникновение нового на уровне сущности, любое возникновение или уничтожение в мире явлений – это всего лишь закономерное изменение в мире материальной Сущности. С другой стороны, в материальной Сущности новое возникает не изредка, а на каждом шагу, поскольку качественный скачок и причинный процесс в множестве амеров – это одно и то же. Однако такому постоянному возникновению нового на уровне Сущности отнюдь не соответствует постоянное возникновение нового в мире явлений.

Игра Конуэя «Жизнь» демонстрирует нам не только возможность появления наблюдаемого из ненаблюдаемого, перемещающегося из неперемещающегося, неоднозначного (случайного) из однозначного (необходимого), но служит также прекрасной иллюстрацией возникновения новых форм в абсолютно детерминированном дискретном процессе. Например, в файле Gliders5.lif программы GOLLY для этой игры видно, как сталкиваются пять движущихся глайдеров, в результате чего возникает новая, не существовавшая ранее динамическая структура. Другой пример: в файле Untitled.lif глайдер догоняет более крупную движущуюся структуру и взаимодействует с ней, в результате чего также возникает новая, не существовавшая ранее динамическая структура.

 Две трактовки эмпирической реальности

Посмотрим теперь на обозначенную проблему с философской позиции и зададимся вопросом: насколько объективны, т.е. существуют вне и независимо от нашего сознания, восприятия и наших теоретических построений, не только атрибуты, особенности и законы мира явлений, но и сами эти явления, сами эмпирически воспринимаемые вещи? Разумеется, явления макромира (например, движения планет или падение камня) независимы от сознания и восприятия человека. Но существуют ли они вне этого сознания и восприятия в том же самом виде и не стоит ли за ними некое иное, объединяющее их истинное Бытие – самодостаточное, внеэмпирическое, неперемещающееся, детерминированное абсолютно, однозначно и потому непротиворечивое?

Конечно, чувственная достоверность перемещения несомненна – никто с этим не спорит. Однако его истинность условна. Перемещение будет оставаться объективным во всех случаях, когда мы считаем мир явлений самодостаточным, когда нам удается ограничиться им, забыть про Мир ненаблюдаемой материальной Сущности. Да, мир явлений, если мы по ошибке считаем его самодостаточным, несомненно противоречив, но в самодостаточной материальной Сущности никаких противоречий нет. Противоречивы или дополнительны могут быть только наши несовершенные взгляды на природу, но не сама природа в ее глубинном фундаменте. В истинной внеэмпирической реальности никаких противоречий нет, противоречия возникают только в ее эмпирическом срезе, который самостоятельно существовать не может. Поэтому правы в конечном итоге оказались Зенон и Аристотель: противоречивое неистинно, истинное непротиворечиво.

То, как мир нам является, и то, что он есть на самом деле, – вовсе не одно и то же. Открыв ночью глаза и взглянув в небеса, мы видим разделенные пустотой движущиеся планеты или сверкающие в неимоверной дали звезды, но стоит нам закрыть глаза и «распахнуть наши мысленные очи», как всё это пропадает, растворяется в абсолютной заполненности ненаблюдаемой и неперемещающейся протоматерии. Поэтому, когда речь идет о каких-то противоположных, противоречащих друг другу характеристиках окружающего нас мира, то их надо понимать не буквально, в одном и том же «измерении». Они зачастую принадлежат не одному и тому же бытию, а его разным граням, срезам, проекциям, уровням – его являющемуся и сущностному аспектам. Мельчайшие частицы вещества одновременно и перемещаются и не перемещаются, но не так, как думали ортодоксальные диалектики, не в одном и том же «пространстве». Себетождественные перемещающиеся корпускулы самостоятельно существуют лишь в нашем мнении, когда мы считаем частицы и пустоту последними инстанциями бытия, за которыми уже нет ничего. Но эти же частицы не перемещаются и, более того, вообще не существуют как нечто самостоятельное и себетождественное, если мы рассматриваем их как порождения вездесущей неперемещающейся протоматерии, где пустота (вакуум) есть всего лишь одна из ее форм. Если неустранимая внеэмпирическая протоматерия равномерно заполняет собой всё пространство и потому недоступна механической форме движения, то разделенные пустотой наблюдаемые и перемещающиеся частицы вещества вторичны, не обладают первичным, самостоятельным бытием и должны состоять из этой ненаблюдаемой и неперемещающейся материальной Сущности. Отсюда, в частности, следует, что перемещение является вторичной формой движения и что мы должны «сконструировать» эти кое-где встречающиеся, отделенные друг от друга пустотой перемещающиеся корпускулы (как, впрочем, и саму «пустоту») из вездесущей, неустранимой и неперемещающейся протоматерии.

Эмпирическая действительность объективна, если мы признаем, что она существует вне человеческого сознания и независимо от него. Но является ли она таковой? Откуда мы взяли, что эмпирический мир возможен вне нашего восприятия, а не вместе и совместно с ним? Может быть, весь этот огромный, окружающий нас наблюдаемый мир, который нынешние эмпирические материалисты ошибочно называют последним фундаментом бытия, совместим только с нашим сознанием и вовсе не является внешней ему непреходящей реальностью? Ведь для меня всё это определенно исчезнет вместе с моей смертью. Не значит ли это, что эмпирический мир не существует вне и независимо от моего сознания и в этом смысле не является объективным? Мне говорят, что мое «я» может быть или не быть, а внешний мир остается, поскольку, как мы все хорошо знаем, смерть другого человека не может его уничтожить. Ежегодно на Земле умирает около ста миллионов человек, и ничего – мир до сих пор не рухнул. Да, это так. Но вот я закрыл глаза, уснул – и всё провалилось в небытие; я умер – и для меня ничего этого не стало. Мне говорят, что эмпирическое бытие не зависит от бытия какого-то отдельного человека или даже всего человечества. Да, я признаю это и верю, что деревья и скалы существовали и до возникновения человека, что по ним лазали обезьяны, скакали козы и ползали змеи, что до появления всего живого на нашей планете были горы, вулканы, реки и моря. Но кто о них в то время знал? Воспринимали ли тогдашние амебы эти горы и вулканы? Кто знает, был ли мир без человека таким же пышным, цветастым и многоликим, как сейчас?

Здесь снова всплывает старая философская трудность – тщетность логических определений первичного уровня реальности через вторичное, бывшего до через возникшее после, необходимого через случайное, материи через сознание, истинно сущего через восприятие. Проблема в данном случае заключается в том, что первичное не состоит из вторичного, непреходящее из преходящего, необходимое из случайного, обязательное из необязательного, существенное из несущественного. Если я необязателен, несуществен и случаен, то не таков ли и весь окружающий меня эмпирический мир? Ведь я – часть этого мира, мы с ним одного поля ягоды. Это означает, что он, как и я, может быть или не быть. Как и я, он должен иметь своей основой нечто другое. Как и я, он производен, не обладает непреходящим бытием. Как и я, он не является первоначальной истиной, истиной в последней инстанции. Окружающий нас эмпирический мир, если абстрагироваться от временны́х масштабов, не более устойчив и не более объективен, чем человек. А отсюда следует, что вся так называемая объективная эмпирическая реальность, которая является нам (то появляется, то пропадает), столь же необязательна, несущественна, случайна, как и каждый из нас.

Хотим ли мы называть подлинно существующим нечто необязательное, несущественное, случайное, преходящее или нет – каждый решает сам. Но мне кажется, что если мы оставляем термин «объективное бытие» в качестве синонима эмпирической реальности, то в противовес ему в материалистической философии неизбежно должно появиться понятие подлинного бытия – истинной, самодостаточной, непреходящей, внеэмпирической реальности, которая от нас действительно не зависит, с нами не взаимодействует, нам не является, постоянно пребывает и, следовательно, не возникает и не исчезает. К этому же выводу мы придем, если признаем, что реально существует только самодостаточное бытие, а вторичный эмпирический мир таковым не является и потому подлинным бытием не обладает. Материалист должен согласиться с этим, иначе он неизбежно погрязнет в болоте принадлежащих этому вторичному миру, зависимых от субъекта относительных истин.

Наблюдаемая реальность имеет вторичное, обусловленное и потому призрачно-ненастоящее бытие. Но стоит человеку хотя бы раз признать самодостаточность этой реальности, и он тут же погружается в трясину ограниченных истин и призрачных существований. Наверное, именно это имел в виду Парменид, когда говорил об эмпирическом мире мнений и внеэмпирическом Мире истины. Вырваться потом из этого мира мнений и царящих там относительных истин очень трудно, потому что мы живем в нем, привыкли и приспособились к нему. Наблюдаемый нами мир обволакивает, притягивает и затягивает нас; он видим, осязаем, веществен и заставляет считаться с ним. Наконец, он привычен, удобен, уютен и без него нельзя обойтись; он породил нас, он полезен и практичен; он такой же, как и мы, он совместим с нами.

В эмпирическом мире человек сравнительно хорошо ориентируется и чувствует себя хозяином, поскольку может воздействовать на него. В первичной, принципиально ненаблюдаемой реальности не похозяйничаешь, поскольку она не только вне нас (вне субъекта), но и вне всего остального эмпирического мира, а потому недоступна не только нашему воздействию, но и любому воздействию любых эмпирических вещей. Внеэмпирический Абсолют далек от нас (разумеется, не в пространственном смысле), а эмпирический мир – вот он, рядом. Эмпирический мир необходим нам, а его фундамент, внеэмпирический Абсолют в повседневной человеческой деятельности не нужен, необязателен. Внеэмпирический Абсолют есть нечто Иное по отношению к человеку и эмпирическому миру и находится вне возможностей их воздействия. Он непреходящ, пребывает, т.е. существует постоянно и безусловно, тогда как человек и воспринимаемый им эмпирический мир лишь бывают, существуют временно, условно, иллюзорно.

Если эмпирический мир иллюзорен, то почему все эти иллюзии так важны для меня? Да потому, что я сам такой. Я сам есть явление, видимость, майя, иллюзия, что-то преходящее, обусловленное, ненастоящее, не существующее самостоятельно. Я – лишь мелкая песчинка того огромного эмпирического бытия, которое в свою очередь есть только внешнее, стороннее, необязательное проявление Бытия внеэмпирического Абсолюта. Весь эмпирический мир есть «тень» внеэмпирического Абсолюта (вспомним тени в «пещере» Платона). И потому мое я – порождение этой вторичной эмпирической реальности – в конечном итоге есть всего лишь еще более бледная тень Абсолюта: «Я – тень от чьей-то тени» (М.Цветаева). А может ли быть у этой временной тени своя самостоятельно существующая бессмертная душа и не является ли она сама всего лишь иллюзией – каждый решает сам.

Вся окружающая нас эмпирическая реальность призрачна в том смысле, что она вторична и обусловлена наличием внеэмпирического Абсолюта, является его срезом, инобытием, не существует самостоятельно. Разумеется, она призрачна только по отношению к этой первичной, истинно существующей первооснове, но вовсе не по отношению к самой себе и к человеку, который является частью этого вторичного, эфемерного мира. Мир явлений, безусловно, объективен для человека, который сам есть его порождение, но не для мира материальной Сущности. Я вовсе не утверждаю, что летящая в меня пуля есть нечто пустяшное, иллюзорное и для меня неважное. Нет, для меня, который сам является частью этого вторичного, наблюдаемого и перемещающегося мира отдельных, воздействующих друг на друга вещей, это самая жестокая реальность, которая расколет мой череп, прекратит мое существование. Я утверждаю лишь, что эта пуля неважна для материального Абсолюта, ибо в нём она вообще не существует, как не существует и всё остальное вещественное и эмпирическое, в том числе и я сам. В первичном, предельно простом и унифицированном внеэмпирическом Мире материального Абсолюта нет человека, нет субъекта. Человек принадлежат вторичному эмпирическому миру.

Если окружающий меня являющийся мир обладает вторичным и потому призрачно-ненастоящим бытием, то таким же бытием обладаю и я сам, как часть этого мира. На этом фоне декартовское «cogito ergo sum» в качестве исходной предпосылки выглядит нелепым и напыщенным самомнением. Нельзя, вслед за Декартом, считать «первой истиной» свое собственное бытие и пытаться вывести из нее всё остальное. Тоже мне, «несомненная истина» и «исходная предпосылка»! Но она уходит своими корнями в античность. Именно Сократ породил субъективизм, поставил на первое место человека. Его антропологическо-социологический переворот в философии наводнил реальность случайными, неистинными, несущественными и несуществующими вещами. А что было потом? – Сократ породил Декарта, Декарт породил Беркли, Беркли породил Юма, Юм породил Маха. В итоге все эти «родственники», вопреки своим благим намерениям освободить реальность от идолов познания, завалили ее этими самыми вещами сознания. Теперь «бритва Оккама» должна постепенно отсекать всё лишнее в нашем понимании первоначал бытия, оставляя там только действительно необходимое.

Ничего себе, материалист! – воскликнет дотошный критик, – обскакал солипсиста Беркли. Тот хоть считал призрачным только окружающий нас мир, но (вслед за Декартом) был по крайней мере убежден в несомненной реальности своего «Я». А у меня призрачно и то и другое: и окружающий меня эмпирический мир и мое собственное «Я». Ну, во-первых, Беркли не такой уж и солипсист, как это принято думать. Для него вещи существуют и вне его собственного восприятия, а именно, в мысли и восприятии Бога. А во-вторых: что делать? Ведь «первой истиной» в философии может стать либо мое «Я», и тогда всё остальное вторично, призрачно (солипсизм), либо внеэмпирический Абсолют, и тогда вторично, призрачно всё остальное, внешнее по отношению к нему, т.е. вся эмпирическая реальность, включая и меня самого.

Итак, для неоматериалиста (внеэмпирического материалиста) существуют две эквивалентные возможности. Он может признать, что окружающий нас вторичный вещественно-эмпирический мир есть всего лишь явление, видимость, майя, иллюзия, ненастоящее бытие, за которым стоит подлинное Бытие внеэмпирического материального Абсолюта. Или он может признать объективную реальность этого вещественно-эмпирического мира и утверждать тогда, что за этим реальным стоит нечто Иное по отношению к нему, сверхреальное, некая внеэмпирическая и вневещественная (но материальная) гиперреальность, т.е. опять-таки то же самое истинное, подлинное, настоящее Бытие материального Абсолюта. Естественно, что между этими двумя точками зрения неоматериалиста на соотношение эмпирического и внеэмпирического миров нет принципиальной разницы, точно так же, как для идеалиста нет принципиальной разницы в вопросах соотношения его идеального Абсолюта и сущего между ведантой и томизмом. Эти две эквивалентные идеалистические традиции, восточная и западная, фактически также толкуют нам об одном и том же, а именно:

  • эмпирический мир – это иллюзия (майя), порожденная идеалистическим Абсолютом, т.е. Богом;
  • эмпирический мир – это объективная реальность, порожденная сверхреальностью, гиперреальностью, т.е. тем же самым идеалистическим Абсолютом, Богом.

Следуя этим идеалистическим традициям и называя вещественно-эмпирический мир то иллюзией, то объективной реальностью, неоматериалист равно предполагает за ними в качестве их единственной основы истинную Реальность – материалистический Абсолют, вездесущую внеэмпирическую протоматерию. Это и есть позиция внеэмпирического материалиста, который, в отличие от материалиста эмпирического, не считает вещественно-эмпирический мир первичным и самодостаточным. Кроме того, говоря о нереальности мира явлений, надо обязательно уточнять: мир явлений иллюзорен, призрачен, нереален относительно чего? Да, разумеется, вторичный эмпирический мир нереален, обладает вторичным, зависимым, призрачно-ненастоящим бытием только относительно Бытия первичного внеэмпирического Абсолюта. Но эмпирический мир безусловно реален и обладает несомненным бытием по отношению к самому себе и к воспринимающему его субъекту.

 Ошибочные суждения критиков КАД

Если реальность действительно разделена на первичный Фундамент, внеэмпирический Мир абсолютно детерминированной материальной Сущности и возникший на ее основе вторичный эмпирический мир частично детерминированных явлений, то нам следует гораздо более критически относиться к следующим, прозвучавшим ранее утверждениям противников детерминизма или, по крайней мере, попытаться пеосмыслить их:

«Существуют две противоположные позиции: утверждение, что детерминизм неверен и, таким образом, свобода воли существует или по меньшей мере возможна, и жесткий детерминизм – утверждение о том, что детерминизм верен и свободы воли не существует» [see].

«в мире Лапласа абсолютную победу торжествует необходимость, свобода воли в таком мире может существовать лишь как иллюзия… Концепция лапласовского детерминизма приводит к фатализму» [see].

«необходимо либо отвергнуть лапласовский детерминизм, либо согласиться с его выводом о существовании свободы воли лишь как иллюзии» [see].

«теория детерминизма представляет собой попытку научного обоснования учения о фатализме… так называемая свобода выбора у человека – это фикция» [see].

«эксперимент, опровергающий теорию Лапласа, состоит в том, что мы знаем, что у нас есть свобода выбора» [see].

«атеистическое учение об «абсолютном детерминизме» – антисоциально и аморально по сути своей» [see].

«Приверженцы классической науки рисовали картину мира, в которой любое событие однозначно определяется начальными условиями, задаваемыми (по крайней мере в принципе) абсолютно точно. В таком мире не было места случайности» [see].

«Известно, что лапласовский детерминизм ушел в прошлое после создания статистической физики. Статистическая связь между предшествующими и последующими состояниями систем давно получила обоснование и стала общепризнанной. С тех пор считается, что динамическая закономерность является частным случаем статистической с вероятностью осуществления, близкой к единице» [see].

«соотношение неопределенностей позволяет обоснованно предположить, что поведение микрочастиц отчасти описывается вероятностными законами, что ставит под сомнение однозначную детерминацию причинно-следственных связей» [see].

«адекватное философское осмысление квантовой механики связано с отказом от презумпции однозначной причинности, в принятии фундаментального характера вероятностных представлений, в признании однозначных связей приблизительным и огрубленным выражением более глубоких и более фундаментальных вероятностных связей… Идея однозначной причинности разделяет общую судьбу всех человеческих принципов, которыми не только можно, но нужно поступаться, когда к этому побуждают объективные обстоятельства» [see].

«У природы, как мы видим, нет полного детерминизма, она не работает ни по квантовой механике, ни по классической механике, внутри нее запрятаны случайные процессы. Отсутствие детерминизма – это наше счастье, потому что мы живем в живом, развивающемся мире, а не в том, который мог бы быть предсказан с помощью каких-то уравнений» [see].

«Свобода воли является имманентным, т.е. внутренне присущим свойством всего мира. Только на основе этого исходного положения можно уйти от бессмысленного, полностью детерминированного механического мира к миру живому и развивающемуся» [see].

«кто согласится быть детерминированным, когда даже пошлый электрон претендует на то, что его поведение таковым не является» [see]..

«Детерминизм макромира является скорее мифом, пережитком классической науки и связанного с нею механистического материализма» [see]. «Именно механистическое мировоззрение лежит (необходимо сказать: лежало – А.А.) в основе знаменитого изречения Лапласа» [see].

«Согласно лапласовскому детерминизму, состояние любой системы в любой момент времени (будущий или прошедший) может быть предсказано на основе полных знаний о состоянии системы в настоящий момент времени» [see].

«раз всё так предопределенно, значит будущее можно предсказать, притом на научном основании. Более того, как только будет найдена некоторая универсальная формула, описывающая состояние вселенной, достаточно будет её подставить и вот уже простой человек, а не какой-нибудь там высший разум или демон сможет предсказывать не только движения планет, а землетрясения, наводнения, войны и революции, притом со 100%-й достоверностью» [see].

«Даже ученый, глубоко убежденный в правильности детерминистических описаний, вряд ли осмелится утверждать, что в момент Большого взрыва, т.е. возникновения известной нам Вселенной, дата выхода в свет нашей книги была начертана на скрижалях законов природы» [see].


Каким образом «обратимые движения частей часового механизма предвещают приближение фатально необратимого финала человеческой жизни»? [see].

«Каким образом при действии симметричных относительно времени законов может возникнуть асимметрия времени?» [see].

«Необратимость существует либо на всех уровнях, либо не существует ни на одном уровне. Она не может возникнуть, словно чудо, при переходе с одного уровня на другой» [see].


«Уже в эпоху Просвещения можно наблюдать теоретический конфликт между принципами эволюционизма и детерминизма, который со временем обозначился еще более явно и не нашел удовлетворительного разрешения до сих пор.

несовместимость принципов эволюционизма и детерминизма стала большой проблемой для философского мировоззрения в последующее время.

ослепляющее противоречие между эволюционизмом и детерминизмом стало, видимо, настоящим «мировоззренческим потрясением».

творческое начало рассматривается как антипод детерминированности.

Явно прослеживается мысль: эволюция происходит там, где в данный момент «отсутствует» детерминизм, и наоборот» [see].

«Второе начало термодинамики впервые заставило усомниться в правильности традиционной концепции природы, объяснявшей сложное путем сведения его к простоте некоего скрытого мира» [see].

современная наука вообще «не сводима ни к материализму, ни к детерминизму» [see].

Эти и похожие в своих различных вариациях доводы, якобы опровергающие концепцию абсолютного детерминизма, чрезвычайно широко распространены и многие известны уже давно (смотри, например, цитированную ранее фразу диалектического материалиста Ф.Энгельса о числе горошин в данном стручке или длине хвоста данной собаки). Да, нельзя «считать, что причины всех явлений предопределены ещё Большим взрывом» [see], однако вовсе не потому, что концепция абсолютного детерминизма неверна. Просто КАД этого никогда не утверждала и ни о какой тотальной детерминации речи не вела. На мой взгляд, все эти и им подобные аргументы свидетельствуют о чрезвычайно низком уровне понимания концепции абсолютного детерминизма авторами подобных высказываний. В самом деле, чеканная формула Лапласа: «Настоящее состояние вселенной есть следствие ее предыдущего состояния и причина последующего», – говорит нам только о единственности последующего состояния вселенной в каждый момент времени. А между возможностью предсказать последующее состояние вселенной и возможностью предсказать какое-то конкретное явление, которое возникнет в ней через десятки миллиардов лет, лежит чудовищно огромная пропасть.

Эмпирические материалисты пытались преодолеть это противоречие, например, так. Эпикур «придумал, как избежать [сквозной] необходимости» [see]. Он выдумал «clinamen – микроскопические спонтанные отклонения [движений] частиц от прямолинейных траекторий» [see]. «Он говорит, что только при допущении отклонения атомов можно спасти свободу воли» [see]. Эпикур и Лукреций считали, что человек «свободен и способен на самостоятельные поступки, будучи подобен в этом отношении атомам с их самопроизвольностью» [see]. «Свободные поступки людей подобны свободному отклонению атомов» [see]. «Наша свобода не из ничего, она обусловлена особым видом движения первоначал» [see]. «Эпикур в самой природе нашел основание для свободы человека, его мышления и поведения. К.Маркс высоко оценивал учение Эпикура об отклонении [движения] атома от прямой линии. Современная физика с ее принципом неопределённости в микромире подтверждает, что в учении Эпикура о самопроизвольном отклонении атомов в неопределённом месте и в неопределённое время был заложен интуитивный рациональный смысл» [see]. Лукреций также «непосредственно связывает свободу в поведении человека, свободу воли с самопроизвольным отклонением атомов. Отклонение основных тел разрывает роковую цепь причин и следствий, разрушает законы рока, не будь его – люди не могли бы действовать по своему желанию, они были бы только марионетками» [see].

«Лукреций Кар умозаключает не только от физики к этике, но и от этики к физике: раз у нас есть свобода, а это факт, то надо в самом фундаменте природы признать самопроизвольное отклонение основных тел» [see]. Ну да! А если у нас есть разум, а это факт, то надо признать, что разум есть в самом фундаменте природы. А если у меня есть цель и намерение, а это факт, то надо признать, что цель и намерение есть в самом фундаменте природы. А если у меня есть козявка в носу и она мне мешает, а это факт, то – чего уж там – надо признать, что козявка в носу может быть и в самом фундаменте природы. Перед нами во всей красе цветёт антропоморфизм с его пресловутыми тезисами: «всё в природе подобно», «подобное познаётся подобным» и «высшее есть ключ к пониманию низшего». Эта сократовская зараза, которую многие склонны квалифицировать чуть ли не как главное достижение человеческого духа, постоянно находит свои жертвы среди интеллигентствующих дилетантов. Так, по мнению прекрасного историка философии А.Н.Чанышева, цицероново утверждение: ««то, что лишено души и разума, не может породить из себя нечто одушевлённое и владеющее разумом», заслуживает внимания» [see]. Вот так! А то, что лишено цвета и запаха, не может породить из себя нечто цветное и пахучее. А то, что лишено свободы воли не может породить из себя нечто обладающее свободой воли: «Свобода воли является имманентным, т.е. внутренне присущим свойством всего мира» [see]. И потому, следуя этой логике, элементарные частички, из которых состоит человек, также должны обладать свободой воли, которой человек, несомненно, обладает. Кроме того, возвращаясь к концепции абсолютного детерминизма, надо хорошо понимать, что Лаплас имел в виду вовсе не вселенную-явление, не множество качественно различных наблюдаемых вещей, но унифицированную, состоящую из предельно простых и одинаковых элементов вселенную-сущность. Да, не спорю, во времена Лапласа под ней подразумевалась механическая вселенная. Теперь же, для неоматериалиста, становится всё более очевидным, что в такой лапласовской вселенной абсолютный детерминизм не выполняется и что взамен настоятельно необходимо найти какой-то иной объект его реализации.

Таким образом, концепция абсолютного детерминизма вовсе не отрицает объективность случайного и, вопреки мнению Энгельса, не обещает найти причинные связи между различными явлениями, например, числом горошин в данном стручке и длиной хвоста этой собаки или связать эти их особенности с некоторым давним состоянием всей солнечной системы. Абсолютный детерминизм реализуется не в множестве качественно различных объектов вторичного эмпирического уровня реальности, – недостаточных, неспособных к самостоятельному существованию, – но только в истинной внеэмпирической реальности, в множестве первичных элементов единой и простой природы. Предполагалось, что такими элементами являются перемещающиеся в пустоте атомы, и поэтому чаще всего отрицание детерминизма Лапласа обосновывалось недостаточностью механической картины мира. Однако, концепция абсолютного детерминизма отнюдь не связана неразрывно с механицизмом, который был лишь исторически преходящей попыткой ее воплощения. Отказ от механицизма не предполагает отказа от детерминизма и означает лишь смену объекта его реализации. В неоматериализме таким объектом становится ограниченный и замкнутый в себе Космический Эон, состоящий из конечного числа одинаковых, равномерно заполняющих всё его пространство без промежутков неперемещающихся и ненаблюдаемых амеров, в множестве которых идет абсолютно детерминированный дискретный процесс.

Теперь неоматериалисту, стороннику абсолютного детерминизма становится ясно, что случайность не есть категория, отображающая лишь наше неведение; она соответствует не просто недостаточности нашего знания о мире, но и недостаточности любого вторичного, не существующего самостоятельно среза Бытия Парменида. Случайное объективно на уровне любого фрагмента этой изначальной реальности, пространственного или эволюционного. В частности, случайное объективно на эмпирическом уровне вторичных, качественно различных вещей и явлений. Да, в мире доступных нам наблюдаемых вещей нет фатальной неизбежности, здесь-то впервые и появляются случай, неоднозначная причинность, точки бифуркации, возможность выбора и основанная на ней свобода воли человека. В истинной же, недоступной нашему восприятию реальности, в Космическом Эоне, т.е. в ограниченном множестве амеров, равномерно заполняющих всё его пространство без промежутков, царит абсолютный детерминизм. Там лишь необходимое объективно, случайное – нет.

Концепция абсолютного детерминизма применима только к истинно сущему, т.е. к внеэмпирической материальной Сущности, первичной и самодостаточной. Поскольку множество наблюдаемых объектов есть всего лишь частично отображающий ее эмпирический срез – вторичный, самостоятельно не существующий уровень реальности, то однозначный детерминизм там, естественно, не выполняется. Формула Лапласа: «Настоящее состояние Вселенной есть следствие ее предыдущего состояния и причина последующего», – оказалась применима только к универсуму-сущности, но не к универсуму-явлению. Универсум-явление, т.е. всё множество качественно различных наблюдаемых вещей не является самодостаточным и, значит, самодетерминированным и представляет собой всего лишь вторичный эмпирический срез подлинного внеэмпирического Бытия.

Нельзя полностью определить одно явление другим явлением или даже всей их совокупностью. Никакой тотальной, «сквозной» необходимости в мире явлений не существует. Конечной причиной возникновения, существования и изменения наблюдаемых вещей является протоматерия, первичный уровень реальности, множество равномерно заполняющих всё пространство без промежутков ненаблюдаемых и неперемещающихся амеров. Именно там и царит однозначная причинность. Возникновение на этом внеэмпирическом Фундаменте класса наблюдаемых и перемещающихся объектов и связанных с ним взаимодействий не дополняет это истинное Бытие новыми отношениями, которые требуют корректировки старых отношений и, в частности, корректировки концепции абсолютного детерминизма. Это также означает, что однозначная причинность первичного внеэмпирического уровня реальности и возникшая на этой основе неоднозначная причинность ее вторичного эмпирического среза отнюдь не предполагает неограниченной практической предвидимости в мире явлений. Не существует никакого Бога (Создателя или Управителя) или таинственного внешнего Наблюдателя (демона Лапласа), который взялся бы делать точные предсказания относительно эмпирической вселенной. Иными словами, концепция абсолютного детерминизма не тождественна ни абсолютно точной предвидимости мира явлений, ни якобы царящему там фатализму, в котором человек будто бы полностью бессилен перед своей судьбой и никакими средствами не сможет изменить ее. Ну что тут скажешь? – мне кажется, прежде чем браться менять свою судьбу, надо хотя бы знать ее. А вы ее знаете?

 Вместо заключения

«Цель оправдывает средства», – утверждали средневековые иезуиты. А великая цель оправдывает любые средства. И вот уже ныне американский прагматизм вещает нам: «истинно то, что полезно», – а США, следуя этой «великой истине», активно используют ее, чтобы оправдать откровенную ложь, клевету и намеренные инсинуации в своей грязной внешней политике. Прискорбно, но американский прагматизм играет всё большую роль и в научно-философской полемике, которая напоминает теперь политико-идеологические баталии, или информационные войны. Попробуйте взглянуть на вышеприведённые доводы против детерминизма и увидеть в них часть информационной войны против материализма – и всё сразу встает на свои места. А тогда неизбежно возникают вопросы: кто основной заказчик этой тотальной атаки на материализм и кто ее участники, опровергатели материализма?

Трактовка истории, ее интерпретация и оценки (в том числе истории философии) неизбежно зависят от существующих в настоящее время взглядов. И потому каждое новое поколение взирает на прошлое со своей колокольни. ««История науки и философии присваивает себе право, в котором люди отказывают богам, – справедливо отмечает Б.Г.Кузнецов, – она меняет прошлое»» [see]. И чем дальше мы заглядываем в прошлое, тем значительнее могут быть расхождения в оценках древних учений, тем большую роль играют наши собственные домыслы. Ведь каждый хочет иметь союзниками великих античных мыслителей. Продемонстрирую это на одном собственном примере.

Бертран Рассел, с подачи Симплиция, пишет: «Уместно вспомнить, что говорил Анаксимандр: «А из чего возникают все вещи, в то же самое они и разрешаются согласно необходимости. Ибо они за свою нечестивость несут наказание и получают возмездие друг от друга в установленное время»» [see]. Утверждая, что все вещи виновны и каждая в свое время понесёт за это соответствующее наказание, Анаксимандр, видимо, рассматривал уже само рождение обособленных друг от друга вещей из единого апейрона как нарушение вселенской гармонии и справедливости.

Так в чём же может быть виновна каждая вещь? – Возможно в том, что она выделилаcь из первоначального Единства, возомнила себя суверенной, захотела возвыситься над другими подобными себе вещами, забыла о своем общем с ними происхождении, или, наоборот, вступила с ними во взаимодействие (или, если хотите, в сговор). Одна из возможных реконструкций этой предполагаемой позиции Анаксимандра, на мой взгляд, может выглядеть так:

  • Строгий Космический Закон (Необходимость), действующий в едином, вечно существующем апейроне, формирует мировой порядок и справедливость.
  • Стремясь выделиться из этого первоначального единства, обрести автономию и свободу, вещи нарушают этот мировой порядок.
  • Свобода – это возможность сделать выбор, нарушить Закон (взять на себя ответственность и понести за это наказание).
  • Свобода заключается в возможности преступить Закон.
  • Преступивший Закон совершил преступление.
  • Преступник тот, кто преступил Закон, кто сумел обособиться, выделиться, обрести самостоятельность и свободу.
  • Случай как раз и есть нарушитель космического порядка, гармонии и справедливости; случай – нарушитель Закона, т.е. преступник.
  • Став носителями случая, выделившиеся из апейрона вещи посягнули на мировой порядок (необходимость), совершили преступление, виновны и будут неизбежно наказаны гибелью.

В энциклопедии Кирилла и Мефодия читаем: «Дике – богиня справедливости, дочь Зевса и Фемиды… Одно из прозвищ Дике – Астрея (звездная, небесная), вероятно, связано с представлением о том, что истинная справедливость возможна лишь на небесах» [see]. На мой взгляд, эта истинная, абсолютная, или «небесная» справедливость, о которой говорил Анаксимандр, возможна только в его апейроне, едином, первичном и моновариантно детерминированном Фундаменте всего эмпирического бытия, где нет отделённых друг от друга вещей и происходящих с ними поливариантных событий, возможности их выбора и основанной на ней свободы воли человека. Впрочем, – надо понимать! – там нет и самого человека. Это – совершенно другой мир, первичный внеэмпирический Мир предельно простого и однозначно детерминированного материального Абсолюта. В окружающем нас вторичном эмпирическом мире можно говорить только об относительной истине, условной правде, ограниченной справедливости и видимой свободе, за которыми в первичном Мире внеэмпирической материальной Сущности стоит вечный Закон, безграничная слепая Необходимость. Но это не должно угнетать нас. Как писал Самуил Яковлевич Маршак:

Власть безграничная природы
Нам потому не тяжела,
Что чувство видимой свободы
Она живущему дала.


* * *

Александр Асвир


Работа «Тотальная атака на детерминизм»
размещена на данном сайте в марте 2010 года.
Последнее обновление страницы в августе 2013.
Самое последнее обновление страницы: апрель 2016 г.


Содержание сайта
Содержание страницы





СЛОВАРЬ
НЕОМАТЕРИАЛИСТА


Абсолют – единый внеэмпирический Фундамент (первоначало, первооснова, первопричина, перводвигатель) эмпирического мира, альфа и омега всего эмпирически сущего. Первичный и изначальный внеэмпирический Абсолют вечен, он существует вне вторичного эмпирического мира. Между ними нет взаимодействий, поскольку внеэмпирическое не может взаимодействовать с эмпирическим, иначе оно само стало бы доступным наблюдению. Абсолют первичен, самодостаточен и независим от чего-либо иного; всё остальное вторично по отношению к нему, определяется им и без него не существует. Абсолют неустраним, он есть везде и всегда, его не может быть больше или меньше. Всё необязательное, существующее кое-где и кое-когда, что может быть, а может не быть, чего может быть в данном месте больше или меньше, не является Абсолютом.

Идеалистический Абсолют это Бог, материалистический Абсолют это Протоматерия. Для идеалиста Абсолют есть бог, дух, космический разум, творец, личность, абсолют-субъект – высшее, таинственное, неизменное, недоступное нашему восприятию и нашему познанию, но доступное мольбе и молитве начало, которое постоянно или время от времени вмешивается в наши суетные дела. Для неоматериалиста же, наоборот, Абсолют есть низший и потому простейший уровень реальности – вездесущая, равномерно заполняющая всё пространство без промежутков дискретная, неустранимая, неперемещающаяся и принципиально ненаблюдаемая протоматерия, абсолют-объект, точнее абсолют-объектопроцесс, любые призывы и мольбы к которому совершенно бесполезны. У материалистического Абсолюта нет ни разума, ни памяти, ни воли, ни целей, ни намерений. Материалистический Абсолют есть Дао, которое всё определяет, но ничего не решает. Материалистический Абсолют находится «по ту сторону добра и зла», все его изменения безвариантны, у него нет возможности выбора. Это – совершенная, самодостаточная, замкнутая в себе, равнодушная к судьбам своих творений и, более того, даже не подозревающая об их существовании предельно простая и потому познаваемая «Вселенская Машина», перманентная работа которой детерминирована абсолютно (строго, однозначно, моновариантно). Устройство и особенности работы этой «Машины» как раз и являются предметами исследования неоматериализма, новой материалистической философии и метафизики. Этот выбор нового основания наших взглядов на мир ведёт к далеко идущим последствиям. Запомни: меняешь основание – меняешь мировоззрение!

Амер – элемент вездесущей внеэмпирической протоматерии. Плотность такой протоматерии (число, ее элементов, амеров в единице объема) одинакова и в пустоте, и в недрах сверхплотных звёзд. Амер не существует отдельно, вне смежных ему амеров, взаимодействует только с ними, не взаимодействует ни с какими эмпирическими объектами, не подвержен действию каких-либо сил, в том числе и гравитационных, не может ни перемещаться, ни деформировать, ни делиться (или объединяться). Он не обладает скоростью, массой, импульсом, момент импульса, спином, зарядом или какими-то другими физическими характеристиками. К множеству амеров неприменимы такие понятия, как плотность, давление, температура, энергия. Каждый амер всегда находится в одном из нескольких состояний (возможно, всего лишь в двух: черное и белое, инь и ян, А и Б, 0 и 1) и меняет эти состояния скачком через крайне малые промежутки времени при взаимодействии с конечным числом ближайших, смежных ему амеров. Вот несколько более подробное описание амеров:

  • Амер – принципиально ненаблюдаемый объект << 10–13 см.
  • Множество амеров равномерно заполняет всё пространство без наложений и промежутков (пустоты нет).
  • Число неперемещающихся амеров в единице объема везде и всегда одинаково.
  • Амер не изменяет свое местоположение, не возникает и не исчезает, но всегда находится в одном из нескольких возможных состояний.
  • Возможные состояния каждого амера одинаковы.
  • Каждый амер находится в любом своем состоянии единицу времени << 10–23 сек, после чего он либо скачком изменяет свое состояние, либо остается в том же состоянии следующую единицу времени.
  • Последующее состояние каждого амера однозначно определяется его настоящим состоянием и настоящими состояниями смежных ему амеров по некоему единому и неизменному правилу.
  • Смежные амеры меняют свои состояния одновременно.
  • Вне множества амеров ничто не существует.


Неперемещающийся амер не физический, а метафизический, т.е. принципиально ненаблюдаемый объект. В существовании такого материального объекта нет ничего мистического, ведь наблюдаемо только то, что воздействует на наши органы чувств или на их продолжение – наши приборы. Амер же взаимодействует лишь с ближайшими (смежными) ему амерами и не взаимодействует ни с какими другими объектами, в том числе и с любыми нашими приборами. Поэтому ненаблюдаемо состояние отдельного амера, ненаблюдаемо состояние каждого амера, ненаблюдаемо состояние всего множества амеров. Перед нами первичный внеэмпирический уровень реальности, множество недоступных наблюдению элементов вездесущей внеэмпирической протоматерии, которые образуют все вторичные наблюдаемые вещи, но тем не менее не взаимодействуют с ними.

Поскольку вне множества амеров ничто не существует, то и пустота, и все элементарные частицы представляют собой в действительности какие-то периодически повторяющие себя динамические структуры в множестве амеров, а все особенности элементарных частиц (их абсолютная скорость, период полураспада, масса, заряд, спин и т.д.) отображают особенности таких структур. Размеры этих структур и длительность происходящих в них периодических процессов строго привязаны к размерам амера и к минимальной длительности происходящего в множестве амеров дискретного немеханического процесса. Пространственно-временные масштабы амера, а также число его смежных, число его возможных состояний и локальный закон, определяющий его последующее состояние, пока неизвестны и требуют уточнения. Иными словами, америзм представляет собой сегодня пока еще недостаточно конкретизированную метафизическую гипотезу, предлагающую не конкретную модель, а всего лишь класс моделей вездесущей внеэмпирической протоматерии. Возможно, какая-то из этих моделей сумеет в дальнейшем удовлетворительно описать окружающую нас действительность. А возможно, и нет. Одной из конкретных двухмерных иллюстраций дискретного, немеханического, необратимого и абсолютно детерминированного процесса в трехмерном множестве амеров является хорошо известная игра Конуэя «Жизнь» [see]. Увидеть возникающее в этой игре огромное многообразие динамических структур можно, используя программу Golly. Скачать эту программу можно, например, по такой ссылке  Golly-2.1 .

Америзм – метафизика неоматериализма, учение об особенностях элементов вездесущей внеэмпирической протоматерии. Эта более общая и последовательная, чем атомизм, концепция глубинной структуры эмпирического мира в своем зачатке, вполне возможно, впервые появилась во взглядах Левкиппа–Демокрита. Если их атомизм утверждает, что весь мир состоит из перемещающихся атомов и пустоты, то америзм предполагает, что и перемещающиеся атомы, и сама пустота состоят из одинаковых, неустранимых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков принципиально ненаблюдаемых амеров, которые не перемещаются, но лишь скачком меняют свои внутренние состояния. Множество амеров (вездесущая протоматерия, дискретный, абсолютно твердый, немеханический эфир) служит последней причиной и основанием всего остального; вне множества амеров ничто не существует, в том числе и атомы, и пустота. В америзме перемещение является вторичной формой движения, а все элементарные частицы, которые раньше ошибочно мыслились как себетождественные перемещающиеся корпускулы, представляют собой на самом деле некие динамические, очень быстро повторяющие себя смещающиеся структуры в множестве неперемещающихся амеров. Все свойства элементарных частиц – их масса, заряд, спин, абсолютная скорость и т.д. – косвенно отображают особенности этой их внутренней динамической структуры. Например, массу частицы можно попытаться связать с временны́м периодом соответствующей ей динамической структуры. Другой пример: структура движущегося в эфире электрона отличается от структуры электрона покоящегося (точнее, сама структура частицы и задает ее абсолютную скорость), но эти различия лежат за пределами наблюдаемого, ибо все его наблюдаемые характеристики зависят уже только от относительной скорости. Компенсационные механизмы, превращающие эффекты, зависящие от абсолютной скорости, в эффекты, зависящие от относительных скоростей, частично описаны на странице «Слово в защиту эфира» данного сайта.

Астральные числа – в неоматериализме это понятие не имеет никакого отношения к каббале, эзотерике, оккультизму, магии, мистике, теософии. Астральные числа отличаются от натуральных чисел (подчиняются другим аксиомам) и, характеризуя лишь конечные (ограниченные) дискретные множества, не имеют своего непрерывного аналога в континууме. В неоматериализме астральное число соответствует состоянию конечного, замкнутого в себе множества амеров (Космического Эона), а последовательность астральных чисел характеризует происходящий там дискретный, подчиняющийся какому-то локальному закону абсолютно детерминированный необратимый процесс. Система счисления астрального числа равна количеству возможных состояний отдельного амера, а количество знаков астрального числа равно количеству амеров в Космическом Эоне. У каждого астрального числа имеется одно-единственное последующее число (в частности, оно может совпадать с ним самим), но оно может иметь более одного предыдущего или вообще не иметь его. Напоминаю, что все натуральные числа (кроме единицы) имеют одно последующее и одно предыдущее и отображают количественные аспекты реальности: число монеток в вашем кошельке, скорость тела, величину скалярного потенциала точки непрерывного поля и т.п. Астральные же числа и их последовательности не имеют отношения к количественному аспекту реальности, но утратив эту функцию, они отображают теперь различные состояния всего конечного и замкнутого в себе множества амеров, т.е. состояния Космического Эона и происходящий в нем дискретный, немеханический, абсолютно детерминированный процесс. Отсюда для математика, лингвиста и философа следуют по меньшей мере три положения:

  • Поскольку внешний вид записанного в строку астрального числа не отличается от натурального, то каждой последовательности астральных чисел соответствует какой-то странный, неизвестный ранее тип «скачущей» последовательности псевдослучайных натуральных чисел, у которой нет порождающей ее математической функции, но которая тем не менее задана однозначно. В частности, все такие последовательности заданы однозначно только в одном направлении.
  • Поскольку возможные состояния амера допустимо рассматривать как некий очень простой и универсальный «алфавит», состояние всего замкнутого множества амеров (состояние Космического Эона) превращается в очень длинное «слово», а последовательность его состояний (последовательность слов) – в «текст». Причем каждое слово порождает свой строго определенный текст. Это позволяет по-новому истолковать не только знаменитое библейское утверждение: «В начале было Слово» (какое?), а также известную фразу поэта: «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется», но и обнаружить долю истины в современном провокационном тезисе постмодернизма: «Мир есть текст».
  • Последовательности астральных чисел и соответствующие им последовательности натуральных чисел образуют «текст». Хорошо известно, что любой текст может быть использован для кодирования информации. Заветная мечта любого криптографа – получить известную только ему достаточно простую последовательность псевдослучайных чисел и с ее помощью скрыть содержание передаваемой информации. Дискретные, строго детерминированные процессы в конечном, замкнутом в себе множестве амеров (в Космическом Эоне) и соответствующие им последовательности астральных чисел в какой-то мере реализуют эту мечту.


Бытие – то же самое, что и существование. В неоматериализме всё сущее, в том числе и внеэмпирическое Бытие Парменида, следует рассматривать как бытие-процесс. Неоматериалист может выделить три различных уровня бытия:
1) первичное внеэмпирическое Бытие материального Абсолюта, единого Фундамента всего эмпирически сущего, вездесущей неперемещающейся протоматерии;
2) вторичное бытие кое-где встречающихся эмпирически доступных перемещающихся вещей;
3) – третичное бытие человека, его экзистенция, душа, сознание, эго, я-бытие.
Для меня, неоматериалиста, бытие моего «я» возникло из эмпирического бытия, а это последнее, в свою очередь, – из Бытия внеэмпирического Абсолюта. Мое небытие не предполагает исчезновение всего эмпирического бытия, а небытие эмпирического мира – такое возможно! – не предполагает исчезновение его единого Фундамента, внеэмпирического материального Абсолюта. Третичный и вторичный уровни реальности при определенных условиях могут быть или не быть, они изменяются и развиваются. Первичный уровень реальности существует как их стабильное основание везде и всегда, вне всяких условий; он самодостаточен, независим от всего остального, изменяется, но не развивается. В доступной наблюдениям эволюционирующей вселенной есть и бытие, и небытие, там возникают и погибают огромные миры. В их внеэмпирическом фундаменте, на уровне амеров, элементов вездесущей протоматерии ничего нового не возникает – те же самые амеры всегда находятся в тех же самых состояниях, дискретные изменения в которых происходят по тем же самым вечнонеизменным законам. У внеэмпирического материального Абсолюта, как и у Бытия Парменида, есть лишь Бытие, Небытия нет. В неоматериализме вторичный наблюдаемый мир представляет собой всего лишь эмпирический срез этой первичной внеэмпирической реальности и, как и всякий срез, самостоятельно существовать не может. Для неоматериалиста первичное, недоступное наблюдениям Бытие материального Абсолюта есть единый внеэмпирический Фундамент всего эмпирически сущего, который служит единственным предметом исследования его философии и метафизики. Весь доступный наблюдениям вторичный мир принадлежит науке.

Детерминизм, или абсолютный (строгий, однозначный, моновариантный) детерминизм утверждает: каждое состояние замкнутой системы имеет одно-единственное последующее состояние (в формулировке Лапласа: «Настоящее состояние Вселенной есть следствие ее предыдущего состояния и причина последующего»). Ценность концепции абсолютного детерминизма (КАД) заключается именно в ее однозначности, строгости и простоте: строго (точно, однозначно) заданы и состояния Вселенной, и их изменения; состояния меняются, законы, по которым они изменяются, – нет. Любые попытки заменить однозначный лапласовский детерминизм его неоднозначными, вероятностными вариантами представляют собой отказ от самой сути детерминизма, его моновариантности. Концепция абсолютного детерминизма (каждое состояние автономной системы имеет только одно последующее состояние) – несомненный атрибут материализма; она не знает никаких исключений: эпикуровских clinamen, непредсказуемых диалектических скачков или пригожинских бифуркаций. Поэтому, расставляя точки над i, надо признать: все противники абсолютного детерминизма так или иначе являются также и противниками материализма. Да, сегодня абсолютный детерминизм находится в глубоком кризисе, поскольку явно не выполняется в наблюдаемом мире и, как выясняется, оказался несовместим с эмпирическим материализмом, механической картиной мира и концепцией непрерывности. Это однако не означает, что мы должны отказаться от детерминизма, но означает, что мы должны отказаться от старого эмпирического и континуального материализма в пользу неоматериализма, т.е. материализма внеэмпирического, немеханического и дискретного. Основная идея в данном случае такова: не выхолащивать концепцию абсолютного детерминизма, не подгонять ее под существующую ныне картину Мира, а наоборот, уверовать в абсолютный детерминизм и на его основе изменить эту картину. Для неоматериалиста вопрос стоит так: каким должен быть Мир, в котором концепция абсолютного детерминизма выполняется? Иными словами, ему нужен объект реализации КАД.

В неоматериализме широко разрекламированное противоречие между абсолютным детерминизмом и свободой воли человека отсутствует, поскольку эти понятия объективны в разных мирах, имеют разные объекты своей реализации. Объект реализации концепции абсолютного детерминизма (КАД) – первичный внеэмпирический Фундамент, Мир единой материальной Сущности всего вторичного эмпирического мира. Объект реализации свободы воли – человек, принадлежащий вторичному эмпирическому миру и порожденный его эволюцией. Поскольку в неоматериализме речь идет о внеэмпирической реальности, в нем реализуется не физическая, а философско-метафизическая концепция абсолютного детерминизма. Абсолютно, или моновариантно детерминирован лишь глубинный ненаблюдаемый Фундамент нашего мира, единая для всего эмпирически сущего внеэмпирическая материальная Сущность – вездесущая, неустранимая, предельно простая и однообразная Протоматерия. Производный от такой первичной материальной Сущности вторичный эмпирический мир является всего лишь ее эмпирическим срезом, ее неполным, опосредованным отображением, который как раз поэтому детерминирован частично, ограничено. Именно здесь впервые появляется случай, поливариантность, возможность выбора и основанная на ней свобода воли человека.

Первичный внеэмпирический Мир предельно простой и унифицированной материальной Сущности в корне отличается от вторичного эмпирического мира разнообразных явлений. Например, в первичной материальной Сущности (в протоматерии) есть абсолютно детерминированные дискретные изменения, но нет развития, тогда как во вторичном эмпирическом мире мы обнаруживаем и изменения, и развитие. В неоматериализме эта единая материальная Сущность всего эмпирического мира (Космический Эон) представляет собой конечное множество одинаковых амеров и на уровне этих своих элементов изменяется, но не развивается. Все амеры в любой части Космического Эона сейчас и миллиарды лет до нас ничем не отличаются: те же самые амеры, которые находятся в тех же самых состояниях, абсолютно детерминированные дискретные изменения в которых подчиняются тому же самому локальному закону. Развивается только мир явлений, там возникают и погибают целые миры, там при благоприятных условиях появляются новые, всё более и более высокоорганизованные формы. Там-то и возникает новое. Из-за отсутствия взаимодействия с наблюдаемыми вещами, в принципиально ненаблюдаемом множестве амеров всё остается по-старому: никаких новых форм, новых условий, новых взаимодействий и новых законов там не возникает. Какие бы «революции» не происходили во вторичном наблюдаемом уровне реальности, какие бы новые формы, отношения, взаимодействия и сопутствующие им законы там не появлялись, лежащие в их основании амеры существуют вне развития, остаются теми же самыми амерами, которые находятся в тех же самых состояниях и скачком изменяют их по своим вечным и неизменным законам. Развивается лишь вторичный мир явлений; первичный внеэмпирический Мир их материальной Сущности, вследствие своей предельной простоты, на уровне своих элементов изменяется, но не развивается.

Таким образом, для неоматериалиста то, как мир является нам, и то, что он есть на самом деле, – вовсе не одно и то же. Человек, чей кругозор ограничен миром явлений, миром человеческих отношений и бытом с его повседневной суетой, никогда не станет подлинным философом. Ведь недаром говорится: «где будут помыслы ваши, там будет и душа ваша». Непонимание этих простых истин, выстраданных в свое время классической философией, мстит за себя, принижает великую роль подлинного философа как конструктора внеэмпирического Абсолюта до убогой роли толмача последних результатов фундаментальных наук. Нынешние попытки отрицать различия между явлениями и их единой Сущностью, ограничить Бытие эмпирическим бытием есть позорное пятно всей современной эмпирической псевдофилософии. Свидетельством упадка такой псевдофилософии служит отсутствие у нее чутья, вкуса, истины, эвристичности. Вот всего лишь один пример поразительной слепоты ее адептов, в упор не заметивших неразрывную связь непрерывности процессов с их обратимостью. Действительно, сколько благоглупостей [see] было высказано ими по поводу обескураживающей обратимости физических процессов. Даже сам великий Лаплас был убежден, что концепция детерминизма позволяет предсказывать как будущее, так и прошлое. А ведь достаточно было всего лишь чуть-чуть расширить зону поиска, чтобы заметить существование класса дискретных, абсолютно детерминированных необратимых процессов. Но, увы, все псевдофилософы-эмпирики могут мыслить лишь в границах наблюдаемого мира и не способны заглянуть в его материальный Фундамент, единую внеэмпирическую Сущность, или Протоматерию, состоящую из одинаковых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся амеров, дискретные изменения состояний которых абсолютно детерминированы.

Доктрина Вечного Возвращения (ДВВ) – принадлежащая неоматериализму система философско-метафизических взглядов, позволяющая обосновать известную уже античности и возрожденную Ницше в наше время идею о точных повторениях всего эмпирически сущего, в том числе и каждого из нас, через огромные промежутки времени (Космический Год). Здесь вечное бытие каждого человека возможно не в виде каких-то таинственных форм загробного существования его нетленной души или его мистических реинкарнаций, а в виде вечного повторения от рождения до смерти той же самой жизни, которой он живет сейчас. ДВВ гласит: никакой иной жизни и судьбы, кроме той, что каждый проживает ныне, ни у кого из нас никогда не будет; человек рождается, чтобы умереть, и умирает, чтобы родиться вновь для той же самой жизни, что у него была.

Фридрих Ницше – блестящий филолог, но откровенно слабый философ, – уже в наше время возродил идею Вечного Возвращения, однако не привел каких-то ее надежных онтологических обоснований. Более того, на мой взгляд, не только он, но и любой другой псевдофилософ, ограничивающий Бытие эмпирическим миром, никогда не сможет рационально обосновать эту таинственную идею, поскольку одно из ее необходимых условий – концепция абсолютного детерминизма явно невыполнима во вторичном доступном наблюдениям мире. Только неоматериалист (внеэмпирический материалист) не ограничивает Бытие наблюдаемым миром и предполагает, что абсолютно детерминированный процесс возможен лишь в его предельно простом и замкнутом в себе внеэмпирическом материальном Фундаменте. Это позволяет неоматериалисту высказывать спекулятивные гипотезы об особенностях этого материального Фундамента, строить его метафизические модели, а также делать какие-то осмысленные предположения о его соотношениях с окружающим нас эмпирическим миром.

Чем принадлежащая неоматериализму доктрина Вечного Возвращения (ДВВ) отличается от учения Ф.Ницше о Вечном Возвращении? Ответ очевиден: Ницше ограничивал действительность наблюдаемыми вещами и отрицал наличие их единой внеэмпирической Сущности. Неоматериалист, наоборот, предполагает существование такого единого глубинного внеэмпирического Фундамента всего эмпирически сущего. Только неоматериализм позволяет обосновать ницшевскую идею Вечного Возвращения, превратить ее в доктрину. Более того, доктрина Вечного Возвращения и сама выдвигает определённые онтологические требования к этому единому внеэмпическому Фундаменту. Например, принцип его предельной простоты (ППП), частным случаем которого является концепция абсолютного детерминизма (КАД). Неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения помогают моделировать этот материальный Абсолют, отвечать на вопрос: каким он должен быть, чтобы в нем стало возможно Вечное Возвращение? Ответ: доктрина Вечного Возвращения может быть реализована лишь в первичном абсолютно детерминированном внеэмпирическом Фундаменте эмпирического мира. Сам вторичный эмпирический мир, где существует случай и свобода воли человека, объектом реализации концепции абсолютного детерминизма служить никак не может. КАД это один из атрибутов ДВВ. А внутренняя логика ДВВ такова: вечная жизнь каждого человека возможна лишь в форме бесконечного повторения его нынешней жизни, что в свою очередь является прямым следствием бесконечного повторения всего окружающего нас эмпирического мира, т.е. его цикличности. Что означает фраза «мир повторяется»? Это значит, что через огромные промежутки времени (Космический Год) повторяется весь мир, каждый его миг и в нем каждая его малая былинка. В надлежащее время вернётся всё и, следовательно, вернутся все: я, ты, он, она – никто не будет забыт, никто не исчезнет навсегда, все возвратятся. Из этой вечно возвращающейся жизни, где любое ваше деяние неизбежно повторяется, невозможно исчезнуть, вырваться, сбежать. Сбежать из неё (например, совершить самоубийство) вам попросту некуда. Всё, чего вы добьётесь в этом случае, – ваша вечно повторяющаяся жизнь будет всегда оканчиваться именно так. Необходимым условием всей этой благодати и является концепция абсолютного детерминизма, явно невыполнимая в мире явлений, послушно следующем за Миром их единой абсолютно детерминированной материальной Сущности. Ограничивая Бытие вторичным наблюдаемым миром, Ф.Ницше для обоснования идеи Вечного Возвращения попытался предложить взамен свою пресловутую «волю к власти», но потерпел неудачу.

Вместе с тем Ницше прекрасно понимал: неизбежность смерти и ее безысходность превращают в тлен все наши земные усилия, порождают религиозные мифы-утешения и мистические байки про какую-то иную загробную жизнь. Липкий страх навечного исчезновения, калеча и сковывая душу человека, плодит бессмысленные религиозные фантомы, пустые мечтания о неземной вечной жизни. Идея Вечного Возвращения Ницше предлагала радикально иное решение: та же самая жизнь вечно повторяется у каждого из нас – и тогда никакие религиозно-мистические иллюзии нам не нужны. Вот вам, – говорил он, – получите бесплатно! Неоматериализм и принадлежащая ему ДВВ пытаются онтологически обосновать эту его идею: в самой сути окружающего нас вторичного эмпирического мира лежит причина его циклических повторений, воспроизводящих всё уже бывшее прежде, в том числе и каждого из нас вместе с его судьбой, усилиями, надеждами. Доктрина Вечного Возвращения (ДВВ) порождает бесконечную цепь повторений огромной циклически возвращающейся Судьбы эмпирического мира, неотъемлемой частью которой как раз и является персональная судьба каждого из нас. Таким образом, незримая цепь Вечного Возвращения сковывает всех нас и, при ближайшем рассмотрении, мы оказываемся неотделимы друг от друга, обречены неизбежно повторяться все вместе. Такое возможно, если материальный Абсолют предельно прост и потому абсолютно детерминирован. Напротив, альтернативная ей религиозная онтология гласит: идеальный Абсолют – невообразимо сложный, непредсказуемый всемогущий Бог ничем не скован, одной лишь силой своего Разума (мысли, воли намерения) творит всё эмпирически сущее и в каждое мгновение поддерживает его существование. Выбирайте!

Философско-метафизическим основанием ДВВ служит неоматериализм – учение о материальном Абсолюте, едином внеэмпирическом Фундаменте всего эмпирического мира. Именно там и реализуется концепция абсолютного детерминизма, вне которой ДВВ невозможна. Первичный внеэмпирический Фундамент и его вторичный, не способный существовать самостоятельно эмпирический срез, где КАД заведомо невыполнима, – это совершенно разные миры. Доктрина Вечного Возвращения насквозь материалистична и несовместима с наличием какого-либо бога, который по своему произволу способен вмешиваться в наши судьбы. ДВВ противостоит также любой вере в самостоятельное существование бессмертных человеческих душ. Душа человека (его сознание, эго, его «я») вне всякого сомнения погибает вместе с его телом. А что дальше? Для прежнего эмпирического материалиста дальше нет ничего, – лишь вечное небытие, где никакого личного будущего у него нет. А у кого нет будущего, тому безразлично и его прошлое, которое всё равно уже никогда не вернётся, и потому ему не на что опереться в выборе своих поступков. Для неоматериалиста же неизбежность его смерти не порождает безнадежность: для него впереди не вечная Смерть, а вечная Жизнь в форме бесконечного повторения его нынешней жизни, где его будущее, которое он, по крайней мере отчасти, каждый день творил и продолжает творить сам, не теряется бесследно во тьме времён, но непременно возвращается вновь и вновь. Именно поэтому, вглядываясь в свое прошлое, неоматериалист и адепт Вечного Возвращения видит там одновременно и свое будущее, которое теперь для него очень важно, поскольку оно неизбежно вернётся вновь. В циклическом мире наше прошлое не исчезает навсегда, оно периодически повторяется.

Вера в свои собственные возвращения как необходимую часть Вечного Возвращения окружающего нас Мира учит материалиста не бояться смерти, смотреть на нее как на временное явление и представляет собой – ни больше ни меньше! – материалистическую версию утешительной веры в нашу вечную жизнь. Да, все мы смертны, но умираем не навсегда, наша жизнь дается нам вновь и вновь в том же самом виде, вне всяких условий. Не ищите в ней никакого Космического Смысла. Вечное возвращение каждого из нас напрочь лишено религиозной идеи греха и возмездия. В нем нет даже намека на какую-то Космическую Справедливость, там каждый – и грешник и праведник – одинаково необходим и потому неизбежно вернётся вновь и совершит те же самые поступки. Мысль о возвращении только избранных, достойных, праведных есть профанация самой сути доктрины Вечного Возвращения. Материалистический Абсолют вне морали, он не судья своим творениям и не видит различия между великим и ничтожным, нравственным и безнравственным. Но это конечно же не предполагает, что сам материалист находится вне морали, нравственности, духовности и потому может шагать по головам ближних, или прожигать свою жизнь, предаваясь низменным, плотским утехам. Наоборот, материалистическая по своей сути вера в свое вечное возвращение накладывает на нас тяжелый груз особой ответственности в выборе каждого шага. Ведь этот выбор делается навсегда: все ошибки, которые мы совершаем в этой жизни, лежат в Вечности и уже не подлежат исправлению. А это означает, что доктрина Вечного Возвращения в какой-то мере служит онтологическим фундаментом, на котором может формироваться наша мораль и нравственность.

Я, неоматериалист и адепт доктрины Вечного Возвращения, – убеждённый атеист: не верю ни бога, ни в чёрта, ни в свою бессмертную существующую где-то вне моего смертного тела душу. Я уверен: над нами нет никакого таинственного, бесконечно сложного Начала, идеального Абсолюта – мудрого, всемогущего Бога-Творца, Бога-Управителя, Бога-Владыки всего сущего. Но я верю, что под нами есть материальный Абсолют – единый, предельно простой и унифицированный внеэмпирический Фундамент эмпирического мира. В этом циклическом вечно повторяющемся мире периодическое рождение и смерть каждого человека являются атрибутами его той же самой вечно повторяющейся жизни. Не ждите вне нашей единственной, но вечно повторяющейся жизни ни наград, ни наказаний – наше награда и наказание в ней самой. Я уверен: за гробом для нас нет ни Рая, ни Ада, ни Суда, ни Справедливости, ни Спасения – для нас там вообще ничего нет, в том числе нет и нас самих; там наше небытие, в котором нам не на что опереться, не на кого надеяться, не к кому обратиться с мольбой и молитвой. Согласно ДВВ у человека никогда не будет какой-то другой жизни, где он сможет исправить грехи нынешней, стать праведным и получить там награду или наказание. Каждый из нас неизбежно совершит в следующей жизни всё то же самое, что совершил в этой. У каждого будет лишь та жизнь, которой он живет сейчас, поэтому ему надо быть добропорядочным, доброжелательным, добросердечным именно в ней. А оставаться таковым порой очень трудно. Различные религиозно-мистические байки зачастую подталкивают нас к необдуманным, скоропалительным решениям, в том числе и различным формам суицида с целью оказать определённое давление на власть или общество. Здесь можно отдельно упомянуть примитивную мифологию радикального ислама, где каждому его стороннику призывно машут двенадцать гурий из райского сада, которого на самом деле никогда не было и нет. Конечно, обидно, когда дюжина девок, обещанных ему в награду за убийство неверных, тотчас после финального взрыва бесследно исчезает вместе с ним самим. Еще обиднее, когда всё это грандиозное надувательство, в которое поборник радикального ислама так неосторожно уверовал, теперь будет неизбежно повторяться в каждой его следующей жизни. Фактически радикальный ислам предлагает своим приверженцам соблазнительную сделку: если ты уничтожишь дюжину неверных в этой жизни, то в следующей получишь гарем из дюжины прекрасных женщин. На мой взгляд, это – не что иное, как самое обычное шарлатанство. Однако, надо понимать, что подобный намеренный обман в привлекательной упаковке лежит в основе не только радикального ислама, но и любой религиозно-мистической доктрины, использующей своих адептов в корыстных целях.

Бескорыстна только доктрина Вечного Возвращения, поскольку она предлагает каждому лишь ту же самую жизнь, – ей нечего продать; она не дает пустых обещаний подарить нам в следующий раз счастливую жизнь; она не сулит своим адептам никакой другой жизни, кроме той, что они живут ныне. Принципиальное отличие ДВВ от любой религиозно-мистической доктрины – отсутствие возможности выбора; она не предполагает какой-то иной следующей жизни, но предлагает всем нам лишь вечное повторение нашей нынешней жизни и утверждает: не надо суетиться, искать какие-то лазейки в бессмертие, заботиться о собственной вечной жизни; мы и так обладаем всем этим задаром, без всяких усилий с нашей стороны. Если верна доктрина Вечного Возвращения, то каждый из нас уже живет вечно, ведь его смерть как окончательное исчезновение совершенно невозможна. Действительно, если мир повторяется, то непременно повторяется и каждая его часть, в том числе и каждый человек, его жизнь, его судьба, а также все его деяния, усилия, помыслы. Неоматериализм и принадлежащая ему ДВВ говорят: Смерть как безнадежность окончательного уничтожения вообще не существует. В циклическом, вечно повторяющемся мире смерть любого из нас – временное явление, всего лишь эпизод его той же самой вечно повторяющейся жизни. И в этом смысле все мы живем вечно. Поэтому нам не стоит излишне скорбеть по поводу неотвратимости своей будущей смерти или смерти своих родных, близких, друзей, любимых. Они живут вечно точно так же, как и вы, они ушли не навсегда, и вы непременно встретите их вновь в вашей следующей жизни. Эта глубокая демократичность ДВВ позволяет каждому человеку, в том числе и атеисту, надеяться на свою вечно повторяющуюся жизнь вне всяких условий. В ДВВ персональная судьба каждого человека есть неотъемлемая часть вечно повторяющейся Судьбы окружающего его Мира; повторяется Мир – повторяется и каждый из нас.

Неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения отрицают любое самостоятельное бытие наших бессмертных душ. «Души так же смертны, как и тела» (Ф.Ницше). Душа не существует вне человека. Душа человека это его «я», эго, сознание, память, мышление, разум, обучение, опыт, которые появляются в процессе жизни человека в обществе. Душа человека это его восприятия, эмоции, психика, а также его мечты, надежды, помыслы и усилия по их осуществлению. Говорят же: «где будут помыслы ваши, там будет и душа ваша». А наши помыслы в течение жизни меняются постоянно. Следовательно, душа человека не есть нечто вечное и неизменное, раз и навсегда данное ему застывшее начало. Для адепта Вечного Возвращения душа человека это всегда один и тот же вечно повторяющий себя циклический процесс ее рождения, становления, эволюции и гибели; процесс, неразрывно связанный с вечным возвращением той же самой жизни и смерти каждого человека. Для неоматериалиста существует лишь его сегодняшняя вечно повторяющаяся жизнь. Для него тщетны любые надежды на какую-то другую жизнь, в ином обличье, в иное время или в другом месте, где нас ожидает награда или наказание за нынешнюю жизнь. Ты, человек, будешь вечно совершать один и тот же Путь, который называешь своею Жизнью. Пойми и осознай: Вечно! И награда, и наказание за эту твою жизнь – уже в ней самой. А смерть здесь временна, она приходит не навсегда и лишь периодически сменяет твою вечно повторяющуюся жизнь. Поэтому не стоит превращать смерть в жуткое пугало, в полную противоположность жизни, предмет трагедии, безудержной скорби или мистического ужаса. Наша смерть столь же естественна и неотвратима, как и наша жизнь. Ведь все явления, в том числе и самое грандиозное из них – апокалипсис (смерть и последующее рождение всего эмпирического мира), – неизбежно повторяются [see]. ДВВ не позволяет убрать из этого циклического мира явлений ни одно из них, ни самое большое, ни самое малое.

Неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения (ДВВ) позволяют взглянуть на мир и место человека в нем по-иному. Это существенно иное ви́дение мира. Например, человек твердо знает, что он родился и затем умрет, хотя пока плохо понимает логику Замысла: для чего, зачем? Адепт ДВВ отвечает: человек умирает здесь, чтобы вновь родиться (воскреснуть) там. В нашем мире человек воскреснуть никак не может, он воскресает в следующем за нашим точно таком же мире. Человек, чтобы воскреснуть там, должен прежде умереть здесь. Каждый из нас умрет в этом мире и воскреснет в следующем. Рассуждая в терминах линейного времени, адепт ДВВ может утверждать: «Смерть не вечна, вечна Жизнь, а сама вечная Жизнь имеет два атрибута: Смерть и Воскресение». Рассуждая в терминах кругового времени, П.Д.Успенский писал об этом несколько иначе: «Смерть в действительности есть возвращение к началу». И оба оказались правы: в ДВВ объективны сразу линейное и круговое время. Там Смерть в нынешнем Космическом Цикле не страшна вечно живущему человеку, ибо за ней неизбежно следует его Воскресение в следующем точно таком же Цикле. Таким образом, неоматериализм и ДВВ утешают нас: наша жизнь и смерть временны: жизнь кончается смертью, но и смерть кончается жизнью, новой, той же самой, вечно повторяющейся. Наша вечная жизнь, о которой грезят все мировые религии, – это вовсе не бессмертие. Твоя вечная жизнь есть не что иное, как твоя нынешняя вечно повторяющаяся жизнь. Она и не может быть чем-то иным. Да, ты неизбежно умрешь, но не грусти и не плачь, ведь впереди тебя ждет воскресение (новое рождение) и та же самая вечно повторяющаяся жизнь, что ты только что прожил. ДВВ гарантирует ее каждому из нас и вместе с тем делает невозможным все другие религиозные варианты: какие-то потусторонние вечные миры, где якобы обитает после смерти человека его бессмертная душа, или ее посюсторонние всё новые и новые реинкарнации. ДВВ открывает перед человеком горизонты его нынешней краткой жизни и распахивает перед ним Врата Вечности. Но вместе с тем, надо понимать, все базовые внерелигиозные истины ДВВ внеэмпиричны и потому неверифицируемы. Они приняты на веру, т.е. постулированы, как, впрочем, и догмы любой религиозной веры.

Идея Вечного Возвращения эзотерична и таинственна, недаром Ницше говорил о ней шёпотом. Неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения разрушают религиозную монополию на утешение в смерти, обещают человеку вечное бытие в форме вечного повторения всей его нынешней жизни. Они позволяют материалисту, не верящему в самостоятельное существование человеческих душ, преодолеть ужас смерти и обрести надежду на вечную жизнь. Только они делают уникальную личность каждого человека, его неповторимую историю и судьбу необходимой и потому понятной частью огромного, абсолютно детерминированного, равнодушного и безжалостного материального Бытия и тем самым примиряют его с Ним. Персональная судьба каждого из нас есть малая, но неотъемлемая часть неизбежной, вечно повторяющейся Судьбы Мира. Разумеется, эта Судьба ни на каких таинственных скрижалях не записана, но каждый раз свершается заново. В 1917 г. по приговору французского военного суда была казнена Мата Хари. Говорят, перед смертью она хладнокровно улыбнулась целившим в нее солдатам, послала им воздушный поцелуй и насмешливо произнесла: «Прощайте, господа! До нашей новой встречи в следующей жизни». Если всё происходило именно так, то эта пустая и взбалмошная женщина знала о Вечном Возвращении больше любого из нас. На мой взгляд, суметь улыбнуться в лицо собственной смерти – это многого стоит. Поэтому все мы, адепты Вечного Возвращения, покидая этот мир, можем смело говорить не «прощай», а «до свидания, до следующей встречи в новом Эоне». Ведь смерти как ужаса окончательного исчезновения нет. Наша смерть, как и наша жизнь, явления временные и повторяющиеся. Всё, в том числе и судьба каждого из нас, в точности повторится вместе с повторением через чудовищно огромные промежутки времени (Космический Год) абсолютно детерминированного Космического Цикла в нашем Эоне. Однако для нас, смертных, совершенно неважно, сколько миллиардов земных лет длится этот Космический Год, поскольку мы эти временны́е бездны, в которых нас нет, попросту не воспринимаем. Для каждого ччеловека непосредственно за моментом его смерти следует момент его рождения и очередного становления его «я». И в этом смысле все мы живем вечно. Если раньше материалист полагал, что он живет временно, а умирает навсегда, то теперь неоматериалист, наоборот, убеждён, что мы все умираем на миг, а живем вечно в отведённом нам времени и месте. Возможно, об этом же вещает и дошедшая до нас из тьмы веков таинственно-загадочная фраза Гераклита: «Бессмертные смертны, смертные бессмертны».

Неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения (ДВВ) не оставляют нам никакого выбора, не ставят никаких условий, но радикально меняют наши представления о Мире и о нас самих (подробнее об этом смотри веб-страницу «Необходимые условия Вечного Возвращения» данного сайта). Неоматериализм позволяет утверждать: вечное возвращение той же самой жизни каждого человека есть следствие циклической природы окружающего нас мира. Каким условиям должен соответствовать этот мир, чтобы в нем существовал огромный Космический Цикл? Неоматериализм и принадлежащая ему ДВВ полагают: в замкнутом внеэмпирическом Мире единой материальной Сущности нет ничего вечного, застывшего, неповторимого. Там есть только Вечное Изменение, Вечное Повторение, Вечное Возвращение всего сущего. Неоматериализм (внеэмпирический материализм) и принадлежащая ему ДВВ не ограничивают бытие вторичным миром наблюдаемых вещей. Кроме того, они распахивают перед человеком Врата Вечности, а также

  • исследуют, как устроен первичный внеэмпирический Фундамент вторичного эмпирического мира и почему в нем возможны не один, а два одинаковых по длительности сменяющих друг друга абсолютно детерминированных Цикла;
  • убеждают, наш вторичный эмпирический мир (в том числе и мы с вами) не обладает самостоятельным бытием и лишь отображает наличие в его первичном внеэмпирическом Фундаменте того вечно повторяющегося Цикла, за которым он послушно и следует в своем циклическом развитии;
  • утверждают, если весь наш эмпирический мир абсолютно точно повторяется в своем циклическом развитии, то в каждом его Цикле неизбежно повторится и каждый из нас;
  • заверяют, в этом циклическом мире вечного возвращения человеку не надо суетиться, искать вечную жизнь, мы все приобретаем ее уже при рождении, без всяких усилий с нашей стороны;
  • поясняют, жить вечно и не знать смерти – вовсе не одно и то же;
  • вещают, мы умираем на миг, а живем вечно, наша смерть как окончательное исчезновение в принципе невозможна;
  • отрицают какое-либо самостоятельное бытие наших бессмертных душ: душа не существует вне человека, человек смертен – смертна и его душа;
  • позволяют обосновать вечную сакральную (скрытую) жизнь каждого человека в форме вечного повторения от рождения до смерти всей его нынешней профанной (явной) жизни;
  • объявляют, профанная смерть человека есть лишь передышка его вечной сакральной жизни и предполагает персональное повторение (воскресение) каждого из нас при повторении нашего Космического Цикла;
  • убеждают, профанная смерть человека в циклическом мире Вечного Возвращения вовсе не есть его абсолютный конец, ибо за ней следует его сакральное воскресение (новое рождение) в следующем Космическом Цикле;
  • вынуждают вспомнить точную формулировку П.Д.Успенского «смерть в действительности есть возвращение к началу» [see];
  • утверждают, эта формулировка одинаково пригодна и к смерти отдельного человека, и к смерти всего эмпирического мира (апокалипсису);
  • объясняют, почему весь вторичный эмпирический мир в конце каждого Космического Цикла неизбежно обновляется – исчезает и тут же вновь возникает, отбрасываясь при этом к началу своего развития (это одномоментное грандиозное явление и есть апокалипсис ДВВ);
  • заявляют, апокалипсис ДВВ это мгновенный финал развития всего эмпирического мира в самом конце каждого Космического Цикла;
  • говорят, в каждом Космическом Цикле неотвратимо повторяются все его явления, в том числе и самое грандиозное и таинственное из них – мгновенно завершающий каждый Космический Цикл апокалипсис ДВВ.


Итак, неоматериализм и принадлежащая ему доктрина Вечного Возвращения (ДВВ) разъясняют: вечное возвращение той же самой жизни человека есть следствие циклической природы окружающего его мира. Привычные профанные очевидности рождения и смерти человека видятся адепту сакрального мира Вечного Возвращения по-иному. Неоматериализм и ДВВ говорят нам про абсолютно точные повторения каждого Космического Цикла, не допускающие никаких «нарастающих тенденций», никакого даже самого малого прогресса от Цикла к Циклу. Каждый момент нашего настоящего и прошлого неизбежно повторится в следующем точно таком же Космическом Цикле. Это иллюзия, что наше прошлое исчезает навсегда и больше не возвращается или возвращается в каком-то другом изменённом виде. Нет! всё будет там тем же самым, всё произойдет там точно так же, как и здесь. Ниже прилагаются рисунки, которые, возможно, помогут лучше понять суть отличий сформированной в неоматериализме доктрины Вечного Возвращения (ДВВ) от так и оставшейся без онтологических обоснований идеи Вечного Возвращения Ф.Ницше:


1.


Здесь изображена восьмерка ДВВ (две одинаковых окружности, имеющих одну общую точку 0). Изменение состояния Космического Эона описывает точка, которая равномерно движется по любой из этих окружностей и в конце пути достигает точки 0. В этой уникальной точке, точке апокалипсиса заканчиваются и начинаются вновь оба абсолютно детерминированных Цикла Космического Эона. В этой единственной точке бифуркации, вследствие краткого взаимодействия Космического Эона с окружающими Эонами, свершается выбор его дальнейшего Цикла, того же самого, что и предыдущий, или альтернативного ему. Все эти события происходят в первичном внеэмпирическом уровне Реальности. А вот что соответствует им в ее вторичном, послушно следующем за ней эмпирическом срезе, т.е. в мире явлений:


2.


Здесь изображено Колесо Вечного Возвращения, которое равномерно катится по оси линейного времени t и за один Цикл, длящийся Космический Год, делает полный оборот. Точки соприкосновения оси (Tл – линейное время) и круга (Tк – круговое время) равномерно движутся и по бесконечной оси, и по конечной замкнутой окружности, проходя там одинаковые пути. Наклонная прямая условно изображает в терминах линейного времени вечный прогресс эмпирического мира в пределах одного цикла, а вертикальная прямая в самом его конце – внезапный конец этого прогресса, апокалипсис, т.е. мгновенное исчезновение всего эмпирического мира и его возвращение к истоку. В 1912 году, под влиянием ницшевской идеи Вечного Возвращения П.Д.Успенский написал, как мне кажется, гениальную фразу: «Смерть в действительности есть возвращение к началу» [see]. В неоматериализме и принадлежащей ему доктрине Вечного Возвращения эта чеканная формулировка характеризует не только смерть (исчезновение) и последующее возрождение каждого человека, но и смерть (исчезновение-возрождение) всего эмпирического мира, который в каждой точке 0 не просто мгновенно исчезает, но и отбрасывается в прошлое на один Космический Год, к началу своего развития. В ДВВ это и есть вечно повторяющийся апокалипсис, «конец света», конец всего эмпирического мира в пределах Космического Эона. В конце каждого его цикла апокалипсис обновляет весь мир явлений. Каждый его следующий цикл развития начинается с нуля, с чистого листа, с того же самого места. Ничто эмпирически сущее не передаётся от цикла к циклу, всё оно, в том числе и информация, не может преодолеть барьер апокалипсиса. Именно поэтому наш эмпирический мир вечно возвращается и в нем нет ничего бессмертного, живущего дольше одного Космического Года. Таким образом, апокалипсис, неизбежный в циклически развивающемся эмпирическом мире, оказывается одним из необходимых условий ДВВ и одновременно ее атрибутом.


3.


Здесь условно изображены два альтернативных Цикла Космического Эона [see], а также несколько следующих друг за другом «вечных прогрессов» привязанных к ним эмпирических миров и их апокалипсисы, происходящие в конце каждого Космического Года. Необходимо отметить, что эта бесконечная псевдослучайная последовательность на самом деле также абсолютно детерминирована, но только на более обширном уровне Реальности, элементами которого являются уже сами Космические Эоны.

Космический Эон – огромная обособленная космическая ячейка, в которой всегда идет один из двух возможных абсолютно детерминированных циклических процессов. Космический Эон – элемент «бесконечной» Вселенной, ограниченный очень большими пространственно-временными масштабами, недоступный в данный момент никаким внешним воздействиям со стороны смежных ему Эонов и потому независимый от них. В неоматериализме Космический Эон состоит из конечного числа равномерно заполняющих всё его пространство неустранимых, неперемещающихся амеров, дискретные изменения которых детерминированы абсолютно. Следовательно, конечный по своим размерам Космический Эон имеет огромное, но конечное число возможных состояний, дискретные изменения которых абсолютно детерминированы. Это означает, что Космический Эон ограничен не только в пространстве, но и во времени и что при определённых условиях через гигантски большое число шагов его начальное состояние и, значит, всё его дальнейшее циклическое изменение неизбежно повторится. Вместе с ним повторится и всё эмпирически сущее. Поскольку в неоматериализме вне множества амеров ничто не существует, а связь нашей души с нашим телом неразрывна, то в каждом Космическом Цикле, копирующем Нынешний, в котором теперь существуем мы, непременно повторимся и мы с вами как его обязательные, неустранимые части.

Таким образом, в неоматериализме концепция абсолютного детерминизма получает некоторое обоснование, а объектом ее реализации становится дискретный, абсолютно детерминированный процесс в Космическом Эоне. Циклическая природа Бытия этого материального Абсолюта несовместима с существованием любого Бога, который постоянно или время от времени вмешивается в ход естественных событий и тем самым творит чудеса. Если есть Вечное Возвращение, то такой Бог оказывается не у дел. И наоборот, если есть такой Бог, то Вечное Возвращение невозможно. Действительно, тогда любое «чудо», т.е. непредсказуемое вмешательство стоящего над циклическим миром Бога в ход абсолютно детерминированного процесса в Космическом Эоне превратилось бы для нас в величайшее несчастье, поскольку полностью исключило бы возможность наших последующих повторений. В вездесущей, предельно простой и строго детерминированной протоматерии случай всегда равносилен чуду и нарушению вселенской гармонии. Именно поэтому в неоматериализме случайное изменение состояния хотя бы одного амера за всю огромную историю абсолютно детерминированных дискретных изменений Космического Эона было бы равносильно всеобщей космической катастрофе.

В неоматериализме спекулятивному конструированию Космического Эона помогает принцип предельной простоты (ППП) материального Абсолюта и известная уже античности гипотеза о тождестве в Мире самого малого и самого большого. В неоматериализме тождество самого малого и самого большого позволяет предположить, что амер (элемент Космического Эона) и сам Космический Эон (элемент «бесконечной» Вселенной) – это фактически одно и то же: амер – это Эон снаружи, Эон – это амер изнутри. Амер имеет изолированное и ограниченное по времени состояние-процесс. Космический Эон также имеет изолированное и ограниченное по времени Бытие-процесс. Если амер имеет два возможных состояния (инь и ян), то Космический Эон также имеет два возможных конечных Бытия-процесса: Инь-бытие и Ян-бытие. Только в конце своего изолированного состояния-процесса амер на мгновение становится доступным для воздействия смежных ему амеров, в результате чего возникает его следующее состояние (инь или ян). Только в конце своего изолированного Бытия-процесса наш Космический Эон на очень небольшое время становится доступным для воздействия смежных ему Эонов, в результате чего он обретает одно из двух своих начальных состояний (Инь или Ян), из которых рождается его следующее абсолютно детерминированное Инь-бытие или Ян-бытие. Образно это выглядит так: открываются «окна» нашего Эона, он кратковременно взаимодействует со своим окружением, предыдущее Бытие-процесс Эона заканчивается (в соответствующем этому Бытию-процессу вторичном эмпирическом мире в этот момент наступает апокалипсис), начинается его следующее Бытие, «окна» закрываются, Космический Эон снова становится замкнутым, полностью недоступным внешним воздействиям и абсолютно детерминированным, т.е. обретает свое Инь-бытие или Ян-бытие. Из этого абсолютно детерминированного Бытия-процесса нельзя вырвать какую-то его часть, например ту, которая соответствует моему или вашему бытию. Если считать, что мы с вами теперь живем в эмпирическом мире, соответствующем Инь-бытию, то каждый раз вместе с Его Возвращением будет возвращаться и весь привязанный к нему эмпирический мир, где в надлежащее время и в должном месте неизбежно вновь появится каждый из нас. Уникальное «я» каждого человека (память, опыт, сознание, душа), неразрывно связанное с его персональной историей и судьбой, есть необходимая, хотя и побочная часть этого циклического Бытия-процесса нашего Космического Эона и без него не существует. В заключение хотелось бы отметить, что появление спекулятивной гипотезы о наличии не одного, а двух абсолютно детерминированных Циклов Космического Эона есть несомненное достижение неоматериализма и принадлежащей ему доктрины Вечного Возвращения [see].

Космология неоматериализма, или космология темпоральной вселенной альтернативна общепризнанной ныне космологии расширяющейся вселенной. Основное положение этой предлагаемой в качестве гипотезы темпоральной космологии гласит: никакого расширения пространства не происходит, красное смещение в спектрах удаленных галактик объясняется не ростом пространственных масштабов Вселенной, а ростом ее скалярного гравитационного потенциала, что ведет к локально ненаблюдаемому увеличению скорости всех без исключения физических процессов. Однако, вследствие ограниченной скорости света, этот локально ненаблюдаемый рост гравитационного потенциала вселенной становится заметен на больших космических расстояниях (вглядываясь в даль, мы заглядываем в прошлое с его меньшим гравитационным потенциалом и, соответственно, более медленными процессами в расположенных там галактиках). В частности, это также означает, что в видимой картине вселенной появляется градиент гравитационного потенциала и соответствующее ему уникальное темпоральное (безмассовое) гравитационное поле пустой вселенной, которое дополняет обычную гравитацию тяжелых тел и по своей роли напоминает лямбда-член в ранних космологических построениях А.Эйнштейна. Кроме того, предполагаемое здесь увеличение гравитационного потенциала (гравитационный потенциал – величина отрицательная) не может быть бесконечным: как только он достигнет своего максимального, т.е. нулевого значения, его рост неизбежно прекратится. И это будет, наверное, очень серьезное вселенское Событие. Предлагаемые мной на веб-странице «Альтернатива расширяющейся вселенной» сайта «Неоматериализм» наброски темпоральной космологии немеханического мира, где изменяется не пространственная, а временнáя метрика, претендуют на роль дилеммы Большого взрыва и, я надеюсь, смогут полноценно конкурировать с ним когда-нибудь в дальнейшем.

Метафизика – учение об элементах материального Абсолюта, единого внеэмпирического Фундамента всего наблюдаемого мира, из которых состоит всё эмпирически сущее. Метафизикой старого эмпирического материализма был атомизм: всё в мире состоит из перемещающихся в пустоте атомов. Метафизикой нового внеэмпирического материализма (неоматериализма) стал америзм: и перемещающиеся атомы, и сама пустота состоят из одинаковых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся амеров. Идеализм своей метафизики никогда не имел, всегда рассматривал Абсолют только как Единое или, в лучшем случае, предлагал вместо его одинаковых элементов некую иерархию, наподобие идей Платона или монад Лейбница. Настоящая метафизика как учение об элементах внеэмпирического Абсолюта конкретизирует философию, служит мостом между философией и естествознанием, делает материалистическую философию демонстрационной и эвристичной, превращает ее в живое, развивающееся учение. Философия без своей метафизики неизбежно попадает в капкан агностицизма, вырождается в пустые, обособленные и потому бесполезные спекуляции. Физика вне метафизики трансформируется в физику не связанных между собой принципов, в формально-математические схемы, занятые исключительно связями опыта или практическими рецептами, типа «щёлкни кобылу в нос – она взмахнёт хвостом» (одна из самых надежных истин бессмертного Козьмы Пруткова).

Неоматериализм – новое философско-метафическое учение о материальном Абсолюте и особенностях его элементов. Здесь Абсолют – глубинный внеэмпирический Фундамент (первоначало, первооснова, первопричина, перводвигатель) всего вторичного эмпирического мира, его единая материальная Сущность – вездесущая немеханическая протоматерия. Элементами протоматерии являются одинаковые, очень-очень маленькие, равномерно заполняющие всё пространство без промежутков амеры, которые не способны перемещаться и лишь дискретно меняют свои внутренние состояния по одним и тем же вечным и неизменным, строго детерминированным очень простым законам. Вторичный наблюдаемый нами мир разнообразных явлений и первичный внеэмпирический Мир их единой, однообразной и предельно простой материальной Сущности – совершенно разные миры. И бытие, и небытие явлений есть Бытие материальной Сущности; явления могут быть или не быть, Сущность только есть. Вторичный мир разнообразных явлений развивается, эволюционирует, прогрессирует; первичный Мир внеэмпирической материальной Сущности предельно прост, однообразен, унифицирован; в нем на уровне его элементов постоянно идет дискретный, абсолютно детерминированный процесс, в котором нет ни развития, ни эволюции, ни прогресса. Каждое состояние такой первичной материальной Сущности имеет одно и только одно последующее состояние и, как логическое следствие этого утверждения, дискретный однозначно детерминированный процесс в ней необратим. Ядро материализма: «материя первична, сознание вторично», «разум – модус, а не атрибут материи», «нет субъекта вне объекта», – в неоматериализме сохраняется, хотя и в несколько изменённом виде. Разум, сознание, душа человека занимают теперь в иерархии существований всего лишь третье место, т.е. получают еще более скромный онтологический статус. Разумеется, это как и прежде означает, что никакое самостоятельное бытие космического Сознания, вселенского Разума, мудрого Духа-Творца, до/вне/без их материального носителя (протоматерии) невозможно и потому любые теологические или телеологические домыслы полностью теряют свое значение. С другой стороны, неоматериализм стремится преодолеть тупики прежнего эмпирико-механистического материализма, с его всё более неудовлетворительной пространственно-временной картиной бесконечно-непрерывной вселенной. Эмпирический материализм ошибочно считает вторичный эмпирический мир самодостаточным, не понимает, что он нуждается в рациональном обосновании. Неоматериализм как раз и пытается нащупать это единое основание, основу-фундамент всего эмпирического мира. Наиболее важные различия эмпирического материализма и неоматериализма (внеэмпирического материализма) состоят в следующем:


 МАТЕРИАЛИЗМ 


 НЕОМАТЕРИАЛИЗМ 

Первична эмпирическая материя – совокупность качественно различных вещей.
Первична внеэмпирическая протоматерия, все эмпирически доступные вещи вторичны и состоят из нее.
Всё взаимодействует со всем и потому всё в принципе наблюдаемо, ненаблюдаемое не существует.
Протоматерия не воздействует на нас и наши приборы и потому принципиально ненаблюдаема.
Материя – абстрактное понятие, общее имя всех качественно различных эмпирических вещей.
Протоматерия – конкретное множество одинаковых внеэмпирических амеров.
Всё материальное может перемещаться, перемещение – первичная форма движения.
Протоматерия не перемещается, перемещение – вторичная форма движения.
Плотность материи может изменяться от нуля до бесконечности.
Плотность протоматерии (число ее элементов в единице объема) всегда и всюду одинакова.
Концепция абсолютного детерминизма неверна, мир детерминирован частично, ограничено.
Абсолютно детерминирована лишь протоматерия; мир эмпирических вещей детерминирован частично.
Природа бесконечно сложна, качественно разнообразна и не имеет простой и единой первоосновы.
Всё качественное разнообразие вещей и явлений имеет простую и единую первооснову (Фундамент).
Никакого внеэмпирического Абсолюта (ни идеального, ни материального) нет.
В Фундаменте мира лежит внеэмпирический материальный Абсолют (протоматерия).
Философия – наука о наиболее общих законах эмпирического мира.
Философия – учение о едином внеэмпирическом Фундаменте (Абсолюте) эмпирического мира.
Метафизика есть онтология, т.е. часть философии.
Метафизика есть учение об элементах Абсолюта.
Справедлива концепция непрерывности.
Справедлива концепция дискретности.
Всё бесконечно делимо.
Всё состоит из неделимых амеров.
Бесконечность монотонна и неструктурирована.
Бесконечность структурирована и состоит из одинаковых конечных частей.
Вселенная бесконечна в пространстве и времени.
Наша вселенная (Космический Эон) конечна в пространстве и времени.
Всё в природе подобно.
Подобны друг другу лишь амер и Космический Эон: амер это Эон снаружи, Эон это амер изнутри.
Эволюция бесконечной Вселенной бесконечна и никогда не повторяется.
Эволюция конечной Вселенной-Эона конечна и периодически повторяется (доктрина Вечного Возвращения).
Каждый человек рождается однажды и умирает навсегда.
Каждый человек и его судьба повторяются вместе с повторением нашего Цикла Космического Эона.


Объектопроцесс – понятие, принадлежащее неоматериализму и обозначающее неразрывное единство объекта и процесса. Понятие «объектопроцесс» продолжает линию прежнего материализма («движение – атрибут материи», «нет материи вне движения», «нет движения вне материи») и вместе с тем уточняет ее, отрицая покой как частный случай движения. В неоматериализме покоя в мире нет вообще, а объектопроцесс есть единственная форма реально существующего; покой, статика, неизменность, себетождественность возможны здесь лишь как аппроксимация изменения и динамики. Более того, здесь всё устойчивое в мире возможно только как периодический объектопроцесс, т.е. постоянное воспроизведение, повторение уже бывшего ранее. Иными словами, в неоматериализме себетождественность объектов отображает не их неизменность, а периодическую повторяемость их внутренней структуры. В связи с этим можно утверждать следующее. 1) Себетождественность любой элементарной частицы отображает не ее неизменность, но очень быструю периодическую повторяемость ее внутренней, недоступной наблюдениям динамической структуры. Это означает, что протон или электрон представляют собой в действительности очень быстро повторяющие себя структуры в множестве амеров. 2) Статус реального имеет только периодический объектопроцесс, а всё непериодическое есть всего лишь фрагмент огромного Цикла в Космическом Эоне. 3) Что нельзя истолковать как периодический объектопроцесс, реально не существует, хотя и может быть объективным. Например, амеры, элементарные частицы, атомы, вакуум, Космический Эон существуют реально, поскольку допускают свою трактовку в качестве объектопроцессов. Наоборот, ни пространство, ни время по отдельности объектопроцессами не являются и потому существуют объективно, но не реально.

Пространство и время – объективные понятия, отображающие наличие вездесущей, изменяющейся протоматерии и вне/без нее не существующие. Таким образом, не протоматерия существует в пространстве и времени, а наоборот, понятия «пространство» и «время» возникают и становятся объективными благодаря наличию протоматерии (множества дискретно изменяющихся амеров). Все свойства пространства и времени, как и сами эти понятия, вторичны и лишь соответствуют свойствам такой протоматерии, а также свойствам возникающих в ней динамических структур. Дискретность пространства и времени отображает наличие множества амеров и происходящий в нем дискретный, абсолютно детерминированный, немеханический процесс. Необратимость времени отображает наличие этого дискретного, абсолютно детерминированного, необратимого процесса, каждое состояние которого имеет одно-единственное последующее состояние, хотя некоторые его состояния могут иметь более одного предыдущего или вообще не иметь его. Таким образом, прямой процесс в множестве амеров задан однозначно, обратный – неоднозначно. Именно эта асимметрия фундаментального процесса в множестве амеров и порождает несомненно существующую в нашем мире необратимость времени. На плоскости одним из конкретных примеров дискретного, абсолютно детерминированного и необратимого процесса является игра Конуэя «Жизнь».

Множество неперемещающихся амеров представляет собой равномерно заполняющее всё пространство без каких-либо промежутков, абсолютно твердое, недеформируемое тело, в котором пространственные интервалы всегда остаются неизменными. Это позволяет с сомнением относится как к гипотезе Фицджеральда–Лоренца о сокращении движущихся тел (см. «Слово в защиту эфира»), так и к механистической гипотезе Большого взрыва (см. «Альтернатива расширяющейся вселенной») и ограничиваться изменениями лишь временны́х интервалов. В неоматериализме и его метафизике – америзме, допускающим наряду с наблюдаемыми вещами наличие их единого, предельно простого и принципиально ненаблюдаемого фундамента, объективными, т.е. имеющими объекты своей реализации являются следующие понятия:

  • Абсолютное пространство и абсолютное время дискретны. Объектом их реализации служит внеэмпирическое множество амеров, в котором объективны фундаментальные единицы минимальной протяженности (L) и минимальной длительности (T). Таким образом, принципиально ненаблюдаемый амер есть линейка абсолютного пространства и часы, показывающие абсолютное время, линейка и часы, которые не зависят ни от каких систем отсчета или физических условий и находятся в любой точке пространства. Размеры всех остальных тел и длительности всех остальных процессов кратны этим недоступным наблюдению фундаментальным единицам протяженности и длительности.
  • Часы вакуума. Неоматериализм предполагает, что в вакууме идет недоступный наблюдениям периодический процесс, кратный наименьшему временнóму интервалу в множестве амеров. Кроме того здесь предполагается, что вакуум в любой точке вселенной очень медленно эволюционирует, в результате чего скорость его периодического процесса и связанный с ней гравитационный потенциал вакуума постоянно возрастают (в неоматериализме эта космологическая гипотеза альтернативна гипотезе расширяющейся вселенной).
  • Часы элементарных частиц. Неоматериализм предполагает, что периодический процесс во всех элементарных частицах кратен фундаментальному периодическому процессу в вакууме и, кроме того, замедляется с возрастанием их массы (периодический процесс протона всегда в 1836 раз медленнее периодического процесса электрона в любой лаборатории).
  • Местное время показывают все наблюдаемые нами в локальной лаборатории часы, ход которых одинаково зависит от двух принципиально ненаблюдаемых величин – абсолютной скорости лаборатории и гравитационного потенциала той области, где она находится. Ясно, что такая зависимость не позволяет определить ни абсолютную скорость, ни гравитационный потенциал, поскольку любые часы, какой бы периодический процесс ни лежал в их основе, зависят от этих величин одинаково.
  • Относительное время возникает при сравнении хода разноместных часов, зависит от разности их абсолютных скоростей и разности гравитационных потенциалов тех областей, где они находятся. Только эта разновидность времени доступна наблюдениям.


Протоматерия – материальный Абсолют, единый внеэмпирический фундамент (первоначало, первооснова, первопричина, перводвигатель) всего эмпирически сущего. Протоматерия состоит из множества равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся амеров, которые образуют и перемещающиеся атомы, и пустоту. Плотность такой неперемещающейся протоматерии (число амеров в единице объема) одинакова и в «пустоте», и в недрах нейтронных звезд. В множестве амеров протекает дискретный, немеханический, однозначно детерминированный необратимый процесс. Одной из возможных двухмерных иллюстраций такого процесса в трехмерном множестве амеров является игра Конуэя «Жизнь». Дискретный, абсолютно детерминированный процесс в этой игре позволяет увидеть компьютерная программа Golly. Скачать эту программу можно, например, по такой ссылке  Golly-2.1 .

Философия – учение об Абсолюте, едином внеэмпирическом Фундаменте всего эмпирического мира. Подлинная философия есть Абсолютопознание, спекулятивное учение о природе и особенностях этого единого внеэмпирического Фундамента всего эмпирически сущего. Всё остальное есть псевдофилософия. Логика, этика, эстетика, аксиология, философская антропология, психология, социология, все эти измельчавшие и набившие оскомину частные философии религии, культуры, искусства, науки, истории, политики, власти, общества – всё это есть самостоятельные дисциплины, а вовсе не разделы философии. Конечно, эти предметы как-то связаны с философией, поскольку дают ей материал для исследования. Но не более того. Увы, в истинной философии «много званых, но мало избранных». Ее не интересует человек и его морально-этические проблемы, она не учит нас жить и совершать правильные поступки. Ей давно пора избавиться от порожденных Сократом антропоморфных иллюзий про некое космическое Добро, Мудрость, Справедливость и осознать себя специальной областью наших изысканий. Настоящий философ, как и любой другой уважающий себя исследователь, есть «узкий специалист», специалист по Абсолюту. Какова природа и особенности внеэмпирического Абсолюта? – вот основной вопрос любой подлинной философии, в том числе и материалистической.

Наука и философия, физика и метафизика имеют разные предметы своего исследования: наука изучает доступный эксперименту вторичный эмпирический мир; философия и метафизика изучают его первичную единую Сущность. Философия и метафизика пытаются сказать нам нечто лишь о первичном внеэмпирическом Фундаменте вторичного эмпирического мира. Поэтому и материалистическая философия должна отказаться от эмпиризма, стряхнуть с себя весь налипший к ней за много веков эмпирический мусор. Неоматериализм – новая материалистическая философия и метафизика – впервые предполагает, что единым внеэмпирическим Фундаментом всего эмпирического мира является вездесущая, предельно простая, унифицированная протоматерия, состоящая из множества очень маленьких, одинаковых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся амеров. Америзм – метафизика неоматериализма, как и атомизм – метафизика прежнего материализма, делают материалистическую философию демонстрационной, образной и, следовательно, эвристичной. Именно в этом и состоит огромное преимущество материалистической философии перед философией идеалистической, которая никогда своей метафизики не имела и в лучшем случае предлагала взамен некую иерархию, типа идей Платона или монад Лейбница.

Итак, подлинная философия изучает не эмпирический мир (этим занимаются специальные науки), а его единый внеэмпирический Фундамент (первоначало, первооснову, первопричину, перводвигатель), или Абсолют. Подлинная философия есть учение о внеэмпирическом Абсолюте (онтология) и способе его познания (гносеология). Первичный внеэмпирический Абсолют существует не просто вне и независимо от ощущений и мышления человека, но до, вне и независимо от всего вторичного эмпирического бытия, поскольку не взаимодействует с ним (внеэмпирическое не взаимодействует с эмпирическим). Окружающее нас вторичное эмпирическое бытие вовсе не является какой-то частью первичного внеэмпирического Бытия Абсолюта, оно есть всего лишь его эмпирический срез и, как всякий срез, самостоятельно существовать не может. Бытие Абсолюта это нечто Иное по отношению к эмпирическому бытию окружающих нас вещей. Поэтому любая основательная философия, как идеалистическая, так и материалистическая, внеэмпирична (спекулятивна) и вправе утверждать:

  • за наблюдаемым миром в качестве его основы лежит принципиально ненаблюдаемый Абсолют (единая внеэмпирическая Сущность всего эмпирического мира, его глубинный Фундамент);
  • есть вторичное эмпирически доступное нам бытие окружающего мира и есть первичное Бытие его внеэмпирической первоосновы – неустранимое Бытие Абсолюта;
  • в мире отдельных, преходящих эмпирических вещей, конечно же, существует их бытие и небытие, в Мире их единой непреходящей Сущности, как это и утверждал Парменид, есть лишь Бытие, Небытия нет;
  • и бытие, и небытие явлений есть Бытие Сущности; явления могут быть или не быть, Сущность всегда только есть.


И последнее: философия должна сознательно избавляться от классового подхода, от деления на врагов и друзей, т.е. от своей идеологической составляющей. Говорят, что всякий философ – дитя своего века. Это так. Но не надо забывать: подлинный философ одновременно – дитя всех предыдущих эпох; он ищет вечное, а не преходящее, т.е. то, что находится вне существующей в данный момент ситуации: научной конъюнктуры, философской моды, политики, власти, класса, общественного строя. Именно в наше смутное и суматошное время американского прагматизма появилась такая химера, как его российская дочка – «ситуационная философия» с ее нелепыми претензиями на сиюминутную практическую пользу, которая невесть что изучает, но явно зависит от сложившихся в данный момент обстоятельств и суетливо подлаживается под них. Никакой конъюнктурно-ситуационной философии на самом деле быть не может. Ведь любая настоящая философия исследует не вторичный эмпирический мир, а его единый Фундамент – первичный внеэмпирический Абсолют, который заведомо существует вне всяких ситуаций. Подлинная философия – верная служанка Абсолюта, а не вертлявая прислужница мамоны.

Эфир (вездесущая, неустранимая, неперемещающаяся протоматерия) – принципиально ненаблюдаемая, дискретная, немеханическая, абсолютно твердая материальная среда, дискретные изменения в которой строго детерминированы. Элементами эфира являются предельно простые, одинаковые, равномерно заполняющие всё пространство без промежутков неперемещающиеся амеры, способные дискретно менять лишь свои внутренние состояния. Все перемещающиеся элементарные частицы образованы таким эфиром и представляют собой его локальные, периодически повторяющие себя со смещениями динамические структуры, которым не приходится продираться сквозь эту абсолютно твердую среду (перемещение – вторичная форма движения).

Одной из конкретных двухмерных моделей трехмерного множества амеров служит хорошо известная игра Джона Конуэя «Жизнь» (J.Conway, 1970). В этой игре «бесконечная» плоскость разделена на одинаковые клетки, каждая из которых находится в одном из двух возможных состояний – условно назовем их «черное» и «белое» (но ни в коем случае не «полное» и «пустое», «живое» и «мертвое») – и имеет восемь смежных: четыре смежные клетки имеют с данной общие стороны, четыре других – общие вершины. Состояния всех клеток этой дискретной плоскости одновременно, через равные промежутки времени могут изменяться скачком по таким правилам (локальному закону):

  • клетка с белым состоянием изменяет его лишь в том случае, если среди ее смежных найдется ровно три клетки (ни больше ни меньше) с черным состоянием;
  • клетка с черным состоянием не изменяет его в том случае, если среди ее смежных имеется лишь две или три клетки с черным состоянием.


Легко убедиться, что в игре по таким крайне простым правилам существует «вакуум» – область клеток с белыми состояниями, в котором возможна, например, такая состоящая из клеток с черными состояниями периодически повторяющая себя смещающаяся структура (глайдер):


Данный пример, взятый из игры Конуэя «Жизнь», позволяет утверждать:


  • дискретный, абсолютно твердый, немеханический эфир и протекающий в нем дискретный, строго детерминированный, немеханический процесс не противоречат наличию там динамических перемещающихся структур – движущихся «по инерции» частиц вещества.
  • Себетождественность элементарных частиц отображает не их неизменность, а очень быструю периодическую повторяемость их внутренней динамической структуры.
  • Перемещающееся возникает из неперемещающегося; перемещение вовсе не всеобщая и первичная, а всего лишь частная, вторичная форма движения (изменения).


Строго (однозначно, моновариантно) детерминированный дискретный процесс в игре «Жизнь» удобнее всего наблюдать с помощью компьютерной программы Golly. Скачать программу и получить краткие инструкции по работе с ней можно на странице Игра Конуэя «Жизнь» данного сайта. Используя эту программу, вам удастся познакомиться с огромным многообразием поразительных по своей красоте и изяществу динамических структур, возникающих в мире Конуэя, проводить там самостоятельные исследования и даже в какой-то мере претендовать на роль «господа бога», задавая (рисуя с помощью компьютерной мыши или выбирая из списка готовых) начальное состояние вашей «маленькой вселенной» и устанавливая законы ее развития. Освоившись с ролью бога, вы в любой момент сможете творить в своей вселенной «чудеса», т.е. вмешиваться в ход ее дискретного, абсолютно детерминированного необратимого процесса.

Наблюдая за однозначно детерминированным процессом в игре «Жизнь», где нет никаких случайных событий – ни эпикуровских clinamen, ни спонтанных квантовых скачков, ни пригожинских бифуркаций, – можно утверждать следующее. Дискретный процесс в игре Конуэя опровергает мнение об отсутствии строго детерминированных необратимых процессов. Здесь же следует заметить, что дискретный мир Конуэя помогает наметить пути разрешения не только проблемы детерминизма и стрелы времени, но и таких давнишних проблем как детерминизм и объективность случайного, детерминизм и возникновение нового [see]. Поскольку связь америзма с игрой Конуэя как его частным случаем несомненна, то можно в некотором, конечно очень ограниченном смысле утверждать, что неоматериализм представляет собой материалистическую философию так называемых клеточных автоматов. В идеалистической трактовке, эти клеточные автоматы рассматриваются в пифагорейско-информационном духе, в виде неких математических программ, написанных высшим существом, всемогущим и всеведущим Богом, а Вселенная представляет собой огромный компьютер, созданный и управляемый тем же самым Богом (Э.Фредкин, С.Вулфрэм и др.). Наоборот, неоматериализм есть философия и метафизика примитивного «кирпичного» мира внеэмпирической материальной Сущности, предельно простые и унифицированные элементы которой (амеры) никем не созданы, а происходящий в них дискретный процесс детерминирован абсолютно и никем не управляется (каждый амер сам определяет свое последующее состояние, исходя только из своей локальной ситуации). Здесь высшее, сложное и разнообразное само, без какой-либо посторонней помощи возникает из низшего, простого и однообразного; никакого стоящего над всем этим мудрого Создателя или Программиста для этого не требуется.

Игра Конуэя «Жизнь» является одной из возможных двухмерных иллюстраций некоторых особенностей множества амеров, т.е. дискретного немеханического, недеформируемого эфира и происходящего в нем дискретного, немеханического, однозначно детерминированного процесса. Она помогает не только определить направление поиска, но и осознать тщетность любых механических моделей эфира, типа эфиродинамики В.А.Ацюковского или широко представленных в Интернете моделей кристаллического эфира с различными типами механических деформаций. Игра «Жизнь» помогает также дистанцироваться от любых моделей эфира в виде непрерывной среды, в которой происходят непрерывные изменения. Америзм утверждает: эфир – это дискретная, абсолютно твердая, недеформируемая материальная среда, в которой перемещения нет. Перемещение появляется здесь в качестве вторичной формы движения, непрерывность есть аппроксимация дискретности, наш вторичный эмпирический мир в своей глубинной внеэмпирической основе абсолютно детерминирован и ограничен в пространстве и времени – вот базовые положения неоматериализма и его метафизики (америзма), которые формируют концепцию эфира.

Неоматериализм, или внеэмпирический материализм предлагает новую парадигму, основной постулат которой гласит: в основании всего эмпирического мира лежит его внеэмпирический фундамент, вездесущая недоступная наблюдениям протоматерия, дискретный немеханический эфир. Ныне пока лишь немногие ученые согласятся с таким утверждением. Физики всегда ограничивали реальность наблюдаемыми вещами. Именно поэтому они воспринимают всякую философию и метафизику как пустые, никому не нужные спекуляции. По их мнению, недопустимы любые попытки объяснять наблюдаемые особенности микрообъектов исходя из их глубинной, принципиально ненаблюдаемой структуры. Хорошо, давайте на минуту согласимся с этим мнением и признаем, что сегодня америзм (новая материалистическая метафизика) представляет собой для физика не что иное, как «бесполезное мечтание». Но надо видеть перспективу и помнить, что во времена Демокрита точно таким же мечтанием был атомизм, роль которого в физике теперь попросту невозможно переоценить. Ведь америзм (метафизика неоматериализма) позволяет конструировать эфир, предлагая класс его дискретных немеханических моделей, каждая из которых порождает свою собственную «действительность», со своими присущими ей особенностями. Возможно, одна из таких моделей будет соответствовать действительности нашего мира. Разумеется, эта программа-максимум америзма пока крайне далека от своей реализации. Здесь еще очень много нерешенных проблем. Но, как и всякая метафизика, америзм ведёт нас во мгле исследований, позволяет высказывать гипотезы определенной направленности и тем самым как-то ограничивать зону поиска моделей эфира.

Идея дискретного, абсолютно твердого, немеханического эфира находится сегодня в стадии становления и должна непременно решить ряд вопросов или, в противном случае, оказаться на обочине познания. На мой взгляд, первостепенную важность здесь приобретают следующие проблемы:
1. Дискретный немеханический эфир (протоматерия, множество амеров) есть предельно простая метафизическая конструкция, к которой неприменимы никакие доступные наблюдению физические характеристики: ни скорость, ни сила, ни ускорение, ни масса, ни импульс, ни заряд, ни энергия, ни плотность, ни давление, ни температура, ни деформация. Все эти характеристики (а также связанные с ними физические законы) вторичны и лишь отображают особенности существующих в множестве амеров динамических структур, но к самому множеству амеров и протекающему в нем строго детерминированному дискретному процессу имеют только опосредствованное отношение. Необходимо четко осознать, что эфир принадлежит не миру эмпирически доступных перемещающихся вещей, а миру их единой внеэмпирической неперемещающейся сущности. Эфир – это внеэмпирическая протоматерия, метафизический фундамент физического мира, не физический, а метафизический, т.е. внеэмпирический конструкт, и потому моделировать его с помощью каких-либо физических моделей, использующих любые из перечисленных выше характеристик, – совершенно безнадежное занятие. Все понятия, связанные с этим эфиром, такие как «абсолютно твердое тело» и «абсолютная скорость», разумеется, необъективны в окружающем нас вторичном мире перемещающихся тел и разнообразных явлений, но они безусловно объективны в первичном Мире их единой внеэмпирической материальной Сущности, т.е. в недоступной наблюдениям вездесущей немеханической протоматерии, состоящей из одинаковых, равномерно заполняющих всё пространство без промежутков неперемещающихся элементов (амеров), множество которых образует и перемещающиеся в пустоте атомы, и саму пустоту.
2. Настоятельно необходимо согласовать вездесущий эфир с принципом относительности. Все модели эфира, которые не удовлетворяют этому непременному условию, должны быть отброшены. Ни коем случае нельзя соглашаться с теми адептами механического эфира, которые отвергают принцип относительности и основанную на нем специальную теорию относительности (СТО). Но нельзя также соглашаться со сторонниками этой теории, которые утверждают, что она якобы опровергла существование эфира. Моя позиция по этому вопросу такова: СТО как физическая теория безусловно верна, но имеет под собой метафизическое основание – америзм. Я считаю, что за относительным миром доступных наблюдениям физических явлений стоит абсолютный мир их единой, недоступной наблюдению метафизической сущности – протоматерии, множества амеров, эфира. В сборнике статей «Слово в защиту эфира» я попытался показать, что принципиально ненаблюдаемый, абсолютно твердый, немеханический эфир вовсе не противоречит принципу относительности, совместим с ним и, более того, на формальном уровне является мощным эвристическим началом, позволяющим получить чуть ли не всю релятивистскую кинематику. При этом на метафизическом уровне требуется признать, что недоступная наблюдениям динамическая структура элементарных частиц зависит от абсолютной скорости (точнее, именно эта структура и определяет их абсолютную скорость), но измерить эту скорость невозможно, поскольку структура всех перемещающихся частиц зависит от нее одинаково.
3. Поскольку дискретный немеханический эфир формирует понятие дискретного пространства, требуется найти те его модели, которые будут изотропны в своих достаточно больших областях. Разумеется, нетрудно предложить такие модели, элементы которых будут одинаковы лишь приблизительно, подчиняясь какому-то непрерывному статистическому разбросу. Но нельзя ли построить изотропное дискретное пространство из одинаковых элементов нескольких типов? Во всяком случае паркеты Роджера Пенроуза и Роберта Амманна заметно пошатнули нашу веру в невозможность такого построения.
4. Следует отыскать некоторую соответствующую действительности конкретную модель дискретного немеханического эфира (требуется указать число возможных состояний каждого амера, число его смежных, с которыми он взаимодействует, а также локальный закон, однозначно определяющий его последующее состояние). Иными словами, нужна определённая модель множества амеров, в которой какие-то очень быстро повторяющие себя динамические структуры удастся соотнести с известными нам элементарными частицами. В частности, необходимо искать устойчивые к посторонним воздействиям перемещающиеся структуры, соответствующие протону или электрону (в игре Конуэя таких устойчивых структур пока что не обнаружено).

Пытаясь подойти к решению перечисленных выше проблем, необходимо прежде всего увидеть эти недоступные опыту динамические структуры, которые в какой-то конкретной модели множества амеров нам, быть может, удастся отождествить с элементарными частицами. Но наблюдать эти внеэмпирические структуры, разумеется, можно будет не вживую, а только в создаваемых нами компьютерных моделях множества амеров. В двухмерном случае никаких принципиальных трудностей не возникает. Здесь удается варьировать и число состояний амера, и число его смежных, и локальный закон, определяющий его последующее состояние. А как наблюдать за процессами в множестве амеров в трехмерном случае? Выход один – научиться выводить на экраны мониторов состояния конкретных моделей множества амеров в любой интересующей нас плоскости. Естественно, такая задача потребует гораздо более мощных вычислительных машин, изощренных программ и значительных денежных затрат. Но игра стоит свеч, ведь даже при самом неудачном исходе эти деньги вернутся к нам через высокие технологии. Тем более, что в случае успеха мы сможем не только лучше понять природу вакуума, протона, электрона и других объектов микромира, но и увидеть их внутренние, недоступные опыту динамические структуры.

Однако надо хорошо понимать и всю сложность выполнения этой амбициозной программы. Даже в простейшем случае, например, моделируя одиночный электрон и считая его размер равным 10–13 см, а размер амера равным 10–33 см, мы придем к выводу, что динамическая структура такого электрона должна состоять по крайней мере из 1060 амеров. Это огромное число заставляет скептически относиться к возможностям отображения строго детерминированного дискретного процесса в множестве амеров на современных вычислительных машинах. Хотя, возможно, будущее развитие технологического оборудования и программного обеспечения позволит когда-нибудь работать с такими большими массивами информации. Кроме того, здесь вновь всплывает одна специфическая особенность множества амеров: любой его срез – хоть пространственный, хоть эволюционный – является неполным и, в частности, теряет присущую ему строгую детерминацию. Например, любой его двухмерный срез (скажем, изображение на экране компьютера) будет всего лишь имитировать абсолютно детерминированный процесс в трехмерном множестве амеров. Другой пример: если первичное множество недоступных наблюдению неперемещающихся амеров детерминировано однозначно, то вторичное множество возникающих в нем, «взаимодействующих» между собой и потому доступных наблюдениям перемещающихся частиц детерминировано уже неоднозначно, что четко фиксируется нами в опытах по дифракции одиночных электронов.

Несмотря на все указанные выше трудности, которые возникают при поиске соответствующей действительности конкретной модели множества амеров, материалисты могут постепенно, шаг за шагом продвигаться в области исследования даже этого единого внеэмпирического фундамента всего эмпирического бытия. Всё, что нам здесь дано, – высказывать спекулятивные гипотезы и пытаться как-то проверять их. Но для всех материалистов это нормальный, «щупающий» путь изучения окружающего нас мира, тот самый «тяжкий путь познания», когда каждый следующий шаг рождает тысячи новых вопросов. Никаких спущенных свыше абсолютных истин у нас нет. Вне жесточайшей критики любой новой идеи, других способов получения истины для материалистов не существует. Туманные надежды на помощь извне, на бога, чудеса, откровения, интуиции, авторитеты и прочие досужие религиозно-мистические домыслы, которые пытаются навязать нам Церковь, различные псевдонаучные и околофилософские круги, а также падкие на сенсации современные средства массовой информации, – не про нас писаны. Лишь время и практика проверяют истинность наших теорий.

* * *


Предложения, советы, вопросы, замечания, возражения, критику, претензии
посылайте на e-mail





НЕО
МАТЕРИАЛИЗМ


ФИЛОСОФИЯ
И
МЕТАФИЗИКА


Способные помочь существованию сайта
могут перечислить средства на карту Сбербанка России Maestro за номером


 639002629010267937 

 Заранее благодарю за любую помощь! 
 Александр Асвир 


Содержание сайта
Содержание страницы